"1"
Однажды летом, вернувшись с домашней презентации новинок для домохозяек
- устроительница переборщила, пожалуй, с киршем в фондю, - миссис Эдипа Маас
узнала, что ее назначили душеприказчиком, или, подумала она, уж скорее
душеприказчицей, некоего Пирса Инверарити, калифорнийского магната-риэлтера,
который хоть и спустил как-то на досуге пару миллионов, но все же оставил
состояние достаточно крупное и путаное, чтобы сделать разборку наследства
делом более чем почетным. Эдипа стояла посреди гостиной в фокусе зрения
мертвенно-зеленого телевизионного глаза, повторяла имя Господа и пыталась
быть пьянее, чем на самом деле. Не срабатывало. Вспоминала комнату в
масатланском отеле, где только что - казалось, навеки - хлопнули дверью,
перебудив пару сотен птиц у подъезда; Корнельский университет - восход над
библиотечной крышей, смотрящей на запад и потому с нее не видимый; чистую,
щемящую мелодию четвертого пассажа бартокова Концерта для оркестра;
выбеленный бюст Джея Гульда у Пирса на узкой полке - столь узкой, что Эдипу
не покидало ощущение нависшей угрозы, она боялась, что бюст вот-вот на них
свалится. А вдруг он так и умер, - подумалось ей, - окруженный сновидениями,
раздавленный единственной иконой в доме? При этой мысли она рассмеялась,
громко и беспомощно. С тобой не все в порядке, Эдипа, - обратилась она то ли
к себе, то ли к комнате, которая все понимала. |
