Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЧУЖАЯ ВОЙНА

"Как только я прочла эти строки,
Мне сразу стало понятно то,
Что творилось со мной.
Видно, я рожденная в ночи.
Всю жизнь я прожила среди рожденных днем,
А сама была рожденной в ночи."
Д. Лондон

Рим, 4 года спустя

Прохладные листья магнолий, касаясь ее щеки, нежно шелестели о чем-то своем, нарушая утреннюю тишину сада, аромат роз окутал ее теплой пеленой.
Перед ней стоял резной столик с фруктами. Прошло уже четыре года с тех пор, как Онор-Мари осталась богатой вдовой. Теперь она ни в чем не знала отказа, любая ее прихоть немедленно исполнялась. Шикарная вилла в Риме, замок на Луаре, дом в Париже - ей не хватило бы жизни, чтобы потратить несметные богатства, доставшиеся ей по наследству. Она достигла того, о чем мечтала. Она почти не переменилась за прошедшие годы, разве что исчезла детская угловатость и заостренность черт. Она похорошела, вновь обрела свежий цвет лица, испорченный долгим пребыванием в монастырских стенах. Ее стан оформился, приобрел соблазнительную округлость и свободную кошачью гибкость. И все же, что-то неуловимое погасло в ней.
Исчезли живой блеск и задор в глазах, исчезли жажда жизни, любви, страстное стремление наверх. Приз был получен и упокоился на полке. Богатство, свобода - все это она теперь имела. Она ценила свое благополучие, за которое было плачено дорогой ценой, но ее юношеская азартность сменилась равнодушной миной светской львицы, чуть-чуть скучающей, чуть-чуть раздраженной.
Вместе с ней завтракал монсеньор Карло Фьорелли, привлекательный молодой мужчина с благообразным лицом. На нем был утренний бархатный халат, и ничего не напоминало о его принадлежности к католической церкви.
Он был молчалив и подавлен.
- Кардинал Рицетти вчера обсуждал со мной пост в Авиньоне, - наконец хмуро сообщил он, нервно покусывая кончик позолоченной вилочки для фруктов. Онор неохотно повернулась к нему и поинтересовалась. - Это тот пост, Карло, о котором ты мне рассказывал? Куда Рицетти обещал отослать Марини?
- Да, именно. Явное понижение.
- Да? Жаль, - ее голос выразил некое подобие сопереживания. - Ему все известно.
- Да? О чем же?
- О нашем романе. Как я ни осторожничал, кто-то сообщил ему, - досада зазвенела в глубоком, красиво поставленном баритоне монсеньора. - Сожалею, Карло. Как ты знаешь, я не болтлива.
- Я не подозреваю тебя, Онор. Но все это может пагубно отразиться на моей карьере.
- Может быть, нам стоит какое-то время не видеться? - проговорила молодая баронесса Он перегнулся через столик.
- Мне порой кажется, тебя это нисколько не огорчит, Онор. - Я, конечно, буду скучать за тобой, Карло. Но если это необходимо, расстанемся.
Они пристально смотрели друг на друга, и со стороны явно видно было, что если и было между ними какое-то чувство, то оно давно умерло, а то, что осталось, только надгробный камень на могиле их любви, разгоревшейся от запретов, но погасшей, лишь только привычка пришла на смену ее остроте.
- Что ж, хорошо. Я дам тебе знать о себе.
- Я буду ждать.
Однако, несмотря на принятые меры, несколько дней спустя Онор пригласил к себе сам кардинал Рицетти. Попеняв молодой женщине на непослушание, он дал ей поручение - передать письмо французскому королю. Фактически, это означало, что ее присутствие в Риме более нежелательно.
Ослушаться кардинала Рицетти было все равно, что спорить с инквизицией.
Онор-Мари сочла за лучшее покинуть Италию. Она отправилась во Францию морем, огибая южную Европу, пытаясь извлечь из круиза максимум удовольствия.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)