Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

АВТОБИОГРАФИЯ

Родился в 1950 году (еще при Сталине), но 17 апреля (в один день с Хрущевым), назван был Леонидом (очевидно, с прицелом на приход к власти Брежнева). Национальность определить трудно, поэтому пишусь русским. ВЛКСМ покинул в 1978 году в связи с достижением преклонного возраста, с тех пор политических убеждений не имею, но сочувствую всем, у кого они есть. И вообще, я не был, не состоял, не привлекался, не избирался (и не буду), а теперь еще и не пью.
С детства мечтал стать геологом, химиком или железнодорожником. По окончании школы был семикратным абитуриентом и двукратным студентом, поступал в МГУ на геологический и химический факультеты, в Геологоразведочный институт, в техникум транспортного строительства. После того, как все детские мечты сбылись, решил заняться воспитанием подрастающего поколения - в 1971 году поступил на исторический факультет МГПИ имени В. И. Ленина (ныне МПГУ - не путать с ГПУ). За время учебы женился и завел трех дочерей. Окончил "альма матер" в 1976 году. Три года проработал в школе, откуда дезертировал в Военно-исторический архив. В архиве добился выдающихся трудовых достижений, стал ударником коммунистического труда и ударником не помню какой пятилетки. Когда надоело ударять, занялся журналистикой и пять лет продолжал это делать в журналах "Советский воин", "Честь имею!" и "Воин" (это один и тот же журнал, только его часто перерегистрировали) и еще три года - в журнале "Военные знания" (это уже совсем другое). Параллельно занимался литературой (чем она от журналистики отличается, мне объясняли, но я забыл). В настоящее время являюсь автором 12 опубликованных романов, 2 повестей, 1 мистерии и 3 рассказов. (Не считая того произведения, которое вам придется читать в этой книге).

ЗАЕЗД

Дом отдыха "Светлое озеро" располагался в пяти жилых и одном административном корпусах, построенных в разное время. Административный корпус был когда-то сооружен на фундаменте, оставшемся от сожженной в 1917 году усадьбы графа Елпидифора Акакиевича Удилы-Жеребецкого. Граф под конец биографии пребывал в запойном состоянии вследствие неуспехов русского оружия и падения династии Романовых. Мужики, которые в октябре объявили о разделе земли по едокам, решили было пожалеть барина и оставить ему лично двадцать десятин на прокорм.
Приехавший из уезда спустя месяц комиссар, матрос Замотайкин, любивший покалякать с интеллигентными людьми, для повышения своего образовательного уровня провел с графом политическую беседу. Беседа превратилась в острую дискуссию, в ходе которой стороны никак не могли сойтись во мнениях относительно дальнейших перспектив развития русской революции и того, что полезнее для здоровья: шустовская рябиновка из запасов Удилы-Жеребецкого или самогон, принесенный с собой матросом. Замотайкину удалось убедить своего оппонента выстрелом из маузера, а потом официально оформить это мероприятие документом о расстреле бывшего графа как контрреволюционера и врага трудового народа. После этого мужики, под лозунгом "Мир хижинам - война дворцам", провели возле усадьбы митинг и постановили все реквизировать, а оставшиеся десятины - поделить. После реквизиции, когда в доме оставались только стены и потолки, возник пожар, от которого, впрочем, уцелели кирпичные печи и фундамент. Печи, правда, впоследствии тоже разобрали, а фундамент, постепенно обрастая травой и кустами, дожил до середины пятидесятых годов. Вот тогда-то на нем и был возведен будущий административный корпус - двухэтажный особняк с колоннами в стиле советского классицизма.
Во времена Хрущева здесь отдыхал только районный актив. Но потом начальство из области, посетив как-то раз данное учреждение, распорядилось придать ему областной статус, и появились два более современных пятиэтажных здания с концертным залом и бассейном, спорт-городок и лодочная станция. При Брежневе соорудили еще два корпуса, а пятый завершили спустя месяц после кончины Черненко. Тут уж заведение потянуло на всесоюзный масштаб. Говорят, что в свое время здесь успели побывать даже некоторые помощники заместителей заведующих отделами ЦК.
Демократическая власть передала номенклатурно-партийный объект народу. Народом оказался российско-кот-дивуарский концерн "Интерперестрой лимитед", созданный на базе бывшего районного отделения "Сельхозтехники", фабрики резинотехнических изделий имени Котовского и кот-дивуарской фирмы "Мбулу-Мбулу", основанной в свете решений последнего, XXVIII съезда КПСС израильским подданным Абрамом Ивановичем Замочидзе. Президентом совета директоров концерна был избран бывший третий секретарь Новокрасноармейского горкома Август Октябревич Запузырин, который прославился тем, что сдал свой партбилет за целых двадцать два часа до официального объявления итогов путча 19-21 августа 1991 года.
Теперь каждый, кто имел деньги, мог приобрести двенадцатидневную путевку и поправить свое здоровье у Светлого озера. В день заезда директор дома отдыха Светозар Трудомирович Забулдыгин лично руководил вселением отдыхающих. Персонал был проинструктирован, чтобы всех прибывающих граждан именовали "господами" и не вздумали по привычке употреблять слово "товарищи". Конечно, могучий бюст вождя мирового пролетариата, стоявший на площадке перед административным корпусом, убрать не успели. Во-первых, это забыли включить в смету, а во-вторых, Август Октябревич, когда директор осторожно намекнул на несоответствие в наглядной агитации, велел бюст пока не убирать, а замаскировать рекламными щитами. Художник в доме отдыха был человек бывалый. Он загрунтовал старые плакаты "Пятилетке качества - рабочую гарантию!", "Будет хлеб - будет и песня!", "Экономика должна быть экономной!" и прочие, соорудил из них вокруг вождя нечто вроде не правильного куба и быстренько изобразил рекламы. В результате поверх "рабочей гарантии" и "экономной экономики" появились эмблемы "Интерперестрой лимитед" с переплетением из российского и кот-дивуарского флагов; полуголая белокурая девица, утверждавшая, что "Ничто лучше продукции фабрики имени Котовского не защитит вас от СПИДа!"; приглашение посетить Кот-Дивуар; и, наконец, огромная шестерня на фоне несжатых колосьев - эмблема "Старопоповского агропромбанка". Надо сказать, что Старопоповск довольно много лет назывался Новокрасноармейском и возвращенное наименование еще не совсем прижилось. Кроме того, горсовет оказался (с демократической точки зрения) радикальнее, чем райсовет. Именно поэтому, хоть сам районный центр и приобрел уже исконно-историческое название, район по-прежнему оставался Новокрасноармейским.
Отрешившись от политических пристрастий и подходя к делу объективно, надо признать, что райсовет был прав, потому что Старопоповского района до революции не было, а был Свистодрищенский уезд. Однако город Свистодрищенск в связи с электрификацией всей страны пришлось затопить, и райцентром стал второй по значению мегаполис уезда, Старопоповск, к тому времени уже носивший имя Новокрасноармейск. Кто спорит, что потопление Свистодрищенска с его десятью православными храмами и тридцатью двумя кабаками было жутким преступлением большевиков? Опять же, это подорвало местную промышленность. В частности, ликвидировало процветавший при царе и НЭПе свечной завод купца Семибрюхова и стекольный завод госпожи Углозадовой, изготовлявший пивные бутылки и стекла для керосиновых ламп. Наконец, была уничтожена уникальная лучинная фабрика Перепоева, выпускавшая славившиеся по всей России сосновые лучины, не уступавшие лучшим мировым стандартам. Кроме того, постройка плотины у слияния рек Свисты и Дристы создала препятствие для нереста знаменитой свистодрищенской уклейки, достигавшей в длину полутора аршин и веса в полтора пуда. Ну и вообще экологическое равновесие было нарушено. От избытка света и насильственного обучения грамоте население перестало размножаться, так как по вечерам слишком много читало, слушало радио и смотрело телевизор. Естественно, что хлебопашество пришло в упадок и вместо пеньки и дратвы Новокрасноармейский район стал поставлять в столицу исключительно писателей-деревенщиков.
"Эх, какую же мы, блин, Рассею потеряли!" - вздыхал народ и мечтал о старопрежнем. Хотя и не очень последовательно. Например, утверждение местных и прибывших из области экологов, что для улучшения обстановки надо взорвать плотину Новокрасноармейской ГЭС и, спустив водохранилище, возродить прежний Свистодрищенск вместе с его былой славой, поначалу было поддержано широкой общественностью. Однако, когда по телевидению начали демонстрировать фильм "Богатые тоже плачут", сторонников возвращения к лучине и керосиновым лампам стало вдесятеро меньше. Впрочем, к судьбе дома отдыха все это имело только косвенное отношение, а потому в более подробном освещении не нуждается. Итак, Светозар Трудомирович встречал отдыхающих с дежурной улыбкой, которую в свое время подсмотрел по телевизору у президента Никсона. Бедняга даже не догадывался, что за только что прибывшими отдыхающими, помимо него и других сотрудников "Светлого озера", пристально наблюдают и некие весьма незаметные субъекты. Кто именно - поясним позже. Пока, для простоты, будем именовать их "старшим" и "младшим". - Вот, стажер, - прокомментировал старший появление первого отдыхающего, подкатившего на "восьмерке". - Это одинокий волк, гроза женских сердец, - Владислав Игнатьевич Котов.
"Волку" было под сорок, но ему давали не больше тридцати. Одет он был в джинсовый костюм и оранжевую майку с каким-то тропическим видом в сине-зелено-белых тонах на груди. Стрижка короткая, ежиком. На плече болталась спортивная сумка, а на поясе поблескивал молниями кошелек-подсумок. Мощные плечи, квадратная челюсть, кулаки с мозолями на костяшках - все как полагается.
- Сложный субъект, - заметил старший, анализируя память Котова. - Отрицательный потенциал всего тридцать процентов. Хотя, казалось бы, все данные, чтобы стать развратником и прелюбодеем: профессия располагает к алчности - бизнесмен, а зеленый пояс по каратэ делает просто потенциальным убийцей. Но грехов маловато - вот что удивительно. Тут придется поработать!
На стоянку въехала "шестерка". Из нее вылезли: сперва мальчик лет десяти, щупленький, но очень шустрый, затем флегматичная полная женщина неопределенно-бальзаковского возраста и, наконец, грузный мужчина с необъятным животом, который обладателю с трудом удавалось протащить между сиденьем и баранкой.
- Семейство Пузаковых, - представил старший. - Владимир Николасвич, бухгалтер СП, зарабатывает хорошо. Мамаша - Марина Ивановна, инженер, работает в закрытом КБ "Пузырь", сын Кирюша окончил третий класс. Потенциал минуса: папа - пятнадцать, мама - десять, сын полпроцента. Почти безнадежный случай - счастливая советская семья. Третья машина, остановившаяся на площадке перед административным корпусом, оказалась иномаркой. Из нее вышли четверо - два парня и две девицы, загорелые, в темных очках и бейсбольных шапочках, в "бермудах" и все почему-то в красных майках с надписью "Кока-кола". - С этой командой делать нечего, - оценил старший, - можно хоть сейчас сдавать доставщикам. Вот этот, повыше, - Андрей Колышкин. Кандидат в мастера по боксу, в восемьдесят пятом осужден на три года за хулиганство. После отсидки организовал группу рэкетиров-охранников. Контролирует проституток в облцентре. Второй, его помощник, Никита Лбов - качок, ранее не судим, но за ним - нераскрытое убийство сутенера. У обоих отрицательный потенциал за семьдесят процентов зашкаливает. Девочки - это их подопечные, но, думаю, здесь они их сдавать не собираются, взяли для бесплатного секса. Маленькая блондинка - Людмила Соскина, высокая брюнетка - Элла Шопина. Помимо прелюбодейства и разврата, за каждой по две-три кражи, плюс к тому у Шопиной - соучастие в разбойном нападении. У обеих минус под семьдесят. Готовый продукт - нам в зачет не пойдут. Ладно, сейчас автобус подкатит. "Икарус" подкатил через минуту, и из него с шумом вывалилась разноцветная толпа с чемоданами, сумками, детьми, собачками и другим багажом. Стремясь опередить друг друга, отдыхающие хлынули к дверям административного корпуса. В холле, перед окошком регистратора, загудела очередь.
- Так, - подытожил старший, - пятьдесят три человека. Отметаем всех с минусом свыше шестидесяти процентов - осталось сорок семь. Теперь всех с минусом менее двадцати - осталось пятнадцать. Срок путевки - двенадцать дней. Будем работать...
В это время отдыхающие, побрякивая ключами, уже выходили из административного корпуса и направлялись к жилым. Холл пустел, лишь несколько человек изучали вывешенный на стене план дома отдыха и его окрестностей, а две пожилого возраста дамы усердно расспрашивали директора о том, сколько калорий содержится в здешней пище, какой в ней процент нитратов и фосфатов, а также нет ли поблизости источников загрязнения окружающей среды...
Когда в холле уже почти никого не осталось, появилась худая, бледнолицая, не от мира сего очкастая дама с хозяйственной сумкой и чемоданом, запыленная и усталая. Судя по всему, она не успела на автобус и от самой железнодорожной станции тащилась пешком. - Александра Кузьминична Сутолокина, - проинформировал стажера старший. - Инженер-строитель, работает в управлении, сидит на сметах. Сорок шесть лет, имеет двух взрослых дочерей, мужу - пятьдесят восемь. Потенциал около тридцати процентов. За всю жизнь ни разу не изменяла мужу, увлекается политикой и художественной литературой. Приближается к климаксу... Очень перспективный субъект для предобработки! - Странно, - заметил младший, - вы "одинокого волка" с тридцатью процентами считаете трудным, а эту, в очках, при тех же процентах - перспективной... Почему так?
- Ну как тебе объяснить, - поморщился старший. - Это уже искусство... Пока посмотрим, как разместилась наша "перспективная" и кто ее соседи... С плеча директора вспорхнула микроскопическая пылинка. Светозар Трудомирович не заметил ровным счетом ничего. А вы замечаете что-нибудь в подобных случаях? Но с плеча Забулдыгина слетела не просто пылинка. В этом малюсеньком объекте было сосредоточено все или почти все, что повлияло и на судьбу директора, и на судьбы тех, кого рассматривали "старший" и "младший" и кто еще появится на страницах нашего опуса.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)