Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

Пролог

Она стремительно летела по длинному тоннелю навстречу слабому свету. Свет усилился, и девушка поняла, что это конец. Кто-то тихонько окликнул ее - Мари, но она только улыбнулась-еще рано так ее называть.
Остро запахло табаком. "Мария", - позвал знакомый голос, и она увидела мать, бабушку и себя босоногой девчонкой. Как странно, пронеслось в голове, мать и бабушка уже там, в лучшем мире, а где же я?
Мать ласково манила к себе, а бабушка, наоборот, сердито пыхтела трубкой и не смотрела в ее сторону. Самые счастливые дни детства девочка провела с бабушкой в маленькой деревушке среди индейцев на севере Мексики. Бабушка была старейшиной рода, и девочку, приехавшую в первый раз, тронуло необыкновенное уважение мужчин к этой хрупкой женщине.
В их семье такого не было. Отец женился вопреки желанию родственников, и его родители до сих пор не признавали ни невестку, ни внучку. Испанская ветвь отца никак не могла успокоиться и всячески настраивала его против "краснокожих", так их однажды в шутку назвал отец. Но когда он пил, то шутка звучала как оскорбление, к этому еще добавлялось "шаманское отродье".
Да, мать действительно была дочерью индейской шаманки. Но индейская кровь не проявилась в ней ни внешне, ни внутренне. Она была светлокожа и зеленоглаза. История семьи и рода не волновала ее.
Мария была мала, чтобы спросить мать, кто был ее дедом. А когда этот вопрос заинтересовал девушку, задать его было уже некому. Внучка, наоборот, пошла в индейскую родню-была слегка широкоскула и черноволоса. Мать редко навещала бабушку Марии, но регулярно посылала к ней дочь, наверное, стремилась разрядить обстановку в семье. Второго ребенка она не заводила, опасалась, что древние гены могут проявиться в нем еще сильнее.
Мария чувствовала себя своей в тихой бабушкиной деревушке и никак не могла понять, почему плохо быть "шаманским отродьем". Бабушка запросто снимала зубную боль, останавливала кровь, принимала роды, вправляла вывихи и грыжи. Видя интерес девочки к такого вида деятельности, знахарка понемногу учила этому девочку. Мария схватывала все с лету, у нее была прекрасная память, она быстро запомнила все травы и рецепты, все заклинания и заговоры.
- Через пару лет ты будешь знать все мои секреты, но нельзя останавливаться, - говорила бабушка, - нужно учиться дальше. Бабушка втайне мечтала, чтобы внучка стала настоящим врачом в очках и белом халате, первым врачом в их роду. Но жизнь распорядилась иначе. Отец бросил их, как только узнал о новой беременности жены. Через три месяца он завел новую семью. Мать и бабушка умерли в один год. Мать и младенец-во время родов, бабушка - от горя: она, лучшая повитуха в мире, была далеко от дочери и не смогла ей помочь. Двенадцатилетняя Мария попала в приют. Вначале она надеялась, что отец возьмет ее в свою новую семью. Но там родился долгожданный наследник. Время шло, надежда увяла.
Когда Марии предложили пожить в большой семье приемных родителей, она с радостью согласилась: пять братьев и пять сестер, папа и мама - что может быть лучше. Четырнадцатилетней девушке пришлось ухаживать за всеми. Она с удовольствием возилась с малышами, но мачеха не скрывала, что взяла ее ради помощи по дому, а это ведь совсем другое дело...
Мария поняла, что надеяться ей не на кого. Она поступила в коммерческую школу. Днем училась, а вечерами подрабатывала сиделкой при стариках и нянькой при малышне. Бабушкины навыки пригодились. Она сумела сконцентрировать всю волю, недоедала, недосыпала, но через год получила диплом. Тяга к знаниям не покидала Марию. Она закончила курсы английского языка -Америка была голубой мечтой любого мексиканского подростка. Личной жизнью заниматься было некогда. Строга, как старая дева, говорили про нее в страховой фирме, куда она пришла работать, победив в громадном конкурсе полусотню претенденток. И поэтому, когда в их конторе появился молодой американец, то заняться им попросили, конечно же, Марию.
Максимилиан Хантер обратился в их фирму, потому что его машина пала в неравной схватке с кактусом, как юмористически описал несчастный случай сам виновник. Впоследствии она обнаружила, что веселое восприятие событий характерно для Макса. Жизнь была для него удовольствием и развлечением. Сам он почти не пострадал, машина застрахована, так зачем переживать?
Строгая Мария так и не могла понять, чем она приворожила этого беспечного американского юношу. Но, получив страховку, Макс упорно преследовал девушку, пока она не согласилась встретиться с ним. После этого события стали разворачиваться так стремительно, что у нее захватило дух.
Естественно, после тяжелой юности могла ли она долго сопротивляться Максу? Все в нем казалось ей очаровательным, в том числе национальность. В Мексике все грезили Америкой. Мария мечтала съездить туда в отпуск, однако жалованье было невелико... Поездку приходилось из года в год откладывать, но зато мечта становилась все сильнее. Америка казалась ей райским уголком, населенным дружными счастливыми семьями, сильными и надежными людьми.
Макс стал первым мужчиной в ее жизни. Он так был потрясен этим фактом, что тут же предложил ей руку и сердце. Мария неожиданно для себя самой согласилась. Он часто объяснялся ей в любви. Это изумляло Марию. Максимилиан был потрясающе хорош собою. А она считала себя далеко не красивой, типичным синим чулком, этакой мудрой черепахой.
- О нет! - возразил Макс, когда она высказала ему эту мысль. - У тебя тихое лицо девы Марии, прекрасные волосы и грустные глаза. Неподалеку от нашего дома на Лонг-Айленде есть маленькая церковь, в которой висит икона Марии с младенцем, когда-нибудь я приведу тебя туда-сама увидишь. Не вздумай менять облик. Ты прекрасна такая, как есть.
Девушке и в голову не приходило считать себя красавицей, и она полюбила поклонника за то, что он видит ее такой. Ей нравилось в нем многое любовь к жизни, мальчишеская пылкость, непоседливость и беспечный юмор. Но больше всего она любила Макса за то, что он любил ее...
"Мари", - снова позвал ее чей-то голос. Она оглянулась на мать и бабушку. Но они исчезли. Мария закричала от страха и очнулась. Она увидела себя в больничной палате и вспомнила, как все хорошо начиналось...

1

- Далеко до дома? - спросила Мария.
- Еще десять миль. - Максимилиан покосился на нее и чарующе улыбнулся. - Ты прекрасна, дорогая. Мои родные полюбят тебя с первого взгляда - так же как я. - Милый, пожалуйста, смотри на дорогу, - тревожно попросила Мария.
Он засмеялся:
- Повинуюсь, моя строгая наставница!
- Не говори так. Я ведь не наставница, правда?
- Конечно же да! Любимая, обожаемая наставница, всегда наставляющая меня на путь истинный. "Макс, поезжай медленнее!" "Макс, не будь таким сумасбродным!" "Макс, не..." - Ох, нет! - со смехом воскликнула Мария. - Послушать тебя, так я настоящий унтер-офицер в юбке! - Но мне это нравится. Мой брат Теодор будет благодарен тебе за то, что ты так ловко управляешь мной. Ему это никогда не удавалось. Как всегда, он говорил весело и добродушно, однако его слова были для спутницы лишним напоминанием о том, что ей уже двадцать пять и что она на пять лет старше Макса. Она пыталась не обращать на это внимания. Что же делать, если он настоящий мальчишка? Мария смотрела на жениха с любовью. Он был типичным американцем, стопроцентным янки. Когда Максимилиан сделал ей предложение, сослуживцы и знакомые не могли поверить ее счастью.
- Замучила жара? - спросил Макс, видя, что она вытирает лоб. - Скорее, влажность, - призналась девушка. - Хочется прохлады. - Бедняжка... Ничего, скоро отдохнешь, а завтра мы отправимся покупать новую одежду и драгоценности. Тебе пойдут гранаты. Она засмеялась:
- Ах ты, мой милый мечтатель! У тебя не хватит денег на гранаты. Даже если это только фрукты! - Кто сказал, что не хватит?
- Ты на мели, потому что надо платить по кредитным счетам. - Я? На мели? - с невинным видом переспросил Макс. - С чего ты взяла? Мария фыркнула.
- Я же сама отвечала по телефону кредитной компании! - Ах, да! - Он перестал притворяться и пожал плечами. - Ну, немножко на мели... Ты не сердишься на меня? - Как я могу на тебя сердиться? - нежно ответила она. В самом деле, разве можно было относиться по-другому к молодому человеку, принесшему в ее одинокую жизнь свет, тепло и счастье, о котором она и не мечтала? Скоро это случится. Скоро она перестанет быть Марией Санчес и превратится в миссис Хантер, носящую ребенка Максимилиана. Эта мысль заставила ее положить руку на живот. Еще ничего не было заметно, но ребенок уже был дорог ей. Он навсегда свяжет ее с Максом и семьей Хантеров. А если родится мальчик, то он сможет стать президентом Америки. Если бы ее могли сейчас видеть бабушка и мать...
Говоря ему о беременности, Мария ожидала худшего. Разве этот очаровательный шалопай захочет жениться в двадцать лет? Но Макс очень обрадовался. - Значит, я скоро стану отцом? - с трепетом повторял он. Максимилиан стал еще более нежным, и ее любовь к нему неизмеримо возросла.
Макс настаивал, чтобы свадьба состоялась в Америке. Он позвонил брату и объявил Марии, что им нужно немедленно ехать в Штаты. - Я сообщил ему, что везу невесту... Про малыша расскажем на месте. - Я возьму на работе отпуск, - заикнулась девушка.
- Нет, нет! Туда ты больше не вернешься. Сообщи им, что уходишь. - Может, не стоит торопиться?
- Моя жена никогда работать не будет! - заявил Макс так решительно, что у Марии лукаво изогнулись губы. Заметив это, он усмехнулся. - О\'кей, о\'кей! Я найду себе приличную работу. Может быть, войду в дело с братом, и мы будем жить в Нью-Йорке.
- В Нью-Йорке?! - воскликнула она. - Это было бы чудесно! - Отлично. Значит, договорились. Мария могла поклясться, что еще пять минут назад он и не помышлял о работе в США. Несколько дней спустя они погрузили вещи в машину и начали долгое путешествие через мексиканскую границу на север. - Расскажи еще что-нибудь про свою семью, - попросила Мария. Макс пожал плечами.
- Да не о чем особенно рассказывать. Теодор - хороший парень, ко ужасный зануда. Думает только о бизнесе. Как будто зарабатывание денег это самое главное на свете. - Ну, если ты войдешь в долю, то тоже будешь заботиться о прибыли, - напомнила девушка. - Пока что ты находишься у брата на содержании. - Ох, не напоминай... Ну да, он подкидывает мне деньжат, но это еще не повод, чтобы просиживать на работе день и ночь, как делает Тео. - А в чем заключается его работа? Ты толком так и не сказал об этом. - Табак. Одна из фабрик выпускает только сигары... другая... - Одна из фабрик? И сколько же их? - перебила Мария. Она думала, что семья Хантеров относится к среднему классу. Ей и в голову не приходило, что они намного богаче. - Пять, - ответил Макс. - Нет, сейчас четыре. Одну Тео продал, потому что она не оправдала его надежд. Он считает, что надо сокращать расходы. Весть о богатстве Хантеров почему-то расстроила Марию. Молодая женщина впервые задумалась о том, сумеет ли она стать им своей, но тут же прогнала эти мысли. Даже владелец четырех фабрик может не жить на широкую ногу. Возможно, всю прибыль он вкладывает в дело и живет скромно, успокоила она себя.
- И ты никогда не хотел войти в дело?
- Боже упаси! Это такая скучная материя! Брат всегда приставал ко мне, чтобы я получил техническое образование. Он будет рад тебе. Говорит, женитьба заставит меня "остепениться". Кроме того, он хочет наследника, которому можно будет передать фабрики.
- А почему он не заведет его сам? - Потому что для этого надо жениться, а брат не хочет связывать себя. Считает, что ни одной женщине на свете нельзя доверять. - И поэтому поручает это дело тебе?
Макс добродушно фыркнул.
- Он считает, что я все равно валяю дурака, так почему бы мне заодно не жениться? По крайней мере, так от меня будет какой-то прок! - А ты говорил, что он хороший парень... Не похоже.
- Ну да, характер у него тяжеловатый, - признался Максимилиан. - Но не волнуйся. Говорю тебе, ты ему понравишься! К облегчению спутницы, они съехали с автострады, которая позволяла Максу ехать "с ветерком", сделали несколько головокружительных поворотов, с которыми она сама ни за что бы не справилась, и очутились на небольшом шоссе, обсаженном столетними вязами.
- Это Лонг-Айленд, - сказал Макс. - Здесь живут самые богатые семьи Америки. - Ух ты! А далеко отсюда до того места, куда мы едем? - Нет. Осталась всего миля.
- Ты хочешь сказать... что ваша семья живет на Лонг-Айленде? - Конечно, - спокойно ответил Макс. - Вот мы и прибыли. Он въехал в широкие ворота, и Мария очутилась в месте, о котором, казалось, мечтала всю жизнь. Аллея петляла среди деревьев и кустов, и поместье она увидела далеко не сразу. На первый взгляд это было скромное сооружение с белыми стенами и красной черепичной крышей. Но когда они подъехали ближе, Мария заметила пристроенные к главному зданию крылья и поняла, что дом огромен.
Его окружали деревья, с балконов свисали корзины, полные герани. Пели птицы, и откуда-то доносилось журчание воды. Вокруг царила красота, но она вызывала у Марии не столько удовольствие, сколько чувство неловкости. Лишь очень богатая семья может позволить себе такую роскошь, с трепетом подумала она. Ей здесь не место.
Макс остановил машину у большой парадной двери. Никто не вышел им навстречу. Дом казался пустынным. - Сейчас проверим, кто на месте, - сказал юноша, помогая ей выйти из машины. Неловкость Марии усилилась при виде мраморного пола и громадной мраморной лестницы. В холле было множество дверей. В нишах между ними стояли небольшие статуи, окруженные растениями. Даже в такой жаркий день здесь было прохладно.
- Пойду поищу кого-нибудь... Подожди меня здесь, - сказал Макс и пошел по коридору. - Эй, люди!
Гостья осталась обозревать вестибюль. Хоть бы Максик вернулся до того, как ее обнаружат чужие... Она огляделась. Широкий коридор вел налево, к открытой двери, за которой виднелся дневной свет. Она знала, что должна ждать хозяев, но как загипнотизированная двинулась к этой двери.
Вскоре Мария очутилась во внутреннем дворике, окруженном крытой галереей. Мраморный пол кончился, дворик был вымощен булыжником. Галерея шириной не более четырех футов опиралась на стену дома. С другого края была аркада, поддерживавшаяся мраморными колоннами. Здесь был пруд с фонтаном и рыбками. Из окон свисали кашпо с цветами, мягко журчала вода.
Галерея опоясывала три стороны дворика. Четвертую сторону занимала лестница, которая вела на верхний этаж. В просветы каменной балюстрады свешивались гирлянды цветов.
Это зрелище привело Марию в экстаз. Пострадавшая от непогоды лестница явно знала лучшие времена. Красные, коричневые и бледно-желтые стены обросли мхом. Вот она - Америка ее снов!
- Божественный сад, - пробормотала самой себе Мария. Куда бы ни бросила она взгляд, всюду росли цветы - розы, жасмин, клематисы, бугенвиллеи, ирисы, наполнявшие воздух сладким ароматом. Она как зачарованная двинулась вперед, чувствуя себя попавшей в царство грез.
Фонтан отличался утонченной простотой. Здесь не было никаких статуй, только пруд с широкой струей, бившей прямо из воды. Мария долго следила за ним, наслаждаясь прикосновением холодных капель, а затем отправилась изучать остальную часть сада.
Мария увидела резную каменную скамью и села на нее, наслаждаясь тишиной и покоем. - Да, - счастливо пробормотала она. - О да... Это так хорошо, так чудесно... Женщина закрыла глаза, прислушиваясь к говору воды и пению птиц. Когда гостья вновь подняла веки, то обнаружила, что больше не одна. По другую сторону фонтана стоял человек и следил за ней. Светившие в глаза солнце и струя воды мешали ей рассмотреть незнакомца. Он казался силуэтом, грозным миражом, соткавшимся из мерцающих капель. Мария протерла глаза, но мираж не исчез.
Человек обошел фонтан и остановился рядом. Он смерил ее насмешливым взглядом. - Ну? Это та самая роскошь, на которую вы надеялись? Теперь Мария видела его отчетливо. Он был очень высок и широкоплеч. Его лицо было более взрослым, но своими чертами напоминало лицо Макса. Не приходилось сомневаться-перед ней стоял Теодор. Те же светлые глаза, но более твердые и упрямые, тот же высокий лоб. Макс много смеялся. Этот человек выглядел так, словно никогда не знал, что такое улыбка. Полные губы младшего брата были созданы для поцелуев. Очертания рта старшего говорили о чувственности, граничащей с жестокостью.
Но ей стало понятно еще одно - Макс был мальчиком, этот человек-мужчиной. Выражение его лица было таким же холодным и насмешливым, как голос. - Я - Теодор Хантер, - сказал он, не меняя тона. - Брат Максимилиана. - Да... я догадалась, - смущенно промолвила девушка. - Вы очень похожи. Его губы искривила усмешка.
- Только с виду, мисс. По характеру мы полная противоположность. Макс лезет напролом, не задумываясь о последствиях, и часто попадает впросак. Я-другое дело. Никто и ничто не может оставить меня в дураках.
Этот человек был явно не в лучшем расположении духа... Не зная, ждут ли от нее ответа, гостья протянула руку. - Я-Мария Санчес. Думаю, Максик рассказывал вам обо мне. Тео небрежно прикоснулся к ее руке. Его черты ничуть не смягчились. - Он рассказал о вас все, - холодно подтвердил старший брат. - Пожалуй, даже больше того, что знал сам. Мария нахмурилась.
- Не понимаю, что вы имеете в виду.
- В самом деле? Ну, сейчас это не имеет значения. Вы невеста брата, так что добро пожаловать! Но в его голосе не было и намека на теплоту. Одна холодная ирония. Мария собрала все свое мужество и ответила ему в тон: - Ваше радушие не имеет границ. Я слышала, что американцы славятся гостеприимством, и теперь вижу, что это правда. На мгновение в его глазах вспыхнуло любопытство, сменившееся чем-то похожим на одобрение. А затем все исчезло. - Не такая уж правда, - сказал он, - если брат бросил вас одну. - Я не могу пожаловаться на обращение вашего брата, - решительно ответила Мария, слегка подчеркнув слово "брат". - Он относится ко мне чудесно. - Не сомневаюсь. Макс щедр. Иногда безрассудно. И сердце у него мягкое, - презрительно процедил Теодор, заставив Марию вспыхнуть от гнева. - Ваш брат тоже много рассказывал мне о вас... Он говорил, что вы уговаривали его жениться и будете рады за нас. - Малыш всегда верит в то, во что хочет верить. Каждый раз, привозя сюда своих невест, он уверял их, что я обрадуюсь. - Невест? Во множественном числе? - уставилась на него гостья. - Вы четвертая... или пятая? Я потерял счет. Каждый раз одно и то же. Он выныривает из облаков, таща на буксире совершенно неподходящую ему женщину, и заявляет, что она "та самая". Мы с леди недолго беседуем, после чего она отбывает, становясь гораздо богаче, чем была до приезда. Моя милая девочка, вы одна из многих.
Услышав эти циничные слова, Мария вышла из себя.
- Если вы отваживаете от него невест, ничего удивительного, что их так много! - бросила она. - А если думаете, что от меня можно откупиться, то сильно ошибаетесь! Я люблю вашего брата, а он любит меня! И мы собираемся пожениться!
- Прекрасно, прекрасно. Не отступайте! Взвинчивайте цену. Но всему есть предел, так что не тратьте силы понапрасну, пытаясь заставить меня превысить его. - Вы сумасшедший! - крикнула она. - Настолько привыкли к этой мысли, что уже не в состоянии видеть правду! - Я уже видел правду, - хладнокровно парировал Теодор. - Она была написана у вас на лбу несколько минут назад. Вы рассматривали сад как делец, выгодно вложивший деньги и радующийся своему приобретению.
- Я радовалась его красоте, вот и все! - возмущенно ответила Мария. - Этот сад - самое прекрасное место, которое я когда-нибудь видела. Вернее, был им. Пока не пришли вы. Сейчас он похож на Эдем, в который заполз змей!
Он вздрогнул, и девушка поняла, что попала в цель.
- Оригинально... Должен признаться, вы не похожи на предыдущих подруг Малыша. Все они были бесстыжими молодыми особами, козырявшими своими внешними данными и готовыми вступить в сделку. Вы действуете более топко.
Он смерил гостью взглядом, заставив ее с новой силой осознать собственную неказистость. - Вы не радуете глаз. - Спокойный тон только подчеркивал небрежную жестокость его слов. - Кроме того, вы старше его обычных девиц. И намного старше Малыша. - Я старше его на пять лет и никогда не скрывала свой возраст, - решительно возразила Мария. - Но он не такой ребенок, как вы думаете! - Значит, вы считаете его зрелым мужчиной? - хмыкнул Теодор. - Оригинально! - Мне все равно, что вы думаете. Если уверены, что можете отговорить брата от женитьбы на мне-попробуйте! - Видите ли, я так часто этим занимался, что детали меня не интересуют. Просто скажите, сколько вам нужно. Моя крайняя цена - три тысячи долларов. Если вы будете благоразумны, могу добавить еще две, но чем больше вы станете испытывать мое терпение, тем меньше получите.
От его наглости у Марии захватило дух. Придя в себя, она нашла силы рассмеяться. - Вы даром тратите время. Я не прикоснусь к вашим грязным деньгам! - Сказано сильно, но мои деньги заработаны честно. - Однако используете вы их в грязных целях! - вспыхнула Мария. - Вы пытаетесь покупать и продавать любовь! - Напротив. Любовь не имеет к этому никакого отношения. - Где вам это понять? Вы не узнаете любовь, даже если вам ее пришлют с накладной. Я выхожу за Макса, потому что люблю его и потому что... - Она запнулась. Говорить о ребенке не время. Они должны сделать это вместе с Максимилианом.
- Почему? - спросил Тео, саркастически приподняв брови. - Я выхожу за него по любви, - повторила Мария. - Она взаимна. И против этого вы бессильны. Можете грозить сколько угодно. Это вам не поможет. Наступило молчание. Затем его лицо исказилось.
- Вы очень смелы, сеньорита, - наконец промолвил Теодор. - И в то же время очень глупы. Я не позволяю людям безнаказанно перечить мне. Это... вредно для бизнеса. - Любовь-не бизнес.
- Нет, бизнес, в котором я разбираюсь лучше вашего. Минуту назад вы могли получить крупную сумму. Сейчас вы потеряли все и вскоре убедитесь в этом. - Нет, это вы убедитесь, что чувства так легко не покупаются! - Не будьте дурой, - грубо ответил он. - Мне ничего не стоит восстановить брата против вас. - Если бы это было так легко, вы бы не предложили мне деньги. Тео сжал губы.
- Я пытался вести торг честно.
- Нет, вы пытались запугать меня! Но это невозможно, так что не тратьте время понапрасну. Попробуйте настроить Макса против меня. Увидите, что получится. - Вы очень уверены в себе, - мрачно буркнул он. - Даже дерзки. Вам предстоит узнать, что в этом доме дерзить позволяется только одному человеку. Но знание того, что она носит младенца, добавляло Марии смелости. Макс хочет этого ребенка. Он никогда не отвернется от его матери. Поэтому она не стала отвечать Теодору, а просто улыбнулась и с удовольствием увидела, что его лицо утратило решительное выражение. Их глаза встретились. В одних светилась бесконечная сила материнства, олицетворения земли и вечности, в других - угрюмое сомнение, смешанное с гневом и невольным уважением.
- Вы совершили большую ошибку, чреватую серьезными последствиями, мисс, - тихо сказал он. - А вы - непозволительный промах! - парировала Мария. Он набрал в грудь побольше воздуха, но не успел ответить, как со стороны галереи донесся крик. В следующий момент из тени появился высокий пожилой человек с лицом братьев Хантеров, но более тонким, увенчанным гривой густых седых волос. Он светился радостью и ковылял к ним, опираясь на палку.
- Так вот где моя новая невестка! - воскликнул он. - Добро пожаловать, дорогая! Добро пожаловать!



Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)