Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


Глава 14

Итак, второй мужчина, которого я полюбила, покинул меня почти без предупреждения, а родители собрались развестись, и в этом разводе отчасти оказалась виновата именно я. Эти два удара последовали почти одновременно, и третий тоже не замедлил - от нас ушла Нелли.
- Я жила с вами с того времени, как тебе исполнилось десять, - сказала она. - И я бы хотела остаться с тобой на всю жизнь. Вообще-то, ты невозможная девчонка, но в тебе есть много хорошего. Но раз дом рушится, то мне не стоит здесь оставаться. Если я пойду с кем-то одним, то буду жалеть о том, что не осталась с другим, а в двух местах одновременно быть невозможно. Значит, я должна уйти. Да и жить в городе я больше не хочу. Здесь все неправильно, по крайней мере, более неправильно, чем в моей деревне. Она сложила вещи и подарила мне на прощанье брошь, которая была едва ли не единственной ее драгоценностью.
- Если тебе кажется, что она вышла из моды, - сказала она, - то просто положи ее в ящик.
- Нет, я буду с радостью носить ее. Спасибо, Нелли.
- Я желаю тебе только одного, - продолжала она. - Перестань делать из себя дуру. Ты ведь меня понимаешь?
- Да.
- А теперь иди, оставь меня, иначе я расплачусь.
Вскоре она уехала. Глядя ей вслед, я вдруг воочию увидела, как разваливается семья, а я безвозвратно теряю что-то очень важное. Но плакать я не могла.
Известия от Бенни приходили трижды. Он весело описывал свою работу и жизнь на юге Франции. Каждое письмо было короче предыдущего. А последнее уместилось на одной страничке. Я тоже написала ему, но ответа не получила. Мое письмо вернулось с пометкой, что адресат выбыл. Он куда-то уехал. Но для меня это уже не было серьезным ударом. Лишняя капля горя больше не имела значения, я как будто онемела и оглохла, и ничто не могло расстроить или развеселить меня. Это и было настоящее взросление, больше похожее на паралич.
Прежде я никогда не испытывала чувства вины, а сейчас оно просто снедало меня, ведь если бы я была другой, то родители могли бы остаться вместе. Если бы я не вела себя так эгоистично, то они могли бы изменить и свои отношения. Один раз я почти заговорила об этом с мамой.
- Если я стану другим человеком, - сказала я. - Если я пообещаю вам обоим рассказывать все, совершенно все...
- И что тогда, Хелен?
- Может быть вы с папой передумаете расходиться...
Последовала долгая пауза. Потом она сказала:
- Ты не представляешь, Хелен, как я счастлива это слышать. Твои слова показывают, как много в тебе есть хорошего, и то, что ты любишь нас с отцом. - Да, конечно.
- Но боюсь, дорогая, уже поздно. Между нами с папой произошло нечто необратимое.
- Но что...что произошло? Ведь каждый из вас довольно долго жил своей собственной жизнью, не особенно считаясь с другим. - Возможно, поэтому все так и безнадежно. Теперь ты уже взрослая, Хелен, и замужество для тебя уже не такая далекая вещь...
- Никогда.
- Не говори так. Возможно, тебе покажется это странным, но мы с отцом хотели бы, чтобы ты чувствовала большее уважение к браку. Если мы будем жить вместе, то не сможем тебе этого привить.
- Не надо кормить меня иллюзиями. У меня их не осталось. Она улыбнулась. - Нет, у тебя их еще много, просто ты этого не знаешь. Больше мы об этом не говорили, я не могла ничего сделать. Неужели они не понимали, что разрушали нашу с Джоном жизнь.
Однажды вечером я неожиданно позвонила Берти.
- Привет, Берти, это Хелен.
- Хелен! - в ее голосе явно звучали удивление и удовольствие. - Слушай, если сегодня вечером что-то затевается, то я готова - сегодня есть настроение.
- Отлично! Приходи. Кое-что намечается. Она летала из комнаты в комнату, как птичка. Естественно, ее мать была как всегда за границей. - Мы идем на танцы, - заявила она, - но эти тряпки невозможны. Одолжи кое-что у меня. А то возвращаться домой некогда.
Она побежала на второй этаж, я последовала за ней. Шкафы стояли открытыми, ящики выдвинутыми, а кругом была разбросана одежда. - Начнем с какого-нибудь черного белья? - предложила Берти. - Ты же знаешь, я не ношу таких вещей.
- Ну ладно. - Она вытащила из кучи однотонное платьице джерси. - А это? Нет, не пойдет. Надо что-нибудь повеселее.
Мы остановились на шелковом платье серебристо-серого цвета. - Стой спокойно, - болтала Берти. - Сейчас достану перчатки, туфли и шляпу. Голубые подойдут?
- Неплохо.
Я никогда не видела столько одежды сразу.
- Все это мамино, - пояснила Берти, - но черт с ним.
Мы мотались между комнатами и шкафами, Берти помогала мне одеваться. "Я продала себя дьяволу, - подумала я. - Пусть все идет, как идет". Берти заставила меня сильно накраситься, хотя мне это не очень нравилось. Теперь мы были готовы для выхода в свет.
- Давай-ка выпьем на посошок, - предложила Берти, наливая два стакана бренди. - Я рада, что ты пришла наконец в чувство.
Потом мы отправились на вечеринку, которая напомнила мне маскарад. Некоторые парни были во фраках и смокингах, другие - в тех же рубашках, в которых ходили в школу. Все чокались и пели. Едва мы успели войти, ко мне подлетел какой-то юнец во фраке.
- Эй, ты такая хорошенькая, что съесть хочется, - заявил он. - Я раньше тебя здесь не видел.
Мы перешли в гостиную, откуда раздавались громкие звуки проигрывателя. Я налила себе чистого виски и выпила, не поморщившись. С час мы танцевали и пили, пока у меня не закружилась голова, они отнесли меня в спальню, и я сразу заснула, и спала, пока не почувствовала, что кто-то меня тормошит. - Оставьте меня в покое, - рявкнула я. Но руки никуда не исчезли, а мне было так плохо, что я не могла вымолвить ни слова. Мне только с трудом удалось повернуть голову. Я узнала давешнего парня во фраке. Видимо, что-то в моем взгляде все-таки заставило его остановиться, он побежал в ванную и принес мне стакан воды.
- А теперь выключи свет и уходи, - потребовала я, выпив воду. Он так и сделал. Я закрыла глаза, и вдруг в голове зазвучал голос Нелли: "Не делай из себя дуру". Только теперь я чувствовала себя не просто идиоткой, но еще и бревном. Я снова заснула. Через несколько часов меня разбудила Берти.
- Тебе придется почистить платье, - сообщила она.
- Да, конечно. Только сначала я должна попасть домой. - Давай. Если сможешь, - с коротким смешком отозвалась она. Я встала, и, качаясь, спустилась вниз. Кто-то пытался меня удержать, но я вырвалась и выползла на воздух. Дорога домой далась мне с трудом, к тому же мне было так стыдно, что я едва удерживалась от того, чтобы заплакать. В нашем саду я дала себя волю и разрыдалась. Наверное, плач был похож на вытье ночной собаки, но какое облегчение я испытала!
Можно долго падать вниз, но после этой неудачи на крутой вечеринке, мне казалось, что я достигла самого дна. Смогу ли я снова стать нормальным человеком - вот какой вопрос по-настоящему волновал меня.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)