Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


Москва. 9 часов 41 минута

После того как генерал Зароков назвал фамилию исчезнувшего офицера и после реплики министра обороны в кабинете наступило гнетущее молчание. Лодынин и Колесов быстро переглянулись. С другой стороны стола на них неприязненно смотрел генерал Орлов. Он давно уже метил на должность самого Колесова и не любил чересчур самостоятельного начальника военной разведки. Генерал Семенов нахмурился, а генерал Масликов с облегчением отметил, что исчезнувший офицер не принадлежит к его ведомству. Зароков и Борисов по-прежнему стояли, ожидая следующих слов министра обороны.
Тот понял, что, сказав первую фразу, обязан сказать и вторую. - Контейнер нужно найти, - приказал он тоном, не терпящим возражений, - найти немедленно. И найти вашего офицера. Этого предателя-негодяя. - Найдем, - уверенно сказал Зароков. - На контейнере установлен специальный маяк, своего рода отражатель лучей, которые есть на наших самолетах. Мы уже связались с Московским военным округом, нашли Арзамасцева. Я думаю, через полчаса, самое большее через час, мы сумеем через сеть нашей противовоздушной обороны, задействовав наши спутники наблюдения, выяснить, где именно находится контейнер.
Министр нахмурился. Внешне все правильно. Но почему Зароков осмелился давать указания Арзамасцеву без его ведома? Командующий Московским военным округом - это не просто командир нескольких воинских соединений. Это человек, от которого во многом зависит состояние безопасности столицы, а значит, и всего государства. И те войска, которые находятся под его командованием, значат всегда гораздо больше, чем вся остальная армия. - Кто звонил Арзамасцеву? - хмуро спросил он, словно это было единственное, что его волновало.
- Я попросил позвонить ему генерала Масликова, - доложил Зароков. Масликов быстро вставил:
- Мы не могли долго ждать. У нас были такие потери. И я доложил начальнику Генерального штаба и получил его разрешение. Колесов кивнул головой.
"Тихоня", - с неожиданной ненавистью подумал министр и уже вслух сказал: - В таком случае приказываю. Для координации всех действий... Генерал Квашов быстро придвинул к себе блокнот. Вот теперь начинаются его заботы.
- Ничего не нужно записывать, - вдруг строго сказал министр, - все, что я говорю, касается только присутствующих здесь офицеров. Квашов испуганно посмотрел на него. Такого за эти три месяца ни разу не случалось.
Даже когда речь шла о сверхсекретных ядерных объектах на территории страны. Или о совершенно секретном докладе начальника Главного оперативного управления. Что же все-таки происходит? Или этот похищенный контейнер, очевидно, с запасами какого-то биологического оружия настолько важнее всего остального?
- Приказываю, - глухо продолжал министр обороны, - составить оперативную группу в составе... - Он помолчал немного, словно собираясь с мыслями. - Генералов Лодынина, Семенова, Зарокова, Масликова, Лебедева, когда вы его найдете. Руководителем группы назначаю генерала Колесова. Докладывать о ситуации каждые три часа. Я свяжусь с Министерством внутренних дел, попрошу их оказать необходимое содействие.
- Может, лучше позвонить и в мэрию Москвы? - предложил начальник Генерального штаба. - В городской милиции уже обо всем знают. И в городском управлении ФСБ тоже.
- Нет, - резко возразил министр, - не нужно туда звонить. Еще утром начнут пороть горячку, - подумал он с раздражением. - Может, преступники думали, что в машине перевозят деньги. Или контейнер быстро найдут. А если сказать мэру, то он сразу доложит Президенту, и вся история станет известной. Хотя Президенту мог позвонить и министр внутренних дел. Впрочем, нет. Он наверняка еще не знает масштабов случившегося. Чтобы оценить размеры катастрофы, нужно знать, что лежало в контейнере". - Нет, - повторил министр, - пока не нужно никому ничего говорить. Прошу группу начать работу немедленно. Генералу Орлову быть на месте, чтобы в случае необходимости проработать весь комплекс мер, необходимых для успешного расследования. Найдите Марченко, пусть будет на месте. - Генерал Марченко был начальником управления по международному военному сотрудничеству. Министр посмотрел на часы. - В час дня я жду доклада о принятых мерах по обнаружению группы террористов и контейнера. Генералы поднялись, выходя один за другим из кабинета. Остался на своем месте только генерал Квашов. Выходя из кабинета, Семенов с непонятной иронией посмотрел на начальника аппарата министерства, словно считая его здесь чужеродным телом. Квашов проигнорировал этот вызывающе наглый взгляд. Когда они остались вдвоем, министр долго молчал, словно собирался с мыслями. Потом посмотрел на своего начальника аппарата. Они вместе служили в одном военном округе, когда майор Квашов служил под командованием будущего министра. После своего назначения министр вспомнил про Квашова и сделал его начальником аппарата министерства, дав ему генеральские погоны. Квашов считался человеком министра и никогда этого особенно не скрывал. Часто даже в присутствии других лиц министр обращался к генералу Квашову на "ты". Вот и теперь он спросил:
- Все понял?
- Продал какой-то контейнер с биологическим оружием? - спросил Квашов. - Да, - кивнул министр, - из лаборатории. Его хотели вывезти и спрятать до того, как туда повезут американцев. Кто мог подумать, что все так получится! - Он стукнул кулаком.
По столу. - Это дурацкая практика демонстрации своих лабораторий. Тысячу раз просил Президента запретить эти визиты делегаций. Мы не бабочек разводим. Так нет. Он говорит, что это международное сотрудничество.
Раздался звонок селекторного аппарата из приемной. - Генерал Лебедев в приемной, - сообщил дежурный.
- Пусть войдет, - разрешил министр. В кабинет вошел высокий худощавый мужчина лет пятидесяти. Узкое лицо, внимательный взгляд сквозь очки, тонкие четкие черты лица. Небольшая полоска усов. Он был одет в штатский костюм, тщательно выбрит. Генерал Квашов, ранее всегда занимавшийся хозяйственными вопросами, с удивлением заметил довольно модный галстук и очень дорогие очки. К его удивлению, министр поднялся из-за стола. Такой чести редко удостаивались и заместители министра. Министр сделал несколько шагов по направлению к вошедшему.
- Садитесь, - предложил министр. Вошедший генерал сел напротив генерала Квашова.
Он поздоровался с ним коротким кивком головы. Не фамильярно, но подчеркнуто корректно. Генерал Квашову очень не понравился: он держался как-то слишком самостоятельно.
В этом кабинете военные так себя не вели.
И уж тем более не смели являться к министру обороны одетыми в штатское. - Вы уже слышали, что случилось? - спросил министр.
- Мне позвонили на дачу, - кивнул Лебедев, - я выехал оттуда полчаса назад. Но подробности я пока не знаю.
- Контейнер похищен, - сказал министр, - есть убитые и раненые. Террористы потеряли троих людей. Пока мы не нашли, куда делся этот контейнер. Но, кажется, вместе с ним сбежал и один из офицеров генерала Зарокова.
- Плохо, - пробормотал Лебедев, - это очень плохо. Есть шансы найти или обнаружить террористов?
- Их сейчас ищут, - недовольно сообщил министр. - Я включил вас в специальную оперативную группу по расследованию. Вы считаете, что это очень опасно? - тревожно спросил он.
- Я могу говорить? - спросил Лебедев, кивая на Квашова. Тот побагровел. В министерстве все должны были знать, кто такой генерал Квашов. А этот интеллигентный генерал строит из себя дурака. Ведь наверняка в приемной ему сообщили, кто именно сидит в кабинете министра обороны. - Можете, - кивнул министр.
- Это штамм ЗНХ. Самый опасный вирус, который был к тому же получен в лабораторных условиях. Человеческий организм не имеет иммунитета против ЗНХ. В контейнере обычно находились три ампулы. Если хотя бы одна из них будет разбита в городе... - Лебедев запнулся и дальше твердо закончил: - В начавшейся эпидемии может погибнуть примерно четверть населения Москвы и окрестных районов. И это только в том случае, если мы сразу примем действенные меры. В остальных случаях потери могут быть еще более ужасными. Погибнуть может до половины всего населения столицы. Это оружие возмездия. Абсолютное оружие, которое можно применять только в случае полного поражения. Это хуже ядерной бомбардировки города. Министр судорожно вздохнул. Поперхнулся. Закашлял. - Вам плохо? - вскочил со стула Квашов.
- Ничего, ничего, - отмахнулся министр.
Начальник аппарата министерства знал, что все его благополучие и дальнейшая карьера зависят от здоровья министра. Он быстро взял со стола бутылку минеральной воды, резким движением руки отвинтил пробку и, налив в стакан воды, протянул его министру. Тот, благодарно кивнув, залпом выпил воду. Поставил стакан на столик и хмуро спросил у Лебедева: - Значит, ничего нельзя сделать?
- Если они разобьют ампулы - ничего, - твердо сказал генерал. Министр нервно заерзал на своем месте.
- Что нам делать? - спросил он наконец.
- Искать контейнер и террористов, - последовал быстрый ответ. - Я включил вас в группу по оперативному расследованию случившегося, - повторил министр. - Дежурный офицер в приемной покажет вам, куда они пошли. Я приказал выделить вам несколько кабинетов прямо в министерстве. Постарайтесь что-нибудь сделать, - неожиданно для себя сказал он, обращаясь к генералу. Тот встал и, кивнув головой, вышел из кабинета, даже не попросив разрешения выйти, как должен был сделать младший по званию. Министр закрыл глаза, помассировал сердце.
Оно у него раньше никогда не болело.
- Этот Лебедев, видимо, ученый, - понял генерал Квашов. - Хороший ученый, - кивнул министр, - он член-корреспондент Академии наук. Известный во всем мире биолог.
- Я это понял. Поэтому я никогда не слышал о таком генерале. - Его работы засекречены, - вздохнул министр. Он поднял трубку правительственного телефона и набрал номер прямой связи с министром внутренних дел. Трубку поднял дежурный офицер.
- Мне нужен Евгений Алексеевич, - сказал министр обороны. - Кто это говорит? - не узнал его дежурный. Министр назвал свою фамилию. - Извините, - сказал дежурный, - он на даче. У него там другой телефон. - Я знаю, - сказал министр, уже набирая другой номер. На этот раз ждать пришлось долго. В воскресное утро министр внутренних дел, очевидно, предпочитал немного поспать. Наконец он поднял трубку. - Что случилось? - Недовольным голосом спросил он.
- Это я говорю. Женя, - сказал министр обороны, - у нас ЧП. Настоящее ЧП. Ты должен срочно ко мне приехать.
- С ума сошел. Сегодня воскресенье. Что случилось?
- Я тебе говорю, что случилось ЧП. Приезжай немедленно. - Война, что ли? - пробормотал министр внутренних дел. - Хуже, - мрачно сказал его собеседник, - приезжай немедленно. Ты что, ничего не слышал?
- А что произошло?
- Я думал, твои дуболомы тебе уже доложили.
- Говори, что случилось?
- У нас утром было нападение на наш конвой. Пострадало несколько офицеров. Нападение было организовано с помощью автомобиля ГАИ. Видимо, были убиты или заменены твои сотрудники.
- Тоже мне новость! - заметил министр внутренних дел. - У нас каждый день такое ЧП случается. Из-за этого меня и будить не станут. Убитых много? - Восемь человек.
- Тогда ничего страшного. Я дам указание, чтобы выделили хороших ребят из МУРа.
- Какой МУР? - закричал министр обороны. - Я тебе не про убитых говорю. У нас тут такое дерьмо, а ты мне - МУР. Приезжай немедленно. Я же тебе говорю, что это очень важно. Может случиться страшная трагедия. Не все можно говорить по телефону. Женя.
- Да-да, конечно, - понял наконец главный милиционер страны. - Я буду у тебя через полчаса. Сейчас вызову вертолет.
Министр обороны положил трубку. Нужно звонить в ФСБ, обреченно подумал он. Наверняка ни министру внутренних дел, ни директору ФСБ ничего не докладывали о случившемся.
Во-первых, сегодня воскресенье. Во-вторых, число убитых не так велико, чтобы говорить о случившемся. В-третьих, погибли военнослужащие, а это считается внутренним делом самих военных, в которое ни ФСБ, ни МВД не станут вмешиваться. Никто из них пока ничего не знает о контейнере. Но звонить в ФСБ все равно нужно. Это значит, что почти сразу об этом узнает и Президент. Директор ФСБ обязан докладывать о подобных вещах незамедлительно. Может, лучше самому позвонить Президенту? Или все-таки разделить эту ответственность на троих? Придется звонить директору ФСБ. Это правильнее всего. Но все равно, если произойдет что-нибудь ужасное, отвечать за все будет только он - министр обороны страны. В конце концов контейнер похитили именно у его людей, перебив охрану, состоящую из военнослужащих. И контейнер был вывезен из лаборатории Министерства обороны. А про машины сопровождения ГАИ никто и не вспомнит. В этот момент раздался звонок аппарата правительственной связи. Министр обороны вздрогнул и поднял трубку. Но, услышав голос говорившего, он даже успокоился, словно худшее уже состоялось. Это был сам директор Федеральной службы безопасности.
- Добрый день, генерал, - сказал он весело. - Как у тебя дела, военный министр?
- Ничего, - пробормотал министр обороны. - Чего это ты в воскресенье утром на работе?
- А я решил последовать твоему примеру.
Тоже выйти на работу. Меня наши нашли и срочно вызвали. Говорят, что-то непонятное происходит в твоем ведомстве. С раннего утра машины подъезжают к министерству, вертолеты летают. У вас маневры в здании Министерства обороны или вы всегда так работаете?
"Уже донесли, - зло подумал министр. - Конечно, в министерстве обязательно должны быть стукачи из ФСБ. Они ведь больше всего боятся военного переворота. А тут с раннего утра действительно вертолеты летают. И слишком много генералов приехало на работу. Хорошо работают эти специалисты. Сразу все засекли. Лучше бы так против террористов боролись. А Семенов, надутый дурак, опять ничего не заметил".
- Твои ребята и за мной тоже следят? - угрюмо спросил он. - Нет, конечно, - неприятно засмеялся директор, - просто у нас служба такая. Все обо всех знать.
- О нападении на наш конвой уже слышал?
- Конечно. Сообщение пришло в наше городское управление. Там говорят: твоих ребят постреляли. Но это ваше внутреннее дело. Нападение было у военного городка. И стреляли в основном в твоих контрактников. - Все он знает, - вдруг храбро передразнил своего собеседника министр. - Ничего ты не знаешь. Лучше бы не за моими генералами следил, а за террористами. Если хочешь, приезжай ко мне, я тебе такое расскажу, что ты спокойно сидеть больше не сможешь. Проспали твои пинкертоны самое главное. Только машины и вертолеты увидели.
Директор почувствовал, что произошло нечто серьезное. Министр обороны никогда не позволял себе разговаривать в таком тоне с всесильным директором ФСБ. Министр был всего-навсего генералом, назначенным на чиновничью должность. Он был членом правительства и мог слететь в любой момент со своей должности, когда меняли правительство либо так хотелось Президенту. А директор был доверенным лицом Президента и не подчинялся никому, кроме него. И значит, стоял в иерархии рангов значительно выше любого министра. И мог позволить себе знать все о других силовых министрах, находящихся под его негласным контролем.
- Я приеду, - серьезно сказал директор, - я сейчас приеду к тебе. - Он положил трубку и посмотрел на стоявшего перед ним руководителя аналитического управления ФСБ.
- Что у них там случилось? - спросил директор. - Срочно узнай и позвони. Я буду в автомобиле. У тебя десять минут времени, пока я доеду до здания Министерства обороны. Там, видимо, случилось что-то неприятное. Он никогда со мной так не разговаривал.
Начальник аналитического управления быстро, кивнув головой, вышел из кабинета директора ФСБ.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)