Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



II
Избавление

1

Сюзанна приехала на Рю-стрит около трех и прежде всего зашла к миссис Памфри, чтобы рассказать о состоянии бабушки. Та зазвала ее в дом и напоила чаем. Они говорили минут десять - главным образом, о Мими. Вайолет Памфри говорила о старухе без осуждения, но портрет получился довольно неприглядный.
- Ей отключили газ и электричество уже давно, - сказала она. - Она не оплачивала счета. Жила очень бедно, мы, как соседи, не могли этого не видеть. Помочь ей не было никакой возможности - она держалась замкнуто и даже грубо, - она немного понизила голос. - Извините, что я так говорю, но, по-моему, она была не вполне нормальной.
Сюзанна пробормотала что-то невнятное.
- Все, что у нее было - это свечи. Ни телевизора, ни холодильника. Бог знает, чем она питалась. - Вы не знаете, есть ли у кого-нибудь ключ?
- Что вы, она никому не доверяла. У нее там больше замков, чем у вас было горячих обедов. - Я просто хотела туда заглянуть.
- Но там же были грузчики. Наверное, там открыто. Я могла бы заглянуть, но мне не хотелось. Знаете, некоторые дома... выглядят неестественно. Понимаете, что я имею в виду?
Она понимала. Оказавшись в конце концов у порога дома 18, Сюзанна снова вспомнила свои старые страхи. Эпизод в больнице только подтвердил отношение к Мими, сложившееся в их семье. Она была другой. Она могла вызвать галлюцинации простым касанием руки. И наверняка сила, которой она обладала, распространялась и на этот старый дом.
Сюзанна почувствовала, как прошлое вновь окутывает ее, и теперь это были не просто детские страхи. Она смутно предвидела, что что-то должно случиться, и Мими приготовила ей в этой драме главную роль.
Она взялась за ручку двери. Слова Вайолет не подтвердились - заперто. Она заглянула в окно и увидела кучу пыльного хлама. Зрелище неожиданно показалось ей уютным, успокаивающим. Может, все ее страхи беспочвенны? Она обошла дом сзади, и здесь ей повезло больше. Задняя дверь оказалась открытой.
Она вошла. Та же обстановка, что и спереди. Фактически, все следы пребывания Мими Лащенски, кроме свечей и бесполезного хлама, исчезли. Ее чувства были смешанными: она жалела, что ничего не осталось, но и испытывала облегчение. Конечно, она еще помнила прежний вид этих комнат, но это было в памяти, а сейчас ничто здесь не могло нарушить ее спокойствия.
Она прошла через холл и приблизилась к лестнице. Теперь та была не такой высокой, не такой темной, но прежде чем она начала подъем, наверху раздался какой-то шум. - Кто здесь? - громко спросила она.

2

Эти слова помешали Иммаколате сконцентрироваться. Отродья ее сестры в нерешительности застыли, ожидая дальнейших инструкций. Кэл не упустил момента и бросился к двери, пнув ногой ближайшую из тварей. Она представляла собой голову-обрубок, из которой росли четыре мохнатых конечности и свешивались какие-то пузыри, похожие на мокрые и светящиеся кишки. От удара один из пузырей лопнул, взорвавшись вонючей жидкостью. Раненая тварь кинулась наперерез Кэлу, брызгая слюной. Один плевок угодил в стену рядом с головой Кэла; обои задымились. Омерзение прибавило ему скорости, и через секунду он уже был в двери.
Шэдвелл побежал следом, но одна из отродий вцепилась ему в ногу, как рассерженный пес, и прежде чем он смог стряхнуть ее, Кэл выскочил на лестницу. Женщина, кричавшая снизу, подняла к нему лицо. Она показалась ему ярким днем по сравнению с ночью, оставленной позади. Большие серо-голубые глаза, каштановые кудри, обрамляющие лицо, рот, готовый раскрыться в недоуменном вопросе.
- Бегите! - крикнул он ей, скатываясь по ступенькам. Она стояла на месте. - Дверь! Откройте дверь!
Он не слышал, гонятся ли за ним, но сверху раздался крик Шэдвелла: - А ну стой, вор!
Женщина поглядела на торговца, потом на Кэла, потом на переднюю дверь. - Откройте! - крикнул Кэл снова.
На этот раз она послушалась - то ли из жалости к ворам, то ли из-за антипатии к Шэдвеллу. Дверь распахнулась, осветив холл солнечными лучами, в которых танцевала потревоженная пыль.
- Бегите! - еще раз крикнул он ей и выскочил на улицу. Отбежав немного, он обернулся, чтобы поглядеть, последовала ли за ним эта девушка с серыми глазами, но она все еще стояла в холле. - Вы идете? - прокричал он.
Она открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут спустившийся Шэдвелл оттолкнул ее в сторону. Между ними было всего несколько шагов, и Кэл побежал. Мужчина с зализанными волосами не пытался всерьез преследовать беглеца. Он явно уступал молодому человеку в скорости. Сюзанна невзлюбила его с первого взгляда, поэтому, когда он спросил: "А тебе что здесь надо?" - она не удостоила его ответом. Ее внимание было приковано к той, что спускалась сейчас по лестнице - к сообщнице или хозяйке мужчины.
Ее черты были безмятежными, как у мертвого ребенка, но Сюзанна никогда не видела лица страшнее, чем у нее. - Убирайся с дороги, - скомандовала она, спускаясь. Сюзанна уже шагнула было назад, но потом возмутилась такой наглостью и вместо того, чтобы отступить, сделала шаг вперед, преградив женщине дорогу. При этом по жилам ее пробежал адреналин, словно она стояла перед мчащимся поездом.
Женщина остановилась и силой своего взгляда подняла голову Сюзанны и заглянула ей в глаза. Сюзанна поняла, что приток адреналина вполне оправдан - этот взгляд мог убить, сжечь дотла. Но не сейчас. Сейчас она разглядывала Сюзанну с любопытством.
- Он твой друг? - спросила она.
Сюзанна слышала слова, но не видела, чтобы губы женщины шевелились, произнося их. Мужчина сзади проворчал:
- Проклятый вор.
Потом он больно схватил Сюзанну за плечо.
- Слышишь, что я говорю?
Сюзанна пыталась повернуться к нему и потребовать, чтобы он убрал руки, но женщина продолжала держать ее своим взглядом. - Она слышит, - ответила за нее женщина. На этот раз ее губы двигались, и Сюзанна почувствовала, что хватка ослабевает. Она вся дрожала, шея и грудь покрылись гусиной кожей.
- Кто ты - спросила женщина.
- Пусти ее, - вмешался мужчина.
- Я хочу знать, кто она. Зачем она здесь, - ее взгляд с мужчины вновь переместился на Сюзанну, и теперь он был угрожающим. - Она нам ни к чему.
Женщина игнорировала эту реплику.
- Послушай, отпусти ее...
В его голосе слышался испуг, и Сюзанна порадовалась этому вмешательству. - Здесь слишком много людей...
После бесконечно долгой паузы женщина еле заметно кивнула, соглашаясь с ним. Внезапно она, казалось, потеряла к Сюзанне всякий интерес и повернулась к лестнице. На верхней площадке, где Сюзанну когда-то поджидали неведомые страхи, что-то шевелилось. Туманные формы, такие неясные, что Сюзанна не могла сказать, видит ли она их или просто чувствует их присутствие, стлались вниз по ступенькам, как ядовитый туман. К моменту, когда они достигли женщины, ждущей их снизу, они потеряли всякие очертания.
Она повернулась и пошла к двери мимо Сюзанны. Пятна тумана ползли за нею, как будто призрачные создания теперь цеплялись за ее платье, чтобы незаметно войти в залитый солнцем человеческий мир.
Мужчина уже вышел, но его спутница прежде чем оставить дом опять повернулась к Сюзанне Она ничего не сказала, только посмотрела, и взгляд ее не сулил ничего хорошего.
Сюзанна отвернулась. Когда она смогла вновь посмотреть на дверь, пары уже не было. Она вышла, глубоко вдохнув свежий воздух. Вечерело, но солнце еще было ярким и теплым.
Ее не удивило, что мужчина и женщина, как по команде, перешли улицу и пошли по теневой стороне.
3

В двадцать четыре года люди обычно уже имеют сформировавшиеся представления о жизни. Еще недавно и у Сюзанны они были вполне определенными. Конечно, присутствовали в них и пробелы, и тайны, как во внешнем мире, так и во внутреннем. Но это только подкрепляло ее решимость не позволять этим тайнам властвовать над ней и мешать ее личной жизни и работе. В любви она всегда старалась сочетать страсть с практичностью, избегая сумятицы чувств, горькие плоды которой она так часто видела. И в дружбе она соблюдала тот же баланс: ни холодности, ни излишней привязанности. И в ее работе, В изготовлении горшков и ваз тоже сказывался ее прагматизм; искусство должно быть практически полезным.
Глядя на самую роскошную вазу, она могла задать вопрос: не протекает ли она? И так она относилась ко всему. Но эта проблема отвергала все простые решения, выводила ее из равновесия, лишала покоя. Сперва воспоминания. Потом Мими, полуживая, но все еще способная передавать мысли на расстоянии. И теперь эта женщина, чей взгляд таил в себе смерть, но заставил ее сильнее чувствовать жизнь, чем когда-либо. После этого она покинула дом, не завершив своих поисков, вышла к реке и, сидя на солнце, стала обдумывать происшедшее. На Мерси не было судов, и воздух был таким чистым, что она видела облака над холмами Клайда. Но в душе ее не было такой ясности. Только хаос чувств, кажущихся знакомыми, будто они таились в ней все эти годы, пока она пряталась от них за завесой прагматизма. Как эхо, ждущее в глубине гор крика, чтобы появиться на свет.
Сегодня она услышала этот крик. Встретилась с ним лицом к лицу там, где шестилетней девочкой стояла и дрожала, боясь темноты. Эти два события были как-то связаны, хотя она и не знала как. Она знала лишь, что внезапно вновь очутилась в мире детства, где все ее взрослые привычки и установления теряли силу.
Она лишь мимолетно ощущала бродящие в этом мире страхи и надежды, как пальцы ощущают туман. Но со временем она узнает их лучше: она была уверена в этом. Узнает и - да поможет ей Бог - примет, как свою собственность.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)