Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


- Ох ты! - сказал Сергей неприязненно. - Философ ты у нас, оказывается? - Зачем философ? Я раньше пастухом был. Много думал. Пастухи много думают, у них времени хватает... Мы ж не слепые.
- Так ведь воюешь, философ? - спросил Костя.
- Воюю, - пожал плечами Заурбек.
- И дальше будешь?
- А что делать? Такой расклад судьбы. Все от Аллаха. Если начал, уже не остановишься.
- Ага, - сказал Костя. - Сейчас, как водится, вспомнишь своего мудрого дедушку, который говорит, что нельзя дважды снять урожай с одной чинары, а в одну и ту же воду дважды не войдешь...
- Не бывает никакого урожая с чинары, - сказал Заурбек. - И чинары у нас не растут. А дедушка уже ничего не говорит, его дудаевцы зарезали, когда он застрелил ихнего Гойбетирова.
- Вот это номер! - искренне удивился Сергей. - Что же ты и дальше воюешь, философ?
- Я же не у дудаевцев воюю, - сказал Заурбек досадливо. - Ты не поймешь, где тебе понять. Я у Джинна воюю. А дудаевцев я сам, случалось, резал. И за дедушку, и вообще.
"Действительно, хрен вас поймет, - подумал Костя. - Слава богу, что нам и нет нужды вас понимать, мы не для этого существуем, совсем не для этого..." На душе было пакостно: все, о чем говорил этот долбаный ваххабит, они не раз обсуждали между собой, но вот Заурбек не должен был при них упоминать такого, потому что это неправильно. В чем неправильность, он не мог бы определить точно, злился еще и из-за этого. Стыдно перед Заурбеком, вот что, - за то, что насчет Москвы и тамошних жирных котов чечен тысячу раз прав, а он не может быть прав, поскольку-злой чечен...
Чтобы прогнать эти стыд и неловкость, он вспомнил, что этот чертов философ, внук зарезанного дедушки, вчера выдал им аванс за оружие фальшивыми долларами. Все полсотни купюр, как в темпе установили здешние специалисты, оказались фальшаками, правда, мастерски исполненными, вероятнее всего, даже не в Иране, а в Западной Европе - или, учитывая происхождение Джинна, где-нибудь под Карачи...
- Мы сразу уедем, как только погрузимся? - поинтересовался Заурбек, на сей раз гораздо эмоциональнее.
- А что? - покосился на него Сергей, перехватил взгляд. - А-а, на лирику тянет?
- Ну и тянет, - согласился Заурбек, поглядывая на девиц в коротком, открытом и облегающем, шлявшихся там и сям четко рассчитанными маршрутами. - В горах этого нету.
- Увы, - злорадно сказал Сергей. - Уезжаем сразу, как только погрузимся. - Ага, - кивнул Костя. - И никакой тебе лирики. Белла, чао, Белла, чао, Белла, чао, чао, чао... - Он насвистел мотив и даже припомнил обрывки куплета: - Я проснулся сегодня рано в нашем лагере в лесу... К его удивлению, Заурбек грустно подхватил:
- Прощай, родная, вернусь не скоро, Белла, чао, Белла, чао, Белла, чао, чао, чао, я на рассвете уйду с отрядом горебалдейских партизан... - Гарибальдийских, балда, - хмыкнул Костя. - Ты-то где песенку ухитрился слышать? Сколько лет прошло...
- Как это - где ухитрился? Мы ж все когда-то жили в Советском Союзе, не забыл?
"А ведь забыл, - горько усмехнулся про себя Костя. - И забыл, что такое Советский Союз, и забыл, что вы тоже в нем, вообще-то, проживать изволили..."
- Помнишь, было такое кино? - немного оживился Заурбек.-Я маленьким смотрел. "По следу тигра". Там постоянно - Белла, чао, Белла, чао, Белла, чао, чао, чао... Видел?
- Ну.
- Помнишь, как там наш - из трехствольной зенитки - ап! ап! ап! Прямо по колонне.
- Наш? - хмыкнул Костя. Заурбек самую чуточку смутился: - Ну, тогда был как бы наш... Тогда все были - или наши, или не наши. - А сейчас, по-твоему, по-другому? - без выражения спросил Сергей. - Сейчас вообще все другое, - подумав, заключил Заурбек. - И ничего уже не поймешь...
"Навязался на мою голову, козел горный", - зло подумал Костя. Скверно, что он сейчас начинал видеть в этом хреновом ваххабите живого человека. Чуть ли не личность. Это никоим образом не повлияло бы на его отточенные рефлексы, если бы в следующую секунду Заурбека пришлось бы... хм, нейтрализовать, разъяснить, снять с доски. Слишком много мы повидали, чтобы растечься соплями от умиления от того только, что этот козел видел те же фильмы и помнит те же песни. Здесь другое. Нельзя видеть человека в том, кого, очень может быть, понадобится профессионально убивать. Нельзя. Если не видеть, все проще... Вероятный противник должен оставаться абстрактной фигурой, лишь внешне имеющей полное сходство с живым человеком, абсолютно для тебя неизвестным...
Он попробовал определить, есть ли поблизости наблюдатели стой стороны, - Джинн вполне мог послать кого-нибудь для пущей надежности проконтролировать Заурбека, да и Скляр недоверчив. Особенно если учесть, что Скляр не далее как завтра должен именно в этом самом городе встретиться со своим агентом из штаба округа, ссучившимся подполковником, отчего-то полагавшим, что его переговоры по мобильнику с той самой чистенькой заграницей никто не сможет засечь и перехватить...
Нет, бесполезно. Слишком много вокруг самого разного народа, праздношатающегося и деловитого, бродячего и сидящего, пьющего пиво, приценяющегося к копченой рыбке и голоногим девкам, сбивавшегося в загадочные кучки, где то ли обсуждали негоцию с продажей пакета ханки, то ли попросту уговаривались дерябнуть водочки подальше от жен. Знакомых лиц, во всяком случае, в толпе пока что не маячило. Оставалось дождаться вечера, когда результаты потайных видеосъемок, все пленки по отработанной методике будут загнаны в компьютер, который и поищет старательно знакомые ему по прошлым записям рожи, а потом для пущей надежности они сами просмотрят глазами, ибо человеческий фактор, знаете ли...
- Вон, пошли, - перебил его деловые размышления Заурбек. - Приятные девочки.
- Эк тебя зациклило, - фыркнул Сергей. - А наградят они тебя крестом Большой Бледной Спирохеты?
- Чем?
- Заразой, философ...
- У меня презики есть. - Он потянулся, сообщил мечтательно: - Вот на абхазской войне был смешной случай. Сцапал наш взвод грузиночку, симпатичная такая стерва. Из окна по нашим из "калаша" поливала, а еще искусствовед, с высшим образованием, у нее диплом нашли... В общем, Ваху и Дмитро она положила насмерть. Дмитро был лихой парень, хоть и хохол. Ну, вопрос не стоял, харить ее или нет, ясно, надо было пользовать. Хотелось только придумать что-нибудь затейливое, за наших парней. Тут Габерт - его потом убили в Гудермесе - и говорит...
- Мальчики, а что вы такие скучные? Две девицы, давно уже нарезавшие зигзаги в этом районе, добрались и до них, остановились с таким видом, словно собирались бросить якорь прочно и надежно. Честно говоря, они выглядели весьма даже товарно, хотя и размалеваны были почище дикого индейца, собравшегося на ихний краснокожий парад. Озабоченный джигит Заурбек моментально взмыл с корточек и широченной улыбкой изобразил полную готовность к брачному танцу.
- Эй, времени нет, - напомнил ему Сергей. - Лапочки, вы хоть школу-то закончили?
- А как же, - бойко сообщила та, что постарше. - А уж сколько университетов во рту подержали, ты б знал... Так как, мальчики, будем развлекаться? Цены умеренные, а обслуживание на высшем уровне. - Толя... - умоляюще покосился Заурбек.
- Ладно уж там, - махнул рукой Костя. (В конце-то концов, рядовой питерский браток, упорно уклонявшийся от контактов с доступным женским полом и требовавший того же от других, - фигура не вполне типичная, из роли выходить не следует.) - Сейчас загрузим машину окончательно, придумаем что-нибудь. Поскольку...
- Вы, черножопые!
Казачья троица добралась и до них - стояли, чуть покачиваясь, с видом грозным и непреклонным, картинно подбоченясь и возложив свободные руки на эфесы шашек.
- Это вы нам, дяденька? - вежливо поинтересовался Сергей, не спеша выпрямившись и оттого сразу оказавшись на голову выше самого высокого ряженого.
- Тебе, тебе, сволочь черножопая, - заверил бородатый атаман или кто он там.
Костя философски поднял брови. Заурбек, в общем, с ходу определялся как лицо пресловутой национальности, сам он, давно было известно, обладал нейтральной, как выражался генерал, физиономией, позволявшей "прилепить" к ней не одну народность, и не обязательно славянскую. Но вот Серегу, блондина с легким уклоном в рыжину, за кавказца мог принять только такой вот придурковатый алконавт.
Скандальчиком пахло все явственнее - атаман, подавая пример своим, зыркал вовсе уж нахально. Костя подметил у него погоны майора Советской армии - два просвета, одна звезда, которых у настоящего царского казака не могло оказаться ни с какого боку, не было в императорской армии такого сочетания просветов и звезд...
- Вы в каком же чине будете, господин хороший? - поинтересовался он, локтем отодвигая за спину ощетинившегося Заурбека. - Старший есаул! - рявкнул низенький бородач, благоухая застарелым перегаром.-Ясно, чуркестан?
Час от часу не легче - не было в старые времена никаких таких старших есаулов... Интересная ситуация. Что прикажете делать? Прикрытие что-то не торопилось на выручку - отсюда следует, что им предоставили решать проблемы собственными силами. В самом деле, почему бы и нет? Легонькая базарная драчка с местными "станичниками" - еще один кирпичик в здание легенды, надо полагать?
- Ты что это прикопался к русским девушкам, скотина безрогая? - грозно вопросил господин старший есаул. - Своих мочалок мало,... твою мать? - Чью мать? - бледнея лицом, жестяным голосом переспросил Заурбек, при котором таких словосочетаний нельзя было произносить вовсе. - Иди к машине, - яростным шепотом приказал ему Костя. - Вон, кончили уже, кладовщица с накладными нас высматривает... Ну? Я кому сказал? Заурбек, ворча и нехорошо косясь через плечо, все же в конце концов подчинился, побрел к кладовщице.
- Запомни, черножопый,-наставлял Сергея есаул. - Если будешь приставать к русским женщинам, яйца оторву и в сортире повешу... Добродетельные славянские девушки, из-за поруганной чести которых и разгорелся весь сыр-бор, уже бочком-бочком отодвигались в невеликую толпу зевак - должно быть, резонно опасались, что переменчивые пьяные фантазии казачков переметнутся от защиты русской чести к осуждению порока... Вокруг образовалось некое пустое пространство - и ни прикрытия, ни местной милиции. Точно, им предоставляли решать проблемы на свое разумение. - Шли бы вы своей дорогой, господин старший есаул, - мирным тоном предложил Сергей. - Вон солнышко светит, публика гуляет, совсем неподалеку пивком торгуют...
- А в рыло хочешь?
- Помилуйте, да кто ж хочет?
- А документы у тебя есть? - подбоченясь, рявкнул есаул. - Твоя машина? Посмотрим, что привез, зуб даю, наркоту какую-нибудь... Документы давай! Кому говорю? И на машину тоже! И третьего сюда зови! - кивнул он на Заурбека. - Разбираться будем всерьез, а то поналезло вас тут, приблудных... - Если что, берешь коротышку,-сказал Сергей по-английски, совершенно беззаботно улыбаясь.
Улыбка эта ангельской кротости есаулу не прибавила, наоборот, он зашипел, словно перегревшийся чайник, и рявкнул:
- Вы мне тут по-своему не гыркайте, черномазые, по-русски в России говорите!
И рванулся в атаку, выхватив нагайку из-за голенища, как ему, наверное, казалось, невероятно ловко и проворно, размахнулся от души... Вот только Кости каким-то чудом не оказалось в том месте, куда коротыш целился, и тяжелая плеть из витых кожаных полосок совершенно впустую полоснула по воздуху, а в следующую секунду по причудливой траектории крутанулись сапоги, шашка, сам есаул, с грохотом приземлившийся на забросанный всякой дрянью асфальт в нелепой позе. С той же ослепительной улыбкой Сергей согнутыми ладонями уцапал обоих казаков за шеи, под затылком - и звонко треснул их лбами друг о друга, моментально приведя в состояние полного изумления. Они так и плюхнулись на пятые точки, не успев понять, что с ними, собственно, произошло.
Кто-то из зевак длинно, затейливо присвистнул. Костя сделал неуловимое движение в сторону и вовремя перехватил Заурбека, запустившего руку под куртку с недвусмысленной целью обеспечить сообщникам огневое прикрытие. Ситуация определилась и перешла в состояние временной паузы. Ушибленные молодчики сидели, несомненно, борясь со сверкавшим перед глазами мириадом звезд, а есаул слабо барахтался, с трудом осознавая происшедшее. Попытался встать, но запутался в ножнах и снова растянулся навзничь. - Па-апрашу, граждане, не скопляться! Это на сцене, наконец-то, возникли закон и порядок в лице упитанного усатого сержанта, щедро увешанного по периметру пуза всякой всячиной вроде дубинки, наручников, газового баллончика, кобуры и еще какой-то амуниции. Костя успел заметить, что секундой ранее неприметный человек в штатском что-то кратко и уверенно шепнул сержанту на ухо, чуть подтолкнув его к вывалянной в пыли и окурках троице. Кажется, в прихотливую игру непредусмотренных случайностей наконец-то вмешалось организованное начало...
- Ай-яй-яй, гражданин Четвериков...-протянул сержант, одной рукой без труда поднимая есаула и придавая ему более-менее вертикальное положение. - Что ж это вы себе позволяете? Выкушали алкогольных напитков и к мирным гражданам ни за что ни про что пристаете... Нехорошо. Налицо нарушение общественного порядка.
- Павло! - в неподдельном изумлении воззвал есаул, выкатив глаза. - Шо с тобой такое? То ж черножопые начали...
- Я вам при исполнении служебных обязанностей. гражданин Четвериков, никакой не Павле, - отрезал сержант, маявшийся чуточку в несвойственной ему, надо полагать, роли. У него был такой вид, словно он старательно выговаривал заученные фразы на плохо знакомом иностранном языке. - Попрошу не употреблять... оскорбляющего достоинство. Не усугубляйте... - Павло, та шо с тобою?!
- Па-апрашу! - рявкнул сержант. - Если выпили, не нарушайте общественный порядок.
А то можно и проследовать. Если граждане будут заявлять по установленной форме, можем и привлечь... Вы намерены подать заявление? - Да какое там заявление,-благодушно сказал Сергей. - Подумаешь, споткнулись люди на ровном месте...
Сержант с видимым облегчением вздохнул:
- Ну и ладненько. Гражданин Четвериков и вы, Михаил с Григорием, шли бы вы себе восвояси с базарной территории, не нарушая общественную нравственность... Кому говорю?
Трое, отряхиваясь, побрели прочь, причем есаул то и дело оглядывался даже не зло - с тем же несказанным изумлением, не в силах осознать, почему мир внезапно перевернулся и рушатся привычные реалии. - А вас, граждане, документики попрошу, - профессионально оживился сержант. - Так... Так... Погрузили транспортное средство? Вот и отправляйтесь согласно надобности, не создавайте ненужного скопления... Понятно?
- Понятно, командир, - сговорчиво сказал Костя и от греха подальше побыстрее направился во двор.
Сев за руль, он аккуратно вывел "зилок" за ворота, поглядывая по сторонам, - логично было бы предположить, что обиженный вдвойне есаул, потерпевший и от наглых незнакомцев, и от столь необъяснимо переменившегося стража порядка (наверняка допрежь - благодушного приятеля, а то и кума), попытается где-то в отдалении собрать своих орлов и взять реванш. Городок сей - скорее разросшаяся деревня, а значит, и нравы недалеки от деревенских. Обошлось. "Конных водолазов" в пределах видимости так и не обнаружилось. Зато из боковой улочки появились белые "Жигули", приветственно мигнули фарами и на большой скорости прошли вперед, сразу исчезнув с глаз. Это и была головная боль сопровождения, которой предстояло идти в километре-полутора впереди по трассе, - как-никак полный грузовик оружия... Второй машины он не видел в зеркальце, но это и не удивительно - она пойдет сзади опять-таки на дистанции...

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)