Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


7

Внешний наблюдатель, неподвижный по отношению к звездам, мог бы заметить это раньше, чем люди на корабле; ибо при такой скорости корабль волей-неволей летел наполовину вслепую. Даже не имея лучших датчиков, чем на корабле, этот наблюдатель знал бы о катастрофе заранее, за несколько недель. Но он все равно не смог бы предупредить.
И в любом случае никакого наблюдателя не было: только ночь, усыпанная бесчисленными далекими солнцами, замерзшая река Млечного Пути и редкое призрачное мерцание туманности или сестры-галактики. В девяти световых годах от Солнца корабль был безгранично одинок.
Автоматический сигнал тревоги поднял капитана Теландера. Пока он боролся со сном, по интеркому раздался голос Линдгрен: - Kors i Herrens namn!
Ужас, прозвучавший в этих словах, мгновенно стряхнул с капитана остатки сна. Ничего не ответив, он выбежал из каюты. Так случилось, что он был одет. Убаюканный однообразием времени, капитан Теландер читал роман, проецируемый из библиотеки, и задремал в кресле. Затем челюсти вселенной сомкнулись.
Он не обращал внимания на пестрые рисунки, которые покрывали переборки коридоров, на пружинящий под ногами пол, на запахи роз и грозового ливня. В его сознании громко отдавалась вибрация двигателя. Металлическая лестница дробно стучала под его торопливыми шагами, звук отдавался эхом в колодце.
Капитан выбрался уровнем выше и поднялся на мостик. Линдгрен стояла рядом с видеоскопом. В сложившихся обстоятельствах на этот прибор нельзя было рассчитывать. Истину могли поведать приборы, которые мерцали на всей передней панели. Но взгляд Ингрид не отрывался от экрана видеоскопа. Капитан проскользнул за ее спиной. Аварийный сигнал, который вызвал его сюда, все еще ярко светился на экране, подсоединенном к астрономическому компьютеру. Взгляд его прошелся по окружающим датчикам и дисплеям. Щелкнуло устройство выдачи и из щели показалась распечатка. Он схватил ее. Буквы и цифры представляли определение количества: подробности после запятой, после того, как поступило больше данных и было произведено больше вычислений. Первоначальное MENE, MENE на панели было нетронутым. Капитан ударил по кнопке общей тревоги. Взвыли сирены, звонкое эхо разнеслось по коридорам. По интеркому он отдал приказ всем, кто свободен от дежурства, явиться в спортзал вместе с пассажирами. И тут же резко добавил, что будут включены все каналы связи, так что находящиеся на вахте тоже смогут принять участие в собрании.
- Что нам делать? - крикнула Линдгрен во внезапной тишине. - Боюсь, очень немногое. - Теландер подошел к видеоскопу. - Здесь что-нибудь видно?
- Едва-едва, по-моему. Четвертый квадрант.
Она закрыла глаза и отвернулась от капитана.
Он счел само собой разумеющимся, что она имела в виду проекцию непосредственно впереди по курсу корабля, и стал вглядываться в картину. При большом увеличении изображение бросилось ему в глаза. Картина была несколько затуманена и искажена. Оптические проводники не могли компенсировать такие скорости. Но он видел точки звезд - бриллиант, аметист, рубин, топаз, изумруд, - сокровища Фафнира. Почти в центре горела Бета Девы. Она должна быть очень похожа на родное Солнце, но спектральное смещение придало ей оттенок ледяной голубизны. И вот, на грани восприятия... этот клочок? Это туманное облачко, способное стереть корабль и пятьдесят человеческих жизней?
В его сознание ворвался шум: крики, топот, тревожные голоса. Он выпрямился.
- Я пойду на корму, - сказал он ровным голосом. - Мне нужно проконсультироваться с Борисом Федоровым, прежде чем обращаться к остальным. - Линдгрен сделала движение, чтобы идти с ним. - Нет, оставайтесь на мостике.
- Зачем? - ее терпение было на пределе. - Правила?
Он кивнул.
- Да. Вы не сняты с поста. - Подобие улыбки появилось на его худом лице. - Если только вы не верите в Бога, правила - это единственное утешение, которое у нас теперь осталось.
В этот момент драпировки и росписи на стенах спортзала имели не больше значения, чем баскетбольные корзины или яркие одежды, оказавшиеся случайно на людях. Не было времени разложить стулья. Все взгляды были обращены на Теландера, когда он взбирался на сцену. Все стояли не шевелясь. Пот блестел на лицах и в воздухе чувствовался его запах. Теландер положил руки на аналой.
- Леди и джентльмены, - сказал он. - У меня плохие новости. - Скажу сразу, что наши шансы выжить отнюдь не безнадежны, судя по имеющейся на данный момент информации. Однако мы в беде. Случилось то, против чего нельзя защититься, по крайней мере на нынешней, ранней стадии развития технологии бассердовских двигателей...
- К делу, черт подери! - крикнул Норберт Вильямс.
- Тихо, вы, - сказал Реймон.
В отличие от большинства людей, которые стояли взявшись за руки, он держался поодаль, рядом со сценой. К тускло-коричневому комбинезону он прикрепил знак отличия.
- Вы не имеете пра...
Кто-то, должно быть, толкнул Вильямса локтем, потому что тот замолк. Теландер мрачнел на глазах.
- Приборы обнаружили... обнаружили препятствие. Небольшую туманность. Совсем крошечную, сгусток пыли и газа, не более нескольких миллиардов километров в поперечнике. Она движется с огромной скоростью. Возможно, это остаток облака или протозвезда. Я не знаю.
Факт тот, что мы с ней столкнемся. Примерно через двадцать четыре часа корабельного времени. Что случится затем, мне тоже неизвестно. Если нам повезет, мы сможем выйти из столкновения без серьезных повреждений. Иначе... если поля будут перегружены и не смогут защитить нас... ну, мы все знали, что это путешествие рискованно.
Он услышал, как многие судорожно вдохнули воздух, как закатываются глаза, начинают дрожать губы, пальцы чертят знаки в воздухе. Он настойчиво продолжал:
- Мы мало что можем сделать, чтобы подготовиться. Немного подрихтовать, конечно; но по существу корабль уже настолько готов ко всему, насколько это возможно. Когда приблизится момент столкновения, мы все займем места в противоударных устройствах и наденем скафандры. Теперь переходим к обсуждению.
Рука Вильямса взлетела из-за плеча высокого М\'Боту. - Да?
Химик побагровел, что свидетельствовало скорее о негодовании, чем о страхе.
- Мистер капитан! Зонд-робот не докладывал ни о каких опасностях на нашем пути. По крайней мере, в его сообщении не было ни намека на них. Правильно? Так кто ответит за то, что мы влипли в это дерьмо? Голоса стали громче и смешались в невнятный гул.
- Тихо! - распорядился Шарль Реймон.
Хотя он говорил негромко, его голос подействовал на всех. Несколько человек бросили на него недовольные взгляды, но крикуны угомонились. - Мне казалось, что я все объяснил, - сказал Теландер. - Облако крошечное по космическим стандартам, не светящееся. Его нельзя обнаружить на больших расстояниях. Оно имеет высокую скорость, несколько десятков километров в секунду. Таким образом, даже если бы мы в точности повторяли путь зонда, облако находилось бы далеко в стороне от его пути - это было больше пятидесяти лет назад, не забывайте. Более того... мы уверены, что зонд летел не точно там, где мы сейчас. Кроме движения Солнца и Беты Девы относительно друг друга, примите во внимание еще и расстояние между ними. Тридцать два световых года - это больше, чем в состоянии вообразить наши бедные мозги. Самое слабое отклонение курса, проложенного от звезды до звезды, означает разницу во много астрономических единиц в середине пути. - Столкновение невозможно было предсказать, - добавил Реймон. - Этого не должно было произойти Однако кто-то время от времени должен вытаскивать бумажку с крестиком.
Теландер резко вскинул голову.
- Я вас не узнаю, констебль, - сказал он.
Реймон покраснел.
- Капитан, я старался побыстрее закончить дело, чтобы кой-какие лопухи не задерживали вас здесь, заставляя объяснять очевидные вещи. - Не оскорбляйте товарищей по кораблю, констебль. И, пожалуйста, подождите говорить, пока к вам не обратятся.
- Прошу прощения, капитан.
Реймон скрестил руки на груди. Лицо его утратило всякое выражение. Теландер сказал, тщательно подбирая слова:
- Пожалуйста, не стесняйтесь задавать вопросы, какими бы элементарными они не казались. Вы все имеете образование в теории межзвездной астронавтики. Но я, чьей профессией это является, знаю, какие странные в ней есть парадоксы, и как трудно их удержать в уме. Лучше, если каждый в точности будет понимать, что нас ждет... Доктор Глассгольд? Молекулярный биолог опустила руку и робко сказала: - Не можем ли мы... Я хочу сказать, что... объекты вроде этой туманности, они бы на Земле считались вакуумом. Так ведь? А мы, уже почти добрались до скорости света и с каждой секундой прибавляем скорость. И массу. Наш обратный тау, должно быть, сейчас около пятнадцати. Это означает, что наша масса невероятно велика. Так как может немного пыли и газа нас остановить?
- Хорошее возражение, - ответил Теландер. - Если нам повезет, мы пройдем сквозь облако без особых помех. Но это не совсем так. Не забудьте, что пыль и газ по отношению к нам движутся равно быстро, и их масса соответственно возросла.
Силовым полям придется поработать над ней, направляя водород в систему реактивного двигателя и отклоняя всю материю от корабля. Эти действия окажут на нас влияние. Более того, все произойдет крайне быстро. То, что поля могут сделать в течение, скажем, часа, они могут оказаться не в состоянии сделать за минуту. Мы должны надеяться, что материальные компоненты корабля смогут выдержать сопутствующие нагрузки. Я говорил с главным инженером Федоровым, который сейчас на посту. Он считает, что мы, весьма возможно, не потерпим серьезного ущерба. Он признает, что его мнение - не более чем экстраполяция. В эру пионеров учатся в основном на собственном опыте. Мистер Ивамото? - Я так понимаю, что у нас нет возможности избежать столкновения? Один день корабельного времени - это примерно две недели космического времени, верно? У нас нет шансов обогнуть это об... эту туманность? - Боюсь, что нет. С нашей, внутренней, точки зрения мы сейчас производим ускорение примерно в три "g". Однако с позиции внешнего мира это ускорение не есть постоянно, а постепенно падает. Даже если мы повернем под прямым углом к теперешнему курсу, это не уведет нас достаточно далеко в сторону, прежде чем произойдет столкновение. В любом случае, у нас нет времени, чтобы подготовиться к такому категорическому изменению схемы полета. Да, второй инженер М\'Боту? - Могло ли бы помочь, если бы мы затормозили? Мы ведь должны находиться в одном из двух режимов постоянно: толчок вперед или назад. Но я думаю, что сейчас торможение ослабило бы столкновение. - Компьютер не дал на этот счет никаких рекомендаций. Возможно, информации недостаточно. Боюсь, что даже в самом лучшем случае процентная разница в скорости будет невелика. Мне кажется, что у нас нет выбора, кроме как... эээ...
- Проскочить насквозь, - сказал Реймон.
Теландер бросил на него раздраженный взгляд. Реймон, похоже, не очень этим обеспокоился.
Однако по мере развития дискуссии его взгляд переходил с одного говорящего на другого, и складки на его лице около губ запали глубже. Когда наконец Теландер объявил: "Все свободны", констебль не вернулся к Чи-Юэнь. Он почти грубо протолкался через толпу и схватил капитана за рукав.
- Я думаю, нам лучше поговорить наедине, сэр, - заявил он. Резкость тона снова вернулась к нему.
Теландер произнес ледяным тоном:
- Вряд ли сейчас время ограничивать кому-либо доступ к фактам, констебль.
- Ах, назовите это вежливостью. Мы просто идем работать сами, не утомляя остальных, - нетерпеливо ответил Реймон.
Теландер вздохнул.
- Ладно, пойдемте со мной на мостик. Я слишком занят, чтобы устраивать приватные конференции.
Несколько человек, похоже, были другого мнения на этот счет, но Реймон сердитым взглядом и ворчанием отогнал их прочь. Теландер не выдержал и улыбнулся краешком губ, когда они выходили. - Вы все-таки умеете с ними обойтись, - признал он.
- Парламентский "человек с топориком"? - сказал Реймон. - Боюсь, что от меня вскоре потребуется больше, чем это.
- Надо полагать, на Бете-3. Специалист по спасательным работам и контролю в случае стихийного бедствия может очень пригодиться, когда мы туда попадем.
- Это вы скрываете от других факты, капитан, а не я. Вы серьезно потрясены тем, что нас ждет. Я подозреваю, что наши шансы вовсе не так высоки, как вы хотели всех убедить. Правильно?
Теландер посмотрел вокруг и не отвечал, пока они не оказались совершенно одни в лестничном колодце. Он понизил голос. - Я попросту не знаю. И Федоров не знает. Ни один бассердовский корабль не испытывали в таких условиях, как те, что нас ждут. Еще бы! Мы либо выйдем из происшествия без особых потерь, либо умрем. В последнем случае я не думаю, чтобы это произошло от лучевой болезни. Если какая-либо часть этого вещества проникнет за экраны и столкнется с нами, она просто сотрет нас - быстрая и чистая смерть. Я не вижу причин нагнетать обстановку, обсуждая эту вероятность.
Реймон нахмурился.
- Вы упустили из виду третью возможность. Мы можем выжить, но в плохом состоянии.
- Как, черт возьми, такое может случиться?
- Трудно сказать. Может быть, столкновение будет сильным, и весь экипаж погибнет. Необходимые люди, чьей потери мы не можем допустить... пятьдесят - это и так небольшое число. - Реймон задумался. Шаги их отдавались глухим эхом среди бормотания энергий. - В целом они отреагировали хорошо, - сказал он. - Их выбирали за храбрость и хладнокровие, наряду со здоровьем и интеллектом. Только в нескольких случаях выбор оказался не слишком удачным. Предположим, в результате катастрофы мы окажемся - ну, назовем это "лишенными возможностей". Что дальше? Как долго продержится дисциплина? А психическая нормальность? Я хочу быть готовым поддерживать порядок.
- В этой связи, - снова холодно отозвался Теландер, - прошу вас помнить, что вы действуете, подчиняясь моим приказам и согласно уставу экспедиции.
- Проклятие! - взорвался Реймон. - За кого вы меня принимаете? За кандидата в диктаторы, эдакого Мао? Я прошу вашего позволения набрать в дружинники нескольких достойных доверия мужчин и негласно подготовить их на случай крайности. Я раздам им оружие, предназначенное не для убийства, исключительно класса станнеров. Если ничего страшного не случится - или если случится, но все будут себя вести соответствующим образом - что мы теряем?
- Взаимное доверие, - сказал капитан.
Они пришли на мостик. Реймон вошел вместе со своим спутником, продолжая спор. Теландер сделал резкий жест, чтобы заставить его замолчать и направился к консоли управления.
- Есть что-нибудь новое? - спросил он.
- Да. Приборы начали чертить карту плотности, - ответила Линдгрен. Она вздрогнула, как от боли, при виде Реймона и отвечала механически, не глядя на него. - Вот рекомендации... - Она указала на экраны и последнюю распечатку.
Теландер изучил информацию.
- Хм. Похоже, у нас есть возможность пройти сквозь несколько менее плотную область туманности, если мы создадим боковой вектор, активировав устройства торможения номер три и четыре одновременно со всей системой ускорения... Процедура сама по себе рискованная. Это требует обсуждения. - Он опустил руки на управляющие клавиши интеркома и кратко поговорил с Федоровым и Будро. - Встреча на командно-дальномерном посту. Немедленно! Он повернулся, чтобы уйти.
- Капитан... - попытался Реймон.
- Не сейчас, - сказал Теландер. Он быстро пересек помещение размашистым и резким шагом.
- Но...
- Нет, не разрешаю.
Теландер исчез за дверью.
Реймон остался стоять с опущенной головой, сгорбившись, как будто готов был рвануться куда-то. Но идти ему было некуда. Ингрид Линдгрен смотрела на него некоторое время - минуту или чуть больше по времени корабля, четверть часа в жизни звезд и планет - прежде чем сказала, очень мягко:
- Что ты от него хочешь?
- Ну, - Реймон принял обычную позу. - Его приказа, чтобы набрать полицейских в запас. Он наговорил мне каких-то глупостей вроде того, что я не верю своим товарищам.
Их взгляды встретились.
- И не хочешь оставить их в покое в часы, которые, возможно, последние в их жизни, - сказала она.
Впервые с момента разрыва они перестали обращаться друг к другу со стопроцентной вежливостью.
- Я знаю. - Реймон словно выплевывал слова. - По-моему, им нечем особенно заняться, кроме как ждать. Так что они проведут это время... за разговорами, чтением любимых стихов, за трапезой, сервированной любимыми блюдами, с повышенным рационом вина, бутылками с Земли, за просмотром музыкальных, оперно-балетных, театральных лент или занимаясь любовью. Особенно, занимаясь любовью.
- Разве это плохо? - спросила она. - Если мы должны исчезнуть, не лучше ли, чтобы это произошло цивилизованным, спокойным, исполненным любви к жизни образом?
- Будучи чуть менее цивилизованными и прочее, мы можем повысить наши шансы на то, что не исчезнем.
- Ты так боишься умереть?
- Нет. Мне просто нравится жить.
- Я задумалась вот над чем, - сказала она. - По-моему, твоя грубость непроизвольна, ты не можешь с ней справиться. У тебя просто был такой образ жизни. Или ты не хочешь ничего менять?
- Честно говоря, - ответил он, - увидев, во что превращают людей образование и культура, я все меньше и меньше хочу стать образованным и культурным.
Чувства прорвались в ней. Ее глаза затуманились, она потянулась к нему со словами:
- О, Карл, неужели мы станем снова повторять старый спор, сейчас, когда это, может быть, последний день нашей жизни? - Он стоял неподвижно. Она продолжала торопливо. - Я любила тебя. Я хотела, чтобы ты был со мной всю жизнь, был отцом моих детей - на Бете-3 или на Земле. Но мы так одиноки, мы все, здесь посреди звезд. Мы должны делиться той добротой, которой можем поделиться, и принимать ее, иначе мы хуже мертвецов. - Эти разговоры для тех, кто не умеет контролировать свои чувства. - Неужели ты думаешь, что было какое-то чувство... что-то кроме дружбы и желания помочь ему справиться с его болью, и... и желания удостовериться, что он _н_е_ полюбит меня всерьез... Устав полета гласит, в числе прочего, что мы не можем по дороге заключать официальные браки, поскольку слишком угнетены и не имеем...
- Стало быть, ты и я прервали отношения, которые перестали нас удовлетворять.
- У тебя появилось много других! - вспыхнула она.
- На некоторое время. Пока я не нашел Ай-Линг. Тогда как ты снова спишь со всеми по очереди.
- У меня нормальные потребности. Я не вступила в... не связала себя... - она задохнулась, - ...как ты.
- Я тоже этого не сделал. Только, когда вокруг становится плохо, спутника не бросают. - Реймон пожал плечами. - Неважно. Как ты и подразумевала, мы оба свободные индивиды. Это было нелегко, но я в конце концов убедил себя, что неразумно и неправомерно питать неприязнь, потому что ты и Федоров воспользовались своей свободой. Не буду портить тебе удовольствие, когда ты сменишься с вахты.
- Я тебе тоже. - Она яростно терла глаза.
- Собственно говоря, я буду занят практически до последней минуты. Поскольку мне не позволили официально набрать дружинников, я собираюсь искать добровольцев.
- Ты не можешь!
- Мне по существу не было запрещено. Я свяжусь с несколькими людьми конфиденциально - с теми, кто, вероятно, согласится. Мы постараемся сделать все, что в наших силах. Если потребуется. Ты скажешь об этом капитану?
Она отвернулась.
- Нет, - сказала она. - Прошу тебя, уйди.
Его ботинки громко простучали по коридору, удаляясь.



Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)