Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


Глава 6

Это был мой последний взгляд на Френсиса. Больше мы никогда не виделись, да он и не искал встречи. Я только слышала, что он оставил медицину и занялся бизнесом.
Поздно вечером папа вернулся из города. Берти еще не пришла, а мама и Нелли уже отправились спать. Папа тяжело сел в кресло на веранде. Я тогда еще не поняла, что он хорошенько выпил. Я никогда не видела, чтобы он был так печален после пьянки, чаще он приходил веселым, оживленным и довольно сентиментальным. Но в тот вечер движения его были раскоординированными, а голова уныло поникла.
- Тебе не надо было вести машину в таком состоянии, - заметила я. - Почему нет, дорогая?
- Ты слишком устал.
- Ничуть. И вообще - что ты знаешь об усталости?
- Тебе налить чаю?
- Нет. Лучше содовой. Виски я достану сам. Ну что, Хелен, у тебя был хороший день?
- Да, прекрасный.
- Слава богу, что Джон поправился. Я привез ему новую книгу о рыбной ловле. Она в машине.
- Принести?
- Нет, подожди. - Он отпил виски. - Мы с тобой давным-давно не разговаривали, Хелен. Ты любишь лето? Я имею в виду по-настоящему? Ты получаешь от него удовольствие?
- А разве может быть по-другому?
- По-другому, - повторил отец. - Да, когда молод и беззаботен, как ты, по-другому и быть не может. - Он откинулся в кресле. - Эх, мне бы твои годы! Никаких проблем, даже думать не о чем, только о том, как развлечь себя. - Точно.
Он снова выпил.
- И все же бывают дни, Хелен, когда не мешает посоветоваться со своим старым отцом, правда?
- Ну, наверное.
- А потому знай - ты всегда можешь придти ко мне. Всегда. На самом деле я не так стар, как тебе кажется.
- Да, я знаю.
- И не забивай голову вчерашней ссорой. В любом браке бывают моменты, о которых потом жалеешь. Ты ведь уже взрослая, чтобы это понять? Нам с мамой хорошо вместе. Остальное ничего не значит. Ни-че-го. - Боюсь, Верти завтра уедет, - бросила я вскользь.
- Да? Почему? Ей здесь не нравится?
- Нравится, но ей что-то нужно сделать в городе, да и каникулы почти кончились.
- Да, мы тоже вернемся, нам придется вернуться.
- Налить еще содовой? - в отчаянии спросила я, заметив, что он говорит с большим трудом и запинаясь.
- Спасибо, малыш, не надо. Пора спать. Ты не знаешь, где мама держит снотворное?
- На туалетном столике. Только не пей его сегодня.
- Нет, выпью, тогда я проснусь позже... Отец ушел в спальню, и я услышала, как он сбросил туфли. Я вымыла стакан, из которого он пил, поставила его на место, а потом принялась ходить туда-сюда по комнате. Спать не хотелось - было очень душно, и вскоре по стеклам застучали первые капли дождя.
Занятия в школе начинались в середине августа, и мы вернулись в город за пару дней до этого. Лето осталось позади, но все еще было очень тепло. Все время жарило солнце, листья в саду пожелтели, а прудик почти высох. После нескольких недель, проведенных на море, моя спальня казалась меньше, но все остальное было таким же, как раньше. Я долго рассматривала себя в большом зеркале. Ничего не изменилось, даже в уголках рта или глаз не появилось никаких морщинок. Это было молоденькое загорелое личико с довольно-таки красным обгорелым носом. Тело тоже ничего не показывало. Ничего. Я легла на кровать и уставилась в потолок. Сколько уже дней кряду я чувствовала себя умирающей? Неделю, не больше. Неужели это навсегда? Мне надо было выплакаться. Я лежала и ждала, прислушиваясь, как в отдалении стучит мячом Джон. И наконец через час в груди что-то екнуло, а потом вдруг я зарыдала. Рыдать, упиваясь своим унижением, было довольно приятно. Жалеешь себя, распаляешься, снова жалеешь, пока не успокоишься, обновленная, как после долгого крепкого сна.
Когда я встала и умылась, я ощущала только освобождение и облегчение. Все кончилось. Кстати, сцена с Верти не была даже настоящей сценой. Когда она в ту ночь пришла домой, я дожидалась ее, сидя целиком одетой на своей кровати. Когда она появилась, я попросила ее закрыть за собой дверь, сказала, что видела ее днем с Френсисом. Она окаменела, а потом спросила: - Ты сердишься, да? Но это же ничего не значит - маленькое развлечение. Мы немножко повеселилась, вот и все.
- Я не сержусь, - ответила я. - У меня нет права ни на твою жизнь, ни на жизнь Френсиса.
- Нет, - согласилась она с облегчением. - Как мило с твоей стороны воспринимать все именно так, а я, наверное, поступила не очень честно. Прости, Хелен, я виновата.
- Не стоит, - отозвалась я, забирая постельное белье. - Сегодня я буду спать на веранде. Кстати, я уже сказала папе, что ты завтра уезжаешь. - Ах вот как! - воскликнула она. - Но это же было случайностью. Мы просто гуляли по берегу...
- Хватит, Верти. Не надо ничего говорить. - Выходя, я последний раз обернулась. - Хочу только добавить, что ты самая подлая и гадкая тварь, которая рождалась на свет. Спокойной ночи.
На следующее утро мы не обменялись ни словом. Когда я села завтракать, она не подняла глаз от своей тарелки. Мама говорила, что глупо уезжать так неожиданно, но я сказала, что Верти надо купить какие-то учебники, и она не стала возражать против такой версии. Я выиграла - это было маленькой компенсацией за предательство и унижение.
Что я думала о Френсисе? Пусть это не покажется странным, но я испытывала к нему некоторую благодарность. Он дал мне так много. Но в то же время он разбудил в моей душе что-то дикое, холодное и жестокое, за что должны были расплатиться позже совсем другие люди. Я решила извлечь из этой печальной истории урок - больше никто не захватит меня врасплох, теперь я собиралась всегда быть настороже против всех и всего. Другие люди, другие мужчины должны были расплатиться за боль, которую он мне принес. Как было этого добиться? Я должна была воспитать каменное сердце и тело, на которое все бы смотрели с упоением, но не смели трогать.
На ком было сорвать дурное настроение, кому причинить боль? Это должен был быть кто-то любимый, чтобы ему действительно стало больно. Я вспомнила про Нелли. Я знала, что она хорошо относится ко мне, и сама любила ее. В тот же вечер я спустилась в ее комнату, как делала довольно часто. Она листала какой-то еженедельник и сразу подняла на меня добродушные глаза. - Почему ты не вычистила утром мои туфли? - спросила я без предисловий. - Я чистила, дорогая, - ответила она. - Протри глаза. - Разве тебе плохо платят за то, чтобы ты чистила мне туфли? - поинтересовалась я, прислонившись к дверному косяку. - Да, я знаю. И не жалуюсь.
- Может, тебе не приходилось чистить обувь в своей родной деревне? - заметила я. - Наверное, там ты ходила только за поросятами? Тут она посмотрела на меня с настоящим любопытством, но ничего не ответила. Я знала, что на родине у нее остался парень, с которым она переписывалась, а потому продолжила:
- Что-то давно ничего не слышно о твоем приятеле, а Нелли? Наверное, он давно спит с другой, пока ты листаешь здесь журналы. Тогда Нелли встала. Ее лицо, обычно такое дружелюбное и веселое, стало жестоким и злым. Он сделала ко мне два шага и ударила по лицу так сильно, что я упала и ударилась головой о шкаф. Она снова села и взяла в руки журнал.
- Тебе не стоило это говорить, Хелен. Это подло. И больше не будем об этом вспоминать.
- Но я хотела сделать именно подлость, - крикнула я. - Подлость! Подлость!
- Садись и рассказывай, что случилось, - сказала она, указывая мне на кровать.
- Не буду.
- Ну хорошо, просто сядь, и мы поговорим. Поговорим о чем-нибудь другом. И в следующую секунду я уже стояла на коленях перед ее креслом, уткнувшись лицом ей в колени.
- Прости, Нелли, - рыдала я, - Я ничего не имела в виду, правда. - Конечно, нет. Мы говорим массу всего, что вовсе не хотим произносить и о чем даже не думаем. Только не лежи на полу - дует, садись на кровать. - Ты пообещаешь забыть все, что я сейчас сказала?
- Уже забыла.
Я села на кровать и успокоилась, пока она делала вид, что углубилась в журнал. "Как трудно обидеть человека, если ты поставил себе это целью, - думала я, - и как это просто, если ничего не замышляешь." В тот вечер я долго просидела у Нелли. Я сварила ей кофе, а себе чай, и мы болтали, болтали обо всем. Она даже заставила меня пару раз улыбнуться своим непосредственным замечаниям. Но о главном я ей так и не сказала. В ее тесной комнатке просто не было места для истории о Верти и Френсисе. Я даже могла рассказать о том, что случилось между мной и Френсисом, но не то, что увидела в дюнах в тот последний прекрасный день лета. Ибо именно в тот день лето для меня кончилось. Это было невозможно. Но Нелли как-то осторожно и терпеливо все выпытала и смогла меня успокоить. "Не многие так мудры, как Нелли," - думала я, выходя из ее комнаты.



Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)