Скачать и читать бесплатно Дональд Гамильтон-Опустошители
Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Глава 9

Когда я вышел из домика номер четырнадцать, на западе гасли последние розовые проблески зари. До машины добрался благополучно и отъехал без приключений, и несколькими кварталами далее остановился у заправочной станции. Покуда служащий наполнял бак VW, я ускользнул в уборную, вынул изгаженную лайковую перчатку, раскрыл нож и тщательно искромсал несчастную улику на мелкие кусочки. Затем понемногу, чтобы стока не забить, побросал кожаные клочья в унитаз, не забывая пускать вослед обильные водяные потоки. Oускай думают, что у меня желудок раскапризничался... Сообразно приказу, тюрьма числилась предпоследним из подходящих Женевьеве Дрелль мест пребывания. Последним считался электрический стул... Ее поручили моим заботам, смазливую, высокую, кислотно-щелочную, цианисто-калиевую особу. И Ганса Рюйтера, специалиста по выведению в расход ничего не подозревающих девиц, доверили моему же попечению. Долг велел оберегать обе хитроумные, злобные, красивые головы и не дозволять ни единому лишнему волоску выпасть вон.
Вдобавок, сказал я себе, дергая цепочку сызнова,
перчатка могла навлечь неприятности на меня самого. Там, в кемпинге... Куда я добирался неспешно, предоставляя Фентону и Джонстону побольше времени, дабы учинить правильную, положенную по наставлениям засаду...
Увидеть их тотчас я, конечно же, не смог, ибо
расположился на отшибе, по соседству с лесной опушкой, где кустарник рос вольготно и густо. Потом увидел. Младшего. И подумал, что уж с этим парнем охотиться из засадки на водоплавающую или пролетную дичь не отправлюсь никогда. Особи вроде Ларри Фентона просто не умеют замирать и неслышно караулить. Ларри зашелестел ветвями и выпрямился чуть ли не прежде, чем объект покинул автомобиль.
Включенные фары светили вовсю, пока разгорался походный керосиновый фонарь. Потом я определил фонарь на столик, сунул руку в кабину, придавил кнопку. Фары погасли. А Джонстон выступил из-за ближайшего дерева, держа револьвер наизготовку. Я вежливо поднял обе руки. Тогда Ларри Фентон выскочил сбоку, приблизился и стукнул вашего покорного слугу в челюсть.
Наверное, слово "стукнул" звучит излишне сильно: просто смазал по физиономии. Но я исполнительно шлепнулся наземь, потому что в похожих переплетах вернее всего прекратить потасовку еще до ее начала. Частный детектив Клевенджер слишком разумен и осторожен, чтобы связываться с двумя вооруженными людьми из Федерального Бюро. Вдобавок, не люблю драться кулаками: кровавишь себе суставы, а итог едва оправдывает потраченные усилия. Да еще и сдачи получаешь той же монетой. Лупить человека - так наповал. Иначе вообще надлежит всемерно воздерживаться от лупцевания.
- Ты убил ее! - зарычал Фентон. - Убил ее, скотина!
Пинка по ребрам даже разумный мистер Клевенджер не смог бы вынести невозмутимо. Я скосился на Джонстона,
державшегося поодаль с револьвером в руке. Опытный, надежный профессионал, отозвался о Джонстоне Мак. На первый взгляд мужчина впечатления не производил. Никакого. Повстречаешь в толпе - взглядом не удостоишь.
Невысокий пухлый очкарик. Одутловатое, бледное лицо, редеющие каштановые волосы гладко зачесаны к затылку. Джонстон казался коммивояжером или страховым агентом, который любит, вернувшись домой - к пухлой жене и двум пухлым розовощеким отпрыскам, вяло пялиться в экран, цинично и справедливо именуемый "кретиноскопом".
По более пристальном рассмотрении за стеклами очков .!- `c&(" +(al холодные голубые глаза, и вы подмечали, что рука, сжимающая револьвер, целится неколеблемо... Этот человек не действует сломя голову, подобно своему зеленому напарнику. И не проделает во мне дырку при малейшем неосторожном движении. Можно было и сдерзить капельку. Отведя взор от метавшего громы и молнии Ларри, я
обратился к Маркусу:
- Обуздайте-ка животное. Лягнет еще хоть раз - отрежу копыто. Клянусь античными богами, а также языческими идолами!
- Полегче, Клевенджер, - ответил Джонстон. - Легче
легкого... Понял?
- Заткнись, - ответил я, запуская предерзостную десницу в карман. Выстрела не последовало. Я вынул заветный нож и с нарочитой неспешностью щелкнул складным лезвием. Ларри замахнулся было, но Джонстон укротил его, подняв левую ладонь.
Я любезно уточнил:
- Отрежу посередине щиколотки. Еще один пинок - и
Фентона будут звать Ларри-Костяная Нога... А ты, пончик недопеченный, прекрати пушкой размахивать! Нажмешь на курок посреди кемпинга - с местной полицией объяснишься. И весьма подробно.
Джонстон и бровью не повел:
- Больно ты бойкий малый для паршивого частного
детектива.
Я отпарировал:
- Больно ты бойкий малый для вшивого шпионишки! Небось, орудуете в дружественной стране безо всякого разрешения, а? - Откуда узнал? И, кстати, откуда имя Ларри выудил?
- У вас, голубчиков, - ухмыльнулся я. - Ты сам окликал его ночью, в зарослях, под обломным ливнем. Сопляк заблудился и взывал о помощи. Не забыл?
Пухлый федеральный агент огорчился:
- Подсматривал? Тоже?
- Конечно, подсматривал. И подслушивал. Только, не в пример некоторым, я старый лесной бродяга. Извини за похвальбу.
- Как пронюхал о наших занятиях?
- Изначально сказали: в деле участвует ФБР. А прошлой ночью, в Регине, девушка пыталась выудить у меня требуемые сведения и заявила: работаю на Дядю Сэма. В "Лосиной Голове" я снимаю трубку - и слышу милый знакомый голосок. Два плюс один равняется трем. В школе это зовут арифметикой. В сыскном деле - дедукцией... А на поддержку из Вашингтона и рассчитывать не моги! Если полиция узнает о федеральных ослах, учинивших посреди Канады покушение на
соотечественника, Эдгар Гувер открестится от вас и громко скажет "сгиньте, окаянные".
- На соотечественника? На убийцу, так вернее. Не
удостоив Джонстона ответом, едким и немедленным, я поднялся. Ларри шагнул было вперед, но замер, остановленный жестом командира. Я закрыл нож и убрал его с глаз долой.
- Убийцу?
- Ведь Ларри уже пояснил. Мы считаем, что Элен
застрелил ты.
- Ох, оставьте! Милая старая песенка! Налететь с пеной у рта, обрызгать слюной, застращать, застигнуть врасплох... Этого Hombre, - я указал на себя, - врасплох не застают. Поговорим рассудительно. Элен застрелилась. Ясно, как Божий день. И причина столь же ясна... Пистолет, между прочим, ее собственный.
Говорил я наугад и наверняка - одновременно. Ганс
Рюйтер мог использовать лишь оружие самой жертвы. Собеседники переглянулись и промолчали.
- А теперь вопрос: дело замнется или вы намерены
сделать меня козлом отпущения?
- Чего ради?
- Страховые агенты, чиновники, полицейские и прочая подобная шушера очень дорожат незапятнанной честью ремесла или мундира. А потому и стремятся выгораживать сотоварищей любыми средствами. Кстати, надоедливый Клевенджер уберется с дороги, мешать не станет...
- Козел отпущения... - задумчиво повторил Джонстон. - Весьма привлекательная мысль...
- Дурацкая мысль. Оставьте все как есть - и делу конец. В Брэндоне. А начало было в Регине, Ларри уставился на Джонстона с недоумением и гневом.
- Неужели ты слушаешь его, Маркус? Да Элен вовеки не застрелилась бы! И не прикончила бы человека флаконом кислоты, знаешь сам! Убийца - здесь! Вот он!
Я укоризненно покачал головой:
- Где откопали этого мыслителя? Думаешь, он сам верит галиматье, которую изрыгает? Полагаю, нет.
- Верю! - прошипел Фентон. - Ты убил ее, и сам
сознаешься...
- Разумеется. Убил. А потом поднял трубку и расписался в злодеянии. Правда, гениальный ход?
Оставалось лишь дивиться, каким образом Женевьева, обретавшаяся под неусыпным наблюдением, сумела уведомить Рюйтера. Должно быть, остановилась у бензоколонки, дала незаметно следовавшему по пятам немцу условный знак, удалилась в уборную. Рюйтер, в свою очередь, пожелал облегчить желудок и отправился на мужскую половину. Дальше разговаривали через тонкую стенку. По крайности, я не додумался ни до чего иного. А выдавать любимого и лелеемого Ганса федеральной парочке не помышлял. И угрюмо уставился на Ларри.
Парень был еще молод: примерно двадцать пять или
двадцать шесть, но случайный наблюдатель мог дать и побольше, ибо Фентон - то ли преждевременно лысея, то ли Юлу Бриннеру подражая, брил голову наголо. Тощий, бледноликий. Измученный. Пожалуй, недавно вышел из больницы. Или госпиталя... Следовало относиться к Фентону милосерднее. Возможно, и агент неплохой, только пережил нечто ужасное, получил серьезную рану или тяжелую травму. Не наберется ума - рано или поздно заработает новую. И не исключаю, что причиной тому буду самолично.
Еще несколько минут мы переругивались весьма оживленно и ядовито. Многоопытный Джонстон удостоверился, наконец, в невиновности Дэйва Клевенджера, дозволил напарнику быстро и небрежно обыскать нахальную ищейку из Колорадо, потом вернул револьвер в наплечную кобуру. И взялся склонять меня к сотрудничеству. И принялся пояснять возможные последствия отказа:
- Вообще-то в подобных операциях частному сыску не место... Но коль скоро вы уже здесь... И ежели откажетесь... Тогда вас попросту... Вы обязаны...
- Конечно, - сказал я. - Только не мешайте работать.
Узнаю любопытное - сообщу немедленно.
- Сделайте милость. Ларри, пойдем.
Оба растаяли в темноте. Я потер, наконец, ушибленную челюсть, скривился, прошагал в палатку, разжег примус, водрузил на него сковороду, изжарил купленный в Брэндоне бифштекс. Жилистый, жесткий и невкусный.
Что ж, от Ганса Рюйтера их удалось на время отвести. А большего покуда и не требовалось.
Серебряный трейлер сиял освещенными окнами. Я
постучался в дверь. Та немного приотворилась. Высунулась Пенни.
- Можно побеседовать с матушкой?
Маленькое личико выглядело осунувшимся и перепуганным. Помедлив, Пенни обернулась:
- Мама, опять явился этот частный детектив. Поговорить хочет...
- И не просто поговорить, а про убийство, - прибавил я. Воцарилось молчание. Женевьева, еще незримая для меня, поднялась, приблизилась, оттолкнула дочь в глубины передвижного домика, явила собственный лик.
- Про какое убийство, мистер Прескотт?
- Разрешите войти?
Женевьева скосилась через плечо, замялась, точно
безмолвно просила совета, и отрезала:
- Нет. Нельзя.
Жаль, подумал я, надо же было объявиться так не
вовремя! В трейлере, безусловно, затаился посторонний. А его присутствие следовало скрывать ото всех - и в первую очередь от Фентона с Джонстоном.
Я изобразил усталый, обреченный вздох и произнес: - Хорошо, сударыня. Могу и снаружи постоять. Но,
думается, вам небезынтересно услышать: Майка Грина действительно убили. А женщина, совершившая преступление, покончила с собою часа два назад, в одной из Брэндонских гостиниц. Любопытно, да?
Стоявшая полутора ярдами выше миссис Дрелль сухо молвила:
- Не понимаю, что вы тут находите любопытного. Гнусная гибель Майка Грина трогает меня еще меньше, чем...
- :Достогнусная жизнь Давида Клевенджера, - подхватил я беззаботным голосом. - Доброй ночи, сударыня.
И удалился, провожаемый эхом удара: входную дверь Женевьева захлопнула с неподдельной злостью. Но я передал /`(ob-.% известие, и ночь они с Гансом Рюйтером проведут спокойно. А при помощи покорного слуги еще и благополучно скроются, совершив два убийства. Но Рюйтер меня разочаровал. Только завершенный, девяносто шестой пробы остолоп решился бы пожаловать к Женевьеве нынче вечером. Помогать человеку, до такой степени глупому, подумал я, будет нелегко. Доведется рассчитывать возможные комбинации на три- четыре хода вперед. А в следующий раз наниматься
телохранителем к личностям более разумным и приятным... Я вздохнул. И не надейтесь, мистер Хелм. Порядочных людей охраняют люди порядочные. А мне, и иже со мною, как правило, достаются задания, за которые уважающий себя субъект и взяться побрезгует.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)