Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



IY

Когда за его спиной закрылась дверь дома Чтексы, РуизСанчес, буквально сгорая от нетерпения, оглядел нежно подсвеченное фойе, хотя он едва ли смог бы объяснить, что же надеялся здесь увидеть. Фактически, все выглядело так же как и в его "собственном" доме, и только это он, фактически, и должен был ожидать - кроме лабораторного оборудования, вся обстановка их дома была литианской.
- Мы изъяли из наших музеев несколько железных метеоритов и ковали их по предложенному тобой методу, - сказал позади него Чтекса, пока он выбирался из дождевика и ботинок. - Как ты и предсказывал, они продемонстрировали ярко выраженные, мощные магнитные свойства. Мы подняли на ноги всю планету заданием искать метеоры и отовсюду присылать сюда, в лабораторию. Сотрудники обсерватории пробуют предсказать возможные новые падения. К сожалению, метеоры здесь редки. Наши астрономы говорят, что у нас не бывает таких метеоритных "дождей" которые, как ты рассказывал, часто бывают над твоей планетой.
- Да, я должен был подумать об этом, - сказал Руиз-Санчес, идя за литианином в холл. Здесь тоже не было ничего особенного. - В нашей планетной системе есть настоящее кольцо из малых планет, много тысяч которых, рассеяны на орбите, образуя что-то вроде огромного мельничного жернова, там где мы предполагали обнаружить планету нормальных размеров. В результате неизбежных столкновений между этими космическими телами, на Землю выпадают метеоритные дожди. До Литии, думаю, долетают лишь незначительные остатки кометных хвостов.
- Трудно понять как могло возникнуть такое неустойчивое образование, - сказал Чтекса, присаживаясь и указывая гостю на другой пуф. - Можешь ли ты объяснить это?
Не совсем, - сказал Руиз-Санчес. - Некоторые из нас считают, что много лет назад на этой орбите находилась нормальная планета, которая по каким-то причинам взорвалась. Подобная катастрофа произошла с одним спутником в нашей системе - по крайней мере одна из наших планет имеет подобное кольцо. Другие утверждают, что при образовании нашей Солнечной системы, исходные материалы, из которых должна была образоваться планета, так и не объединились. Обе идеи имеют много изъянов, но каждая объясняет определенные противоречия другой, так что каждая по-своему соответствует истине.
Глаза Чтексы прикрылись едва видным "внутренним веком", что свидетельствовало о состоянии глубочайшей задумчивости. - Не вижу ни одного способа чтобы проверить обе идеи, - сказал он через некоторое время. - По нашей логике, невозможность подобных проверок свидетельствует о бессмысленности поставленного вопроса.
Это логическое правило имеет на Земле много приверженцев. Мой коллега, Доктор Кливер, наверняка согласился бы с ним, - неожиданно улыбнулся Руиз-Санчес. Он так долго и упорно совершенствовал свое знание литианского, что смог вести беседу на такие абстрактные темы, и это было гораздо большим достижением, чем запоминание новых слов. - Но вам будет нелегко собирать метеориты. Вы объявили о стимулах?
- Да, конечно. Каждый понимает всю важность этой программы. Все мы хотим продолжать исследования.
Это было не совсем то, что хотел узнать священник. Он пытался вспомнить более точный литианский эквивалент понятию "вознаграждение", но не нашел ничего кроме этого, уже употребленного им слова "стимул". Он понял, что не знает также, же,как перевести слово "алчность". Очевидно предложение заплатить по тысяче долларов за найденный метеорит просто обескуражило бы литианина. Вместо этого он сказал: - Как бы вы не кооперировались, но если метеориты падают на Литию так редко, не думаю, что вам удастся собрать достаточное количество метеоритного железа для серьезной работы. Вам необходимо разработать вспомогательную программу по поиску металла - каким-нибудь образом собрать те крохи железа которые есть на планете. Наши плавильные методы для вас бесполезны, так как у вас нет рудных месторождений. Да-а. А как насчет железо-поглощающих бактерий? - А здесь есть такие? - с сомнением покачав головой, сказал Чтекса. - Я не знаю. Спросите у ваших бактериологов. Если на планете есть бактерии принадлежавшие к роду, который мы называем Leptothrix, одна из них должна поглощать железо. За миллионы лет что на этой планете существует жизнь, такая мутация должна была произойти и возможно это случилось уже достаточно давно.
- Но почему же мы до сих пор не знаем о ней? В бактериологии мы работаем гораздо больше, чем в любой другой сфере.
- Потому что, - убежденно сказал Руиз-Санчес, - вы не знали, что искать и, потому что такой вид должен встречаться так же редко как и само железо. На изобилующей железом Земле наша Leptothrix ochracea имеет великолепные условия для развития. Ее ископаемые оболочки мы находим в неисчислимых количествах в рудных месторождениях. Общепринятое мнение утверждает, что эта бактерия создала эти месторождения, но я не верю в это. При соответствующей жесткости воды и других благоприятных условиях, соли в растворах спонтанно преобразуются в соли железа, а так как эти бактерии получают энергию окисляя железо, то именно там и есть условия которые способствуют ее развитию. На нашей планете эта бактерия размножается в рудных месторождениях потому что там находится железо, а не наоборот. У вас же просто нет столько железа, чтобы значительно увеличить количество бактерий, но я убежден, что у вас они есть.
- Мы немедленно начнем изучение почвы, - сказал Чтекса и его сережки стали лиловыми. - Наши центры по изучению антибиотиков ежемесячно изучают тысячи образцов почвы в поисках новой, обладающей терапевтическими свойствами микрофлоры. Если собирающая железо бактерия существует, мы очень скоро ее найдем.
- Она должна существовать, - повторил Руиз-Санчес. - У вас существуют концентрирующие серу анаэробные бактерии?
- Да - да, конечно!
- Ну вот, - сказал Иезуит, удовлетворенно отклоняясь назад и сцепляя руки на колене. - У вас есть много серы и много соответствующих бактерий. Сообщите мне пожалуйста когда найдете экземпляры поглощающие железо. Мне хотелось бы взять с собой на Землю такую культуру. Есть двое землян, чьи носы я бы хотел ткнуть в такой образец.
Литианин напрягся и несколько озадаченно кивнул. Руиз-Санчес поспешно сказал: - Прошу прощения. Я дословно перевел агрессивно звучащую идиому моего родного языка. Она не подразумевает тех действий, о которых говорится. - Мне кажется, я понимаю, - сказал Чтекса. Руиз-Санчес сомневался в этом. В богатом словарном запасе литианского языка он до сих пор не нашел ни одной метафоры - ни действующей, ни мертвой. Кроме того, литиане не знали ни поэзии, ни других видов творчества. - Вы окажете нам честь если воспользуетесь результатами исследований. В общественных науках нас долго ставила в тупик проблема соответствия чествования открывателя значению его открытия. Если учитывать как изменяют нашу жизнь новые идеи, то становится невозможным адекватно отметить их автора, поэтому замечательно, когда изобретатель обладает желаниями, которые общество может удовлетворить. Сначала Руиз-Санчес не был уверен, что правильно понял это предложение. Но вникнув в услышанное, подумал, что вряд ли одобрил бы такое решение проблемы, хотя сейчас оно его полностью устраивало. Эти слова прозвучали бы невыносимо фальшиво из уст землянина, но Чтекса, без сомнения, имел в виду именно это.
Хорошо, что пришло время завершать доклад комиссии по Литии. Руиз-Санчес подумал, что скоро не сможет воспринимать эту спокойную стерильную жизнь. К тому же, ему не давала покоя мысль что ее размеренность основывалась на рассудке, а не на заповедях или вере. Литиане не знали Бога. Они жили и мыслили праведно потому что это было и разумно, и действенно, и естественно жить и думать именно таким образом. Казалось что больше они ни в чем не нуждаются.
Могло ли быть так, что они мыслили и поступали таким образом, потому что не родились людьми и не узнав тяжести первородного греха никогда не покидали своего Райского Сада? Геологически было подтверждено то, что на Литии не было оледенения и ее климат оставался неизменным семьсот миллионов лет. Могло ли быть так, что не зная первородного греха, они были также свободны от проклятия Адама?
А если так - то можно ли человеку жить среди них?
- Я хочу задать тебе несколько вопросов, Чтекса, - сказал священник после минутного раздумья. - Ты мне абсолютно ничего не должен, но нам,землянам, нужно принять ответственное решение. Ты знаешь о чем я говорю. И я сомневаюсь,что мы знаем о твоей планете достаточно много, чтобы не ошибиться.
В таком случае ты обязан спрашивать, - немедленно отреагировал Чтекса. - Постараюсь ответить на любой вопрос.
- Хорошо, тогда, - смертны ли вы? Я знаю, что в вашем языке есть соответствующее слово, но возможно оно отличается по смыслу от такого же нашего.
- Это слово означает прекращение изменений и возврат к существованию, - сказал Чтекса. - Механизм существует, но только живое существо, как дерево, например, проходит череду изменяющихся равновесий. Когда такое развитие прекращается, этот организм мертв.
- И вы тоже подвержены этому процессу?
- Так бывает со всеми. Даже такие великие деревья как Дерево Связи рано или поздно умирают. Разве на Земле по другому?
- Нет,- сказал Руиз-Санчес, - так же. Слишком долго пришлось бы объяснять почему, но мне показалось, что вы избежали этого зла. - Мы не смотрим на смерть как на зло, - сказал Чтекса. - Лития живет благодаря смерти. Погибшие листья обеспечивают нас нефтью и газом. Для жизни одних существ всегда нужна смерть других. Чтобы излечить болезнь необходимо убить бактерию и не дать родиться вирусу. Мы сами должны умереть уже хотя бы для того, чтобы освободить место для следующего поколения - ведь пока мы не умеем регулировать рождаемость.
- Но ты считаешь что этому нужно научиться.
- Конечно нужно, - сказал Чтекса. - Наш мир богат, но ведь всему есть предел. А другие планеты, по вашим рассказам, заселены своими народами. Поэтому мы не можем надеяться переселиться туда, когда нас станет слишком много здесь.
- Настоящая вещь неисчерпаема,- хмуро глядя на переливчатый пол, резко сказал Руиз-Санчес. - За много тысяч лет нашей истории мы убедились в этом наверняка.
- О каких пределах идет речь? - сказал Чтекса. - Само собой разумеется, что любой маленький предмет - будь то камень, капля воды или частичка почвы - можно исследовать вечно. Количество получаемой из любого предмета информации, буквально беспредельно. Но в изучаемой почве может недоставать нитратов. Правда этого можно добиться лишь плохо ее обрабатывая. Или вспомним железо, о котором мы только что говорили. Запасы железа на нашей планете конечны, и, по крайней мере приблизительно, мы уже знаем пределы его запасов. Было бы безрассудно допустить чтобы наша экономика потребовала для своего развития больше железа чем вообще есть на Литии при том, что получить его дополнительно из метеоритов или путем импорта невозможно. Это проблема не получения информации. Это проблема использования уже полученной информации. Если не уметь пользоваться имеющимся, то теряет смысл даже говорить о его пределах.
- Если придется, вы вполне сможете обойтись без дополнительного количества железа, - отметил Руиз-Санчес. - Ваши деревянные механизмы достаточно точны чтобы удовлетворить любого инженера. Уверен, что большинство из них, не помнит, что у нас тоже были подобные устройства - дома у меня есть образец. Это что-то вроде таймера, под названием "часы с кукушкой"- они полностью сделаны из дерева двести лет назад. Кстати, еще довольно долго после того, как мы начали строить металлические мореходные суда, мы продолжали использовать древесину lignum vitae* (*lignum vitae - гваяковое дерево. Из его твердой и тяжелой древесины изготавливают некоторые детали машин.) в судовых навигационных приборах.
- Древесину можно использовать в самых разных целях, - согласился Чтекса. - Единственный ее недостаток, состоит в том, что по сравнению с керамическими материалами и, наверное, с металлом она недостаточно устойчива к внешним воздействиям. Необходимо хорошо ориентироваться в свойствах разных пород древесины, чтобы успешно сочетать их для разных нужд. А особенно сложные детали можно вырастить в соответcтвующих керамических формах - от роста внутри формы давление становится таким сильным, что получаемая деталь обладает очень высокой плотностью. Детали покрупнее можно выточить из доски мягким песчаником и отполировать сланцем. Мы обнаружили, что это подходящий материал для работы.
Руиз-Санчес почувствовал, что почему-то смутился. Подобное смущение всегда охватывало его при виде старых часов с кукушкой. Дома у него было много электрические часов которые занимая мало места должны были тихо и точно работать - но при их создании учитывались не только чисто технические, но и коммерческие соображения. В результате, большинство из них работало с тонким астматическим сипением или нежным стоном, но шли все до обидного неточно. Все часы имели "обтекаемые" формы, но были безобразны и чрезмерно велики. Ни одни из них не показывали точное время, потому что были проданы с заводскими дефектами, а некоторые, нельзя было даже подвести, потому что их ход обеспечивали чрезвычайно примитивные двигатели. Между тем, деревянные часы с кукушкой продолжали равномерно тикать. Каждую четверть часа из-за одной из деревянной дверок появлялась перепелка, а когда часы показывали час без долей, первой выглядывала перепелка, за ней кукушка и сразу после ее крика раздавался мягкий звон. Они ошибались на минуту в неделю и для их хода нужно было всего лишь подтягивать три гирьки каждый вечер перед сном.
Мастер сделавший эти часы умер до того как родился Руиз-Санчес. Если сравнить с прошлым, то за свою жизнь священник купил и выбросил, по крайней мере десяток дешевых, рассчитанных на подобное обращение электрических часов.
- Да, это правда, - со смирением в голосе сказал он. Если можно, еще вопрос. Фактически это продолжение того же вопроса - если сначала я хотел узнать смертны ли вы, то теперь я должен спросить как вы рождаетесь. Я видел много взрослых на улицах и иногда в домах - хотя я думаю, что в личной жизни вы одиноки - но никогда не видел детей. Ты можешь объяснить мне это? Но если эта тема не может быть предметом обсуждения...
- Но почему же? Закрытых для обсуждения тем не бывает,- сказал Чтекса. - Ты конечно знаешь, что у наших женщин есть брюшные сумки в которых они вынашивают яйца. На этой планете есть несколько видов животных которые крадут яйца из гнезд, поэтому такая мутация была для нас удачной. - Да, на Земле тоже есть что-то подобное, но там такие сумки имеют живородящие животные.
- У нас яйца откладываются в сумки раз в году, - сказал Чтекса. - Затем женщины уходят из домов в поисках партнера чтобы оплодотворить яйцо. Я одинок потому что в этом сезоне меня пока не выбрали женщины. Бывает и наоборот, у некоторых мужчин в это время года живет три или четыре избравшие его женщины.
- Понятно, - осторожно сказал Руиз-Санчес. - Но чем же обусловлен выбор? Это эмоции или только рассудок?
- В конце концов обе причины слились, - сказал Чтекса. - Наши предки избавили нас от необходимости рисковать в поисках лучших сочетаний генов. Теперь наши эмоции больше не противоречат нашим знаниям в области евгеники. Сами эмоции теперь преобразились и влияют на естественный отбор не противореча знаниям о нем.
Затем, наступает День Миграции. К этому времени все яйца оплодотворены и готовы к выходу потомства. В такой день - боюсь что вам не удастся увидеть все самим, потому что вы улетаете немного раньше этого дня - все литиане идут к морю.Там, мужчины защищают женщин от хищников пока они вброд пробираются через мелководье на достаточную для плавания глубину где и рождаются дети.
- В море? - едва слышно спросил Руиз-Санчес.
- Да, в море. Потом мы выходим и до следующего брачного сезона возвращаемся к прерванным делам.
- Да, но что происходит с детьми?
- Ничего особенного, они заботятся о себе сами, если могут. Конечно многие погибают, но особенный урон наносят потомству наши прожорливые сородичи - большие рыбоящеры, поэтому при любой возможности мы убиваем их. Но когда приходит время, большинство детей возвращается на берег. - Возвращаются на берег? Чтекса, я не понимаю. Почему же они не тонут, после рождения? И если они выходят на берег, то почему же мы никогда не видели ни одного из них?
- Конечно вы видели их, - сказал Чтекса. - А еще чаще слышали их голоса. Идем со мной. Он поднялся и пошел в фойе. Руиз-Санчес последовал за ним, его голова шла кругом от предположений.
Чтекса открыл дверь. Священник опешил, увидев что ночь была уже на исходе - облачное небо на востоке чуть порозовело. Разнообразное движение и пение джунглей не уменьшились. Раздался высокий, шипящий свист и над городом в сторону моря проплыла тень птеродона. Со стороны илистого мелководья донесся хриплый лай.
- Вот, - мягко сказал Чтекса. - Ты слышишь?
Сидящее на мели существо - невозможно было узнать его сразу - снова раздраженно захрипело.
- Сначала конечно трудно, - сказал Чтекса. Но самое страшное для них уже позади. Они выбрались на берег.
- Чтекса, - сказал Руиз-Санчес. Ваши дети - это легочные рыбы. - Да, - сказал Чтекса. - Это и есть наши дети.




Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)