Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



IV
Контакт

Когда Иммаколата шла от дверей отеля к "Мерседесу" Шэдвелла по нагретой солнцем мостовой, она вдруг вскрикнула и закрыла лицо рукой. Темные очки, которые она всегда носила в людных местах Королевства, упали на землю.
Шэдвелл поспешно распахнул дверцу, но она покачала головой. - Слишком ярко, - прошептала Иммаколата, отступая назад к отелю. Шэдвелл нашел ее в пустом вестибюле и, несмотря на присутствие сестер, ощущавшееся в воздухе, не упустил случая поддержать ее. Он знал, что ей это неприятно, и был рад этому.
Сестры дохнули на него холодным неодобрением, но Иммаколата и сама оправилась настолько, чтобы оградить себя. Увидев ее взгляд, он быстро отдернул руку, чувствуя покалывание в пальцах. Позже он улучит момент и поднесет их к губам.
- Извини, сказал он. - Я забыл.
Из своей комнаты уже спешил дежурный с номером "Спорта" в руках. - Вам нужна помощь?
- Нет-нет, - быстро сказал Шэдвелл.
Дежурный, однако, смотрел не на него, а на Иммаколату. - Солнечный удар?
- Наверное, - сказал Шэдвелл. Иммаколата двинулась лестнице, не обращая на них никакого внимания. - Спасибо за ваше участие... Дежурный с недоуменным видом вернулся к себе, а Шэдвелл подошел к Иммаколате, которая нашла тень; вернее, тень нашла ее. - Что случилось? Это из-за солнца?
Она не смотрела на него, но все же ответила.
- Я чувствую Фугу, - так тихо, что он скорее догадался, чем услышал. - И еще что-то. Он подождал, но она молчала. Когда он уже собирался спросить, она продолжила: - Там, далеко, - и сглотнула, словно избавляясь от чего-то, застрявшего в горле. - Бич... Бич? Правильно ли он ее понял?
Видимо, Иммаколата почуяла его сомнение.
- Да, Шэдвелл. Он там.
И даже ее незаурядный самоконтроль не смог скрыть дрожь в ее голосе. - Ты ошибаешься.
Она едва заметно покачала головой.
- Он мертв.
- Он не может умереть. Он спит. Он ждет.
- Но чего?
- Может быть, пробуждения Фуги.
Ее глаза из золотых стали серебряными. Дымки менструма поплыли, курясь, из глазниц, освещая воздух призрачным сиянием. Он никогда ее такой не видел, и это возбудило его. Член до боли напрягся в брюках, но она осталась к этому безучастна. Всегда была. В отличие от ее слепой сестры Магдалены, использовавшей свою неугасимую похоть в ужасных целях. Даже сейчас Шэдвелл видел, как она насторожилась в темном углу.
- Я вижу пустыню, - сказала Иммаколата, прервав его мысли. - Яркое солнце. Беспощадное. Это самое пустое место на земле. - И там сейчас Бич?
Она кивнула.
Он спит. По-моему... он забыл.
- Так он там и останется, разве не так? Кто его может разбудить? Но эти слова не убеждали даже его самого.
- Послушай, - сказал он, - мы найдем Фугу и продадим прежде чем Бич повернется во сне. Незачем об этом сейчас думать. Иммаколата молчала, по-прежнему глядя в никуда.
Шэдвелл лишь очень смутно сознавал, что она делает. В конце концов он был только Кукушонком - человеческим существом - и многого не видел, чему иногда был даже рад. Он понимал одно: за Фугой тянулся длинный хвост легенд. За годы поисков он выслушал их немало, от колыбельных до предсмертных исповедей. Все, что он смог заключить - что многие пытались достичь этого места, не веря до конца в его реальность. И он может получить очень много, если выложит Фугу перед ними на стол. Поэтому отступать он не собирался.
- Он знает, Шэдвелл. Даже во сне он знает.
Он знал, что утешать ее бесполезно и вместо этого попытался сыграть прагматика. - Чем скорее мы найдем ковер и распорядимся им, тем лучше для нас, - заявил он. Эта мысль, казалось, привела ее в чувство.
- Может быть, - она, наконец, посмотрела на него. - Может и так. Истечение менструма внезапно прекратилось. Сомнения прошли, и вернулась былая уверенность. Он знал, что она доведет дело до конца, и никакой Бич не отвлечет ее от ее мести.
- Мы потеряем след, если не поспешим.
- Нет, - сказала она. - Подождем. Пусть жара спадет.
Он понял, что это его наказание. Она имела в виду его жар, а не уличный. Ему придется обуздывать себя - не только потому, что только она знала путь к Фуге, но и затем, чтобы лишнее время провести с ней, купаясь в аромате ее дыхания.
Этого ритуала преступления-наказания ему хватило, чтобы оставаться в напряжении до конца дня. Ее же его желание, как всегда, привело в недоумение. Все орудия, живые и неживые, без питания прекращают работать. Даже звезды гаснут через миллионы лет. Но похоть Кукушат опровергает все законы. Чем меньше ее питают, тем сильнее она разгорается.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)