Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

Гордон Макгил - Армагеддон 2000 (Омен IV)
ПРЕДИСЛОВИЕ

Вот уже шесть недель ученики по пятам ходили за женщиной. Они и ночью не спускали глаз с ее дома, следили за каждым шагом этой особы, пока та добиралась на работу, а когда ей взбредало в голову наведаться в гости, - терпеливо поджидали ее. С тех пор, как погиб учитель, число их значительно поубавилось. Одни свели счеты с жизнью, другие предались отчаянью и не покидали более своих жилищ. Но преодолевшие депрессию, до мозга костей прониклись чувством мести и от этого стали еще сильнее. В тот раз, когда женщина посетила врача, двое учеников последовали за ней в приемную и уселись рядом. Они обратили внимание на неестественное напряжение, охватившее ее лицо. Очевидно, женщину терзала боль, и они торжествовали про себя, догадываясь о ее мучениях. - Мисс Рейнолдс, - раздался из кабинета голос С трудом поднявшись, Кейт медленной походкой калеки двинулась через комнату и толкнула дверь. И тут же от неожиданности застыла на пороге, заморгав в смятении ресницами. На нее смотрел совершенно незнакомый, молодой и пышущий здоровьем врач. Он улыбался.
- Доктор Джонстон больше не практикует, - начал было врач и тут же сам себя перебил: - Вы не присядете?
Кейт притворила за собой дверь и опустилась на стул подле стола. - Острая, пронизывающая боль вот тут, - выговорила она, указывая на нижнюю часть живота. - Как будто там что-то раздулось. Кейт закашлялась и извинилась.
Осторожно придерживая женщину, врач подвел ее к кушетке и тщательно осмотрел. Затем, вписав в рецепт адрес и фамилию Кейт, вручил его женщине.
- Это мой коллега. Он специалист по такого рода делам. Думаю, вам стоит навестить его. - Молодой врач помедлил. - И побыстрее. Кент молча уставилась на него, будто ища поддержки. - Я совершенно уверен, что вам не о чем беспокоиться, - попытался приободрить ее врач.
Поднявшись с кушетки, Кейт сморщилась от боли. - А вы не могли бы прописать мне что-нибудь...
- Извините, - резко перебил ее врач. - Но на этой стадии я бы не рекомендовал болеутоляющее.
Он внимательно наблюдал за Кейт, когда она покидала приемную и, заметив двух мужчин, поспешивших за ней к выходу, закрыл дверь и снял телефонную трубку.
- Соедините меня с Чикаго, - потребовал он. На лице молодого человека играла торжествующая улыбка.
- Посреди смерти зарождается жизнь, - про себя заметил он.
***

Кейт лежала на операционном столе, две медсестры, держали ее за руки. Голени auee крепко привязаны. Кожа на разбухшем животе вздулась. Тело сотрясалось в ритмичных конвульсиях. Кейт тяжело дышала, ее полные мольбы глаза остановились на одной из сестер.
- Это скоро кончится, - попыталась та успокоить Кейт. Дикая боль вновь пронзила ее тело, и женщина зашлась в душераздирающем вопле, чуть было не задохнувшись. Хирург потянулся за скальпелем.
- Я сделал небольшой надрез, - проговорил он, - давить будет не так сильно.
Но только он склонялся над Кейт, та, опять закричала, и сестра прикрыла ей, лицо салфеткой.
Тело Кейт билось в конвульсиях.
- Идет, - крикнул хирург, - держите, ее.
Спина Кейт выгнулась, голова резко откинулась назад в очередном вопле, в истошном протесте против того, что с ней происходило. И тут оно вышло нее.
Расслабленное тело Кейт дернулось, словно рыба, внезапно пригвожденная ножом. Хирург передал акушерке шевелящийся комочек, будто в молитве глянул себе под ноги и направился к двери. Он даже не сполоснул руки Медленно двинулся по коридору. Сестра последовала за ним, наблюдая, как хирург подошел к пожилой паре, расположившейся на скамейке. Сестра услышала знакомые и жесткие слова: "Мы сделали все, что было в наших силах". Старушка упала на грудь мужа и разрыдалась. - Опухоль оказалась просто гигантской, - констатировал врач. Медсестра закрыла за собой дверь, повернулась и приняла комочек из рук акушерки Взглянула на него. Это был мальчик. Медсестра непроизвольно перекрестилась, а затем, внезапно услышав постукивание собачьих когтей по кафельному полу, оглянулась. Огромный черный пес с тяжелыми челюстями подбежал к ней. Сестра опустила ребенка на пол, и собака принялась вылизывать мальчика Маленькие ручки потянулись к чудовищу; крошечные пальчики вцепились в собачью шерсть. Сестре вдруг почудилось, будто мальчик причмокивает. Она взглянула на мертвую женщину и устремилась к операционному столу, чтобы накрыть тело. Лицо медсестры сморщилось от отвращения, но когда она вновь перевела взгляд на ребенка, на губах ее заиграла улыбка - Это плоть от плоти дьявола, - с гордостью произнесла медсестра.
В квартирах, особняках, конторах и на заводях шептали ученики в эти минуты благодарные молитвы. Отчаявшиеся вновь обретали надежду, А в самом сердце Италии, в монастыре, священник по имени де Карло сидел на узкой койке. Все тело его было покрыто холодным липким потом. Очнувшись от ночного кошмара, де Карло знал теперь наверняка: он проиграл и самое худшее еще впереди.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава 1

Молодой человек вот уже битый час слонялся по одному из залов ожидания в аэропорту Хитроу. Он то глядел на взлетные полосы, то шатался возле бара, раздумывая не пропустить ли стаканчик-другой, но каждый раз отказывался-таки от этого соблазна Молодой человек то и дело бросал взгляд на часы. Время от времени он засовывал руки в карман и извлекал лист с напечатанным рядом цифр, пытаясь, видимо, их запомнить. Никогда он не встречал этого старика, но знал, что обязан иметь в своем распоряжении железные факты, ибо Поль Бухер просто на дух не выносил дураков. Из громкоговорителя донесся треск: "Самолет компании "Торн Корпорейшн" рейсом из Чикаго только что совершил посадку!" У молодого человека перехватило дыхание.
"Пассажир Бухер прибудет в зал ожидания через минуту. Спасибо за внимание".
Молодой человек подтянул манжеты и поправил галстук Председатель компании "Торн Корпорейшн" и владелец львиной доли ее акций - Поль Бухер - являлся самым могущественным и влиятельным лицом в Западном регионе, а это означало, что и во всем мире. Идеи этого человека тридцать лет назад превратили промышленный гигант в крупнейший на земном шаре транснациональный комплекс. Простейшая мысль озарила тогда Бухера, который осознал, что именно пища должна стать наиважнейшим товаром на планете. И теперь "Торн Корпорейшн" представляла собой гигантский производитель удобрений и сои, экспортируемых в страны третьего мира. Сколько раз молодой человек ошеломлял девушек или сотрудников одной только фразой, принадлежащей Бухеру и ставшей уже притчей на языках: "В основе нашего процветания лежит голод".
Да, Бухер слыл кем-то вроде героя, живой легендой. Молодой человек взглянул на взлетную полосу, отыскивая глазами самолет компании. В это время дверь распахнулась, и в зал вошел Бухер - высокий старик с очень прямой спиной и резкими чертами лица. Его седые и вьющиеся волосы были аккуратно уложены.
- Мистер Бухер, - начал молодой человек, - моя фамилия Хэррис. Добро пожаловать в Лондон. Меньше всего ему хотелось походить на гида, но слова вылетели сами собой.
- Спасибо, Хэррис, - поблагодарил Бухер. - Спасибо, что встретили. Хэррису оставалось только надеяться, что он не покраснел от удовольствия.
- Машина в вашем распоряжении - Конечно, - проронил Бухер. "Назойливый, мелкий негодяйчик", - тут же решил он про себя.
***

Автомобиль мчался по шоссе. Хэррис открыл дверцу бара, но Бухер отрицательно покачал головой.
- Из Ливии есть какие-нибудь новости?
- Никаких, сэр, - сообщил Хэррис. Бухер кивнул.
- Ладно. Расширяйте производство в течение еще трех недель и поднимите ставки на полтора пункта. Хэррис в недоумении заморгал. - Но они могут возражать, сэр.
- Они могут возражать сколько им заблагорассудится. Разбудите меня, когда мы приедем.
Бухер прикрыл глаза, а Хэррис задумался над тем, не совершил ли он только что роковую ошибку.

***

Резиденция Британского филиала "Торн Корпорейшн" располагалась на южном берегу Темзы. Здание было сооружено в виде буквы "Т" и являло собой меньшую по размерам копию штаб-квартиры компании в Чикаго. Из своего кабинета на верхнем этаже Бухер мог любоваться раскинувшимися на противоположном берегу зданием Английского банка и другими городскими сооружениями. А слева открывался великолепный вид на дворцы Парламента. Постепенно в привычку председателя прочно вошло разглядывать эти прекрасные строения во время телефонных переговоров. Очутившись в своем кабинете, Бухер попросил принести все телексы за последние два дня и велел не беспокоить его в течение часа Служащие тем временем постепенно собирались в приемной. Они спокойно переговаривались, то и дело приветствуя кивками вновь входящих сотрудников. За час приемная основательно наполнилась людьми. Секретарша Бухера посмотрела на часы, постучала в дверь и заглянула в кабинет.
- С днем рождения, сэр, - поздравила она. Бухер улыбнулся, затем обвел взглядом своих подчиненных.
- Спасибо, - поблагодарил он, вставая и кивком приглашая их войти. Заходили в его кабинет, безукоризненно придерживаясь установленного этикета: сначала три вице-президента со словами: "Поздравляем, Поль", следом за ними управляющие департаментов, затем исполнительные директора компании, чьи лица были знакомы Бухеру лишь смутно и кто обратился к тему непременно "сэр", Когда, наконец, отзвучали все приветствия, собравшиеся подались в сторону, пропуская вперед мальчика. Тот нес выпеченный в форме буквы "Т" торт с зажженными свечами Мальчик поставил торт на стол перед Буфером и отступил назад. Бухер улыбнулся, поблагодарил его и подул на свечи. Лишь с третьей попытки он загасил их. В изнеможении Бухер оперся о письменный стол.
На пороге появился официант, вкативший в приемную сервировочный столик.
- Шампанского? - осведомилась секретарша.
- Обязательно, - воскликнул Бухер.
Официант принялся откупоривать бутылку. Бухер поднял фужер, принимая поздравления своих сотрудников. - Позволь заметить, Поль, ты никоим образом не выглядишь на свои годы.
- Ты хочешь сказать, что я неплохо сохранился?
- Ну, такое я бы не ляпнул, но...
- Сэр, вы сегодня празднуете?
- Нет.
- ..сэр, надеюсь, этот год будет таким же успешным, как и предыдущий. - Хочется надеяться, что он будет более успешным.
- Конечно, конечно.
Бухер разглядывал присутствующих и в уме пытался прикинуть, кто же ив них в состоянии занять его место. Похоже, ни один из собравшихся здесь не способен, заменить его - Бухера. Никто из них. Да, пожалуй, и в Чикаго тоже. Бухеру был нужен он сам, только сорокалетний. - За ваши семьдесят.
Бухер резко оглянулся и увидел Хэрриса, поднявшего бокал. Лицо молодого человека раскраснелось io шампанского.
Бухер нахмурился.
- За ваши семьдесят! - повторял Хэррис, скривившись в попытке улыбнуться.
Бухер вздрогнул и отошел в сторону. Рядом тут же появилась секретарша. Улыбаясь, она взяла под руку Хэрриса.
- Я что-то не то сказал? - смутился, тот.
- Выведите его отсюда, - мягко приказал Бухер. Секретарша, увлекла Харриса к двери, и присутствующие тут же отвернулись от них. - Да что же а сделал такого? - взвизгнул Хэррис, когда Бухер, подойдя к своему креслу, тяжело опустился в него и прикрыл глаза. Когда он их вновь открыл, возле кресла в одиночестве стояла, его секретарша. - Извините, господин Бухер...
Бухер покачал головой.
- Все в порядке - Могу ли я что-нибудь для вас сделать? - Разве что добавить еще лет тридцать жизни, - отозвался Бухер. Улыбнувшись, женщина вышла из кабинета, размышляя про себя, смертен ли вообще Поль Бухер.
В аду ночь Бухер спал беспокойно, он то и дело вздрагивал и что-то бормотал. Женщина приподнялась на локтях и взглянула на него. Впалая грудь, выступающие ребра, правая рука подрагивает. Женщина ласково взяла ее в свои руки и погладила ладонь. Бухер нахмурился во сне и опять что-то невнятно пробормотал.
Женщина улыбнулась, тронула его за мизинец и слегка пощекотала. Мизинец тут же обвился вокруг ее пальца, как младенец, ухватившийся за свою мать.
Женщина вдруг почувствовала шероховатость отметины на пальце: трех девяток, если рассматривать их под одним углем, или же трех шестерок, если глядеть под другим. Верхушки шестерок соединялись в виде клеверного листочка.
Женщина почувствовала, как цифры пылают, обжигая ее собственную кожу. Бухер метался по постели, взмахивая свободной рукой, как будто плыл. Губы его шевелились.
- Что ты сказал? - прошептала женщина, еще ниже склоняясь над ним. - Трижды двадцать и десять, - едва слышно пробормотал Бухер. - Шш-ш-ш... - женщина крепко сжимала его руку, сам же он так вцепился в ее палец, что отметина оцарапала его. Женщина вскрикнула и попыталась выдернуть руку, но Бухер не отпускал ее.
- Поль, - взмолилась она.
- Трижды двадцать и десять, - выдохнул Бухер. В годину Армагеддона. Семьдесят лет.
Женщина освободила, наконец, свою руку и отодвинулась от него. Губы Бухера продолжали шевелиться, но теперь беззвучно. Женщина взглянула на свою ладонь и заметила, что его родимое пятно отпечаталось на ее пальце, как будто выжженное огнем. Некоторое время она неподвижно лежала, уставившись на этот знак, затем приложила палец к губам и лизнула его, почувствовав под языком три шестерки. Женщина повернулась, чмокнула Бухера в щеку и, пробормотав благодарность, уснула глубоким и счастливым сном.



Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)