Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


Глава 3

Было еще темно, когда он вышел во двор. Его внимание привлек автомобиль милиции, стоявший у третьего подъезда. Денис Иванович увидел дворничиху, которая поднималась раньше всех, чтобы убрать двор. Во двор выходили подъезды сразу трех домов, и она всегда жаловалась Денису Ивановичу, что получает за этот двор, как за уборку одного дома, тогда как ей должны поднять оплату в три раза.
- Что случилось? - спросил Булочкин, обращаясь к Екатерине Васильевне. - Вчера здесь человек разбился, - охотно объяснила она, - бегал по двору, залез на пожарную лестницу и упал с третьего этажа. Ну его, раненого, и увезли в больницу. И милиции было столько, понаехали отовсюду. Все квартиры вчера обыскали. Какой-то большой начальник приехал и приказал все квартиры посмотреть. Весь день искали, всех жильцов беспокоили. Вы разве вчера не слышали?
- Я работал и не прислушивался, - ответил Денис Иванович. Он уже хотел пройти дальше, когда она сказала: - Весь день деньги искали. Говорят, мужчина какой-то бриллиант бросил, вот его и искали. - Какой бриллиант! - махнул рукой Булочкин. Что ему, делать нечего - с бриллиантом бегать? - Бегал, - убежденно сказала Екатерина Васильевна, - вот они этот бриллиант и искали. Всех жильцов предупредили, что, значит, сумку ищут. Но ничего не нашли. - Глупости какие, - вздохнул Денис Иванович, - совсем нечем заниматься нашей милиции. Лучше бы за порядком следили. По улицам ходить невозможно, всюду шпана, бандиты. Сколько воров везде! А они какой-то бриллиант ищут у психа. И почему в сумке?
- Он его туда спрятал, - убежденно сказала дворничиха. - Только я думаю, что они ничего не найдут. - Почему не найдут? - усмехнулся Булочкин.
- Сами милиционеры и забрали. - Она оглянулась на машину, в которой дремали двое сотрудников. - Вот они и унесли сумку с бриллиантом. А людей понапрасну беспокоят. - Может быть. - Он повернулся и пошел в сторону магазина. Потом обернулся и посмотрел на подъезд. Неужели действительно кто-то потерял там бриллиант? Откуда он был у неизвестного? И зачем ему прятать его в сумку? Хотя какая ему разница, ему надо купить хлеба - только и всего.
Денис Иванович любил читать детективы. В последнее время ему не приходилось покупать новые книги, но раньше он любил читать различные захватывающие сюжеты. "Кто найдет бриллиант, наверно, получит двадцать пять процентов от его стоимости, - подумал он. - Где-то я читал, что награда нашедшему составляет двадцать пять процентов. О чем я говорю? Какие там проценты, кто мне их даст? Ну а вдруг дадут? Может, все-таки вернуться? Нет. Не нужно думать о глупостях". Он повернулся и пошел в сторону хлебного магазина, который находился на другой улице, за углом. Магазин открывался в семь часов утра, и Денис Иванович всегда появлялся там раньше других. Несколько женщин стояли в очереди. Подъехал автофургон с хлебом, и его как раз выгружали. Купив полбуханки черного хлеба и две булочки, Денис Иванович вышел из магазина. На улице неожиданно начался дождь. Нужно быстро добежать до дома, иначе его "нарисованная дубленка" просто поплывет. Он поднял пластиковый пакет над головой, собираясь добежать до своего дома, когда неожиданно услышал за спиной чей-то голос:
- Денис!
Булочкин обернулся. Рядом с новеньким "Ниссаном" стоял его давний знакомый Вячеслав Орехов. - Слава! - Он бросился к другу, обнимая его.
- Где ты пропадаешь? - спросил Орехов. - Мы с тобой не виделись уже столько лет. Я звонил тебе по старым номерам, но мне сказали, что ты давно съехал. И на даче я тебя не нашел. Ты давно продал дачу?
- Несколько лет назад, - объяснил Денис Иванович.
- А почему в таком виде? - удивился Орехов. - Небритый, заросший какой-то. Ты работаешь над большой картиной? У тебя здесь мастерская? - Да, - сказал Денис Иванович, - здесь недалеко.
- Где ты живешь? - спросил Орехов. - Куда ты переехал? Я и в Союзе художников спрашивал, и в галерее у Саши Фельдмана. Никто не знает, куда ты исчез. - Работаю, - попытался улыбнуться Денис Иванович, но улыбка получилась жалкая. - Надя, - позвал кого-то из машины Орехов, - посмотри, это Денис Булочкин, я тебе про него рассказывал. У тебя есть его картина. Из машины выглянула женщина лет тридцати пяти, с короткими светлыми волосами. Она сидела на заднем сиденье. На ней была короткая замшевая куртка фиолетового цвета, темные брюки, полусапожки. Она взглянула на Дениса Ивановича. В отличие от его друга она все сразу поняла. Женщины могут видеть гораздо лучше мужчин. Они обладают более объемным зрением, обращая внимание на различные детали. Знакомая Орехова заметила многое. И помятую, стертую обувь, и грязную старую дубленку, на которой были видны закрашенные пятна, и его мятые брюки.
- Здравствуйте, - вежливо сказала она.
- Доброе утро, - кивнул Денис Иванович. Он видел, с каким пренебрежением она на него смотрит. - Надя, ты помнишь, я тебе про него рассказывал.
Орехов хлопал по плечу своего друга, а Булочкин думал, что нужно быстрее уходить, чтобы не стоять так долго под дождем. - А я только что прилетел из Лос-Анджелеса, - рассмеялся Орехов, - там у Шуры Муселевича была такая выставка. Мы у него сидели, тебя вспоминали. Шура говорит, что без твоей поддержки он бы никогда не стал художником. Очень по тебе скучал, говорит, что не может найти тебя уже несколько лет.
- Да, - кивнул Денис Иванович, - мы давно не виделись с Шурой. Как он там живет? - Неплохо устроился. Женился. У него прекрасный сын. Такой маленький Муселевич. А как у тебя дела? У вас, наверно, с Ритой уже двое или трое? Денис Иванович пробормотал нечто невразумительное. Впрочем, Орехов был слишком занят собой и взволнован неожиданной встречей, чтобы обратить внимание на такие детали.
- Ты меня извини, Славик, я должен идти работать, - пробормотал Денис Иванович. - Конечно, конечно, - кивнул Орехов, - как тебя найти? У тебя есть телефон? - Есть, - промямлил Булочкин, - мы только переехали... Вот здесь... - Он начал шарить в карманах дубленки. Ему не хотелось давать номер своего телефона Орехову. Зачем ему знать, что нет больше художника Булочкина, остался лишь халтурщик Денис Иванович, который уже ни на что не годится. Дождь усиливался, и он занервничал.
- Я тебе позвоню, - сказал он. - Дай твой телефон.
- Вот моя визитная карточка, - протянул ему карточку Орехов, - позвони обязательно. Если сможешь оторваться от работы, приходи сегодня в семь часов вечера к Саше Фельдману. Там будет выставка моих картин. Я тебя прошу, приходи обязательно.
Лос-Анджелес, выставка картин, такая роскошная женщина, новый "Ниссан" с водителем... Булочкину стало грустно. Орехов жил в другом мире и не знал его проблем. "Может, попросить у него сто долларов?" - вдруг подумал Денис Иванович. Ведь наверняка даст. Они столько вместе выпили. Он уже хотел попросить денег, но внезапно увидел, с каким презрением смотрит на него сидевшая в автомобиле женщина. Он проследил ее взгляд. Она наверняка заметила самую большую дыру на спине. Черт возьми, нужно уходить.
- Ты меня извини, - еще раз сказал он, - я из мастерской выбежал, старую дубленку набросил, за хлебом побежал. В общем, ты меня прости, я должен идти. - Будь здоров. Хотя подожди, подожди одну минуту. Надя, дай мне оттуда бутылку. Да нет, другую, вот эту, высокую. Женщина явно нехотя протянула ему бутылку из пластикового пакета. Очевидно, Орехов делал свои покупки в магазинах беспошлинной торговли. Он схватил бутылку и протянул ее Денису Ивановичу.
- Держи, - сказал он, улыбаясь, - сувенир из Америки. Настоящее американское виски. Он сел в машину, на заднее сиденье рядом с женщиной, которая обиженно отвернулась. Орехов помахал рукой, и машина тронулась. Денис Иванович остался стоять с бутылкой в руках. Потом посмотрел на бутылку. Он уже давно не пил. В отличие от всех остальных он, во-первых, очень боялся язвенной болезни и никогда не злоупотреблял спиртным, да к тому же у него просто не было денег на подобные шалости. Иногда он покупал пиво, но в последние месяцы и это случалось все реже и реже.
Денис Иванович положил бутылку в пакет и медленно пошел к дому. Дождь шел все сильнее, и его дубленка потекла окончательно. "Придется красить ее еще раз", - отрешенно подумал Булочкин. А в это время Орехов восторженно говорил своей спутнице:
- Ты даже не представляешь, какой это человек. Он был самым талантливым на нашем курсе. - Ты видел его лицо? - спросила женщина. - И его нечищеные туфли? И его рваную старую дубленку? Он, по-моему, бомж. А ты, как обычно, ничего не замечаешь. - Да при чем тут его дубленка или обувь?! - засмеялся Орехов. Он хорошо выспался в самолете, и у него было прекрасное настроение. - Надя, как ты не понимаешь! Он очень талантливый человек, а такие люди не обращают внимания на быт. Неужели тебе это непонятно?
- Я только видела, что он нищий и ничтожный человек! - в сердцах сказала Надя. - Впрочем, тебе лучше знать. А почему он не дал тебе своего телефона? - Он же объяснил, что только недавно переехал, - ответил Орехов. - Ну да. И не помнит номера своего телефона. Наивный ты человек, Орехов. Хочешь поспорим, что сегодня он не придет к Саше на твою выставку? - Придет обязательно, - не очень уверенно сказал Орехов. - Давай поспорим, - предложила она, - на американку. На одно желание. Согласен? - Я и так выполняю все твои желания, - рассмеялся Орехов, - поэтому я в любом случае не проиграю. Конечно, согласен. Денис Иванович подошел к своему дому. Он еще раз достал бутылку и посмотрел. "Может быть, сдать ее куда-нибудь в магазин? - подумал он. - Зачем мне эта дорогая бутылка виски? Чтобы напиться? У меня и так в последние месяцы желудок болит все сильнее и сильнее. Не хочу я этого виски. А куда мне его деть? В магазин не возьмут. Алкаши дадут рублей десять. Нет, так дело не пойдет. Вот здесь этикетка. Ого. Эта бутылка стоит тридцать два доллара. Это сколько же рублей? Около тысячи. Ну да, если будет еще одна тысяча, могу сразу уехать в Нижний Новгород. Нужно оставить хотя бы тысячу Рите".
Он вдруг вспомнил, что в третьем подъезде живет инженер, который часто выезжает за границу. Однажды он купил у Дениса Ивановича бутылку старого коньяка, которая у него оставалась. Лучше продать эту бутылку тому инженеру. Дубленка, конечно, намокла, и ее придется снова красить. Или выбросить. Ну и черт с ней! Он прошел мимо автомобиля с двумя дремавшими сотрудниками милиции и вошел в подъезд. Сверху уже спускались ребята, спешившие в школу. Он пропустил молодую женщину с девочкой, поднимаясь наверх. И услышал чей-то крик.
Денис Иванович поднял голову. Сверху кричал молодой человек, с которым он был лично знаком. Это был оператор, работавший в театре, где Булочкин иногда помогал главному художнику.
- Что случилось, Виталий? - спросил Денис Иванович, обращаясь к молодому человеку, кричавшему на своего сына, сбегавшего вниз. - Стервец! - еще раз крикнул отец.
Мальчишка пробежал мимо Булочкина, испуганно оглядываясь. - Только вернись домой, - погрозил ему отец.
- Что он натворил? - улыбнулся Денис Иванович.
- Ключи выронил, мерзавец такой. Игрался со створками лифта на нашем этаже и выронил ключи. Послушайте, Денис Иванович, вы не поможете мне? Я подниму кабину наверх и буду ее держать на тросе. А вы на первом этаже створки лифта откройте и ключи заберите. Там нетрудно, только спрыгнуть и ключи забрать. Я электричество отключу, вы не беспокойтесь.
Денис Иванович посмотрел на часы. Было уже половина восьмого. Но Рита все равно спит, и ему торопиться некуда. И вообще он не привык отказывать людям. - Хорошо, - согласился он. - Подними кабину лифта, а я достану ключи. Давай быстрее, а то сейчас все в школу торопятся, чтобы ребятишек не задерживать. - За минуту управимся, - пообещал оператор. - У меня и ключ есть от чердака. Он побежал наверх, а Денис Иванович начал спускаться. Только на первом этаже он вспомнил про бутылку. "Нужно было спросить про соседа", - подумал он. Но оператор уже поднимал кабину лифта. Денис Иванович открыл створки на первом этаже, заглядывая вниз. Отсюда ничего не было видно. Он снял дубленку, положил рядом пакет с хлебом, булочками и бутылкой виски. После чего спрыгнул вниз и наклонился. Здесь было много всякого мусора. "Удивительно, как люди не думают об этом", - раздраженно подумал Денис Иванович. Столько вещей набросали. В углу темнел какой-то крупный предмет. "Неужели бросили труп кошки или собаки? - поморщился Булочкин, заранее готовя себя к неприятному запаху. - Какая гадость! Хотя на труп не похоже, иначе здесь стояла бы вонь". Он присмотрелся, пытаясь увидеть блеск металла. А вот и ключи. Он наклонился, забирая ключи. Скорее выбраться отсюда. Но что это за сумка там лежит? Откуда она взялась?
Он обернулся и присмотрелся к темному предмету. Ничего не видно. В дальнем углу было слишком темно. Он протянул руку, опасаясь наткнуться на нечто липкое или слизкое и нащупал сумку. "Странно, - подумал Денис Иванович, - откуда здесь сумка?" Он совсем забыл о Екатерине Васильевне, которая рассказала ему о выброшенной сумке.
"Наверно, бросили мальчишки", - подумал он и потянул сумку к себе. К его удивлению, она оказалась тяжелой. Он поднял сумку. "Наверно, с учебниками, - решил Денис Иванович. - Это нужно придумать - туда выбросить свою сумку. Обязательно расскажу все отцу мальчика". Он положил сумку на пол и вылез на первый этаж. Проходившая мимо него пожилая женщина поинтересовалась:
- Скажите, товарищ слесарь, у нас сегодня будет работать лифт? - Обязательно будет. - Он не обиделся на слесаря, в конце концов, что здесь обидного? Любая профессия должна быть уважаема, а он уже давно выглядит не как художник. Хотя, наверно, все несчастные художники выглядели одинаково. За исключением Ван Гога, который умудрился отрезать себе ухо.
Денис Иванович постучал по кабине лифта, давая понять Виталию, что можно включать электричество. Затем переложил дубленку на сумку. Начал стряхивать с себя пыль и паутину, когда к нему спустился оператор. К этому времени лифт уже работал.
- Твои ключи, Виталик, - протянул ключи Денис Иванович. - Спасибо, - обрадовался оператор, - а то пойдем ко мне, немного примем. Грамм по сто. У меня как раз есть беленькая. "Это вместо благодарности", - подумал Булочкин.
- Нет, спасибо, - сказал он вслух. - Слушай, Виталий, твой сын только ключи выбросил? Или свою сумку с учебниками тоже? - У него нет сумки. Я ему ранец купил. Такой светящийся, чтобы в темноте был виден. По утрам он в школу ходит, а этот ранец как раз издалека светится. И любой водитель видит. Классная вещь. Может, зайдете ко мне?
- Спасибо, я лучше домой пойду. И вообще пить с утра - это очень дурная примета. - Денис Иванович собрал свои вещи, поднял дубленку, обнаружив под ней сумку. - До свидания. Вы мне очень помогли, - побежал по лестнице наверх Виталий. - Подожди, - крикнул ему Денис Иванович, - чья это сумка? Я ее достал снизу. Ты не знаешь, чья там была сумка? Кто ее выбросил? Кажется, с учебниками? - Не знаю, - махнул рукой Виталий, - оставьте где-нибудь на скамейке. Кому нужно, заберут. У нас в доме почти у всех дети в школе учатся. До свидания. Денис Иванович поднял сумку еще раз. Она была тяжелой. Нет, ее нельзя здесь оставлять. Он взял сумку в левую руку, набросил дубленку на эту руку и вышел из подъезда, держа в правой руке свой пластиковый пакет.
- Кто это? - спросил один из сотрудников милиции, сидевший рядом с участковым. Он лениво открыл глаза, увидев выходившего человека. - Художник, - ответил заспанный участковый, - ничего особенного. Я его знаю. У нас в этом доме нормальные люди живут. Нет здесь ваших бандитов и никогда не было. А деньги вам лучше в другом месте искать.
- Приказано сидеть, - возразил офицер, - будем смотреть. Может, кто-нибудь появится. Полковник убежден, что деньги связной в блоке спрятал. - Мы весь дом обыскали, - напомнил участковый, - всех посмотрели. Там обычные рабочие люди живут. Пьют, правда, иногда, один водитель недавно из зоны вернулся, в пьяном состоянии на киоск наехал. Но бандитов на моем участке нет. Это я точно знаю.
- Все равно будем сидеть, - возразил офицер. - Раз приказали, значит, будем сидеть сколько нужно. Денис Иванович подошел к своему подъезду, сел на скамейку. Положил сумку рядом с собой. Дубленка была в отвратительном виде. Дождь уже перестал, и на небе показалось солнце. В этом году вообще была теплая весна. Денис Иванович снова достал бутылку. Нужно было предложить ее этому оператору. Он, кажется, любитель выпить. Хотя откуда у Виталия такие деньги? Тысяча рублей за бутылку. Или почти тысяча. Он бы, конечно, не стал покупать. Да и никто бы не купил. Ну за полсотни, может, возьмут, не больше. И вообще ему лучше идти домой и не позориться. Он положил бутылку обратно в пакет. "Напьюсь, - подумал Денис Иванович. - Надоело все к чертовой матери. Выпью, может, станет легче. Хотя, наверно, не станет. Он поднялся, забрал дубленку и свой пластиковый пакет и пошел в свой подъезд.
- Денис Иванович, - позвала его Екатерина Васильевна, - вы свою сумку на скамейки оставили. Он хотел сказать, что это сумка не его, но подумал, что неудобно так говорить. Получилось, что он специально оставил сумку, чтобы ее выбросила Екатерина Васильевна. - Забыл, - улыбнулся он, забирая сумку. И вошел в подъезд. Он всегда поднимался пешком по лестнице, не пользуясь лифтом. Да и зачем пользоваться лифтом, поднимаясь на третий этаж. Он добрался до своего этажа и вспомнил про сумку. И зачем ему сумка с детскими учебниками? Наверно, случайно туда упала. Какой-нибудь ребенок сейчас переживает. Говорят, что учебники должны выдаваться бесплатно, но их на всех не хватает. И поэтому многие родители вынуждены покупать свои учебники у спекулянтов, переплачивая втридорога. Нет, так нельзя. Он должен посмотреть, какие это учебники, и вернуть их тому, кто в них нуждается. Денис Иванович сел на лестницу и раскрыл сумку.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)