Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Нью-Йорк, апартаменты в районе "Квинз"

В удушливой духоте своей тесной, как гроб, квартиры Дагоберто Савалас мрачно цеплял вилкой вонючие дешевые сардины из консервной банки и столь же мрачно отправлял их в рот. До гастролей Келлера в Чикаго оставалась целая неделя, и ожидание развязки выводило бывшего полицейского из себя. С другой стороны, он и так слишком долго выжидал и колебался, не решаясь нарушить закон, в который он верил и который так долго защищал. Теперь, когда Даг окончательно решился на убийство, ожидание казалось ему невыносимым. Савалас твердо решил, что в тюрьму он не пойдет. Сначала покончит с ненавистным певцом, а потом и с собой. Впрочем, покончить с собой - слишком громко сказано. Он и без того уже труп. Он собственными руками уничтожил себя, решив в судебном порядке отстоять свое попранное Ирвином достоинство.
Жена умоляла его не связываться с Келлером, друзья и коллеги по работе в один голос заявляли, что это безумие, но Даг никого не слушал. Он уцепился за шанс, который выпадает раз в жизни и упустить который, как он считал, было бы преступлением. Это был шанс разбогатеть, навсегда оставить опасную работу и, словно по мановению волшебной палочки, вознестись на новую, более высокую ступень социальной лестницы, обеспечив своим детям блестящую жизнь, достойную фамилии Савалас.
Дагоберто Савалас, твердо уверенный в собственной правоте, подал в суд на певца, требуя с того десять миллионов долларов в качестве компенсации за моральный ущерб и душевную травму, полученную полицейским при виде совершенного рок-звездой непристойного акта в общественном месте. Узнав об этом, Ирвин Келлер против обыкновения не стал материться. Вместо этого он оглушительно расхохотался и так, хохоча, набрал номер своего адвоката.
Как и следовало ожидать, на суде от Саваласа остались, как говорится, "рожки да ножки".
Патрик Мазур, адвокат Келлера, предъявил неоспоримые доказательства того, что во время задержания певца официально Савалас на службе не находился и, соответственно, права арестовывать его клиента не имел. Полная сдержанной иронии заключительная речь адвоката была непродолжительной, но блестящей. Чикагский верховный суд отклонил иск полицейского к рок-звезде на том основании, что негоже служителю закона, следящему за порядком в городе, уподобляться трепетной девушке, травмированной видом мужских гениталий, тем более что за свое антиобщественное поведение Келлер уже заплатил штраф в размере семисот пятидесяти долларов.
Последствия судебного процесса оказались для Саваласа катастрофическими. Его начальство, возмущенное грандиозным скандалом, раздутым вокруг инцидента, вышвырнуло Дага со службы, а на оплату адвоката и судебных издержек ушел кредит, который полицейский взял в банке под залог собственного дома.
Уютный особнячок с лужайкой перед ним, на которой в ближайшем будущем должны были весело резвиться маленькие Саваласы, пошел с молотка. На этом печальном действе счастливая семейная жизнь Дагоберто закончилась. Безутешно рыдающая жена вернулась под родительский кров. Последовать за ней Савалас не мог, ибо тесть, крутого нрава отставной пожарный, выразился на его счет недвусмысленно и ясно: "Если этот тупоголовый ублюдок приблизится к моей дочери ближе чем на сто шагов, я ему все кости переломаю".
Не сомневаясь, что тесть выполнит свою угрозу, Даг решил не искушать судьбу. Год спустя, получив развод, его супруга, не мешкая, выскочила замуж за преуспевающего архитектора, а еще через девять месяцев родила от него парочку крепких, здоровых близнецов.
Вдобавок к свалившимся на Дага несчастьям Ирвин Келлер выпустил видеоклип под названием "Коп - клозетный клоп", в котором, избегая откровенно непристойных сцен, спародировал историю в "Ноевом ковчеге", выставив Саваласа нервным недоумком, бледнеющим и теряющим сознание при виде писающих в туалете мужчин.
Поскольку все Соединенные Штаты были к тому времени в курсе взаимоотношений кумира публики и жадного тупого полицейского, клип имел феноменальный успех. Его непрерывно крутили по десятку телевизионных каналов, и даже маленькие дети в чикагских дворах с наслаждением распевали песенку о копе-клопе.
Не выдержав подобного унижения, Даг с нервным расстройством загремел в больницу. Благодаря средствам массовой информации через несколько часов об этом было проинформировано девяносто процентов американского населения. Сжалившись над поверженным Саваласом, судьба решила ему улыбнуться. Выйдя из клиники, Даг узнал о внезапной кончине двоюродного дяди, которого он и видел-то всего пару раз в жизни, да и то в раннем детстве. За отсутствием иных наследников все свое и, надо сказать, немаленькое состояние дядя отписал Дагоберто.
Любой другой человек, приняв в расчет ошибки прошлого, сделал бы из них соответствующие выводы. Как говорится, нельзя два раза войти в одну и ту же реку, зато запросто можно дважды наступить на одни и те же грабли. Дагоберто Савалас поступил именно так. Вместо того чтобы, раскаявшись, поспешить к жене, еще не успевшей к тому времени оформить развод, полицейский решил, что уж теперь-то он возьмет реванш.
Все доказательства тяжкого материального, морального и психического ущерба были налицо: по вине Келлера Даг потерял работу, дом, семью, получил эмоциональное расстройство и вдобавок был опозорен на всю страну издевательским клипом.
Наняв нового, более дорогого адвоката, Савалас удвоил сумму иска: теперь он требовал с рок-звезды ни много ни мало - двадцать миллионов долларов. Как и следовало ожидать, тяжбу Даг проиграл. Ирвин Келлер, а вместе с ним вся страна потешались над окончательно втоптанным в грязь бывшим полицейским. Дядино наследство шоколадной конфетой растаяло в бездонной глотке судебных издержек.
На жалкие гроши, уцелевшие после всех выплат, Савалас снял напоминающую гроб каморку без горячей воды. Впрочем, ему уже было глубоко плевать, где он живет, во что одевается и какие продукты вводит в свой пораженный ненавистью организм. С ним все было кончено. Теперь оставалось покончить с Ирвином Келлером.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)