Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Глава 9

Долго ли продолжалась тишина, лишь подчеркиваемая шипением ламп и воем ветра, я не знаю. Пожалуй, не больше десяти секунд. Но они показались вечностью. Глаза Аллена были прикованы к пуговице в руках Джудит Хейнс, взоры присутствующих устремлены на него самого. Эта маленькая обтянутая кожей пуговица точно заворожила нас.
Первой вышла из оцепенения Джудит Хейнс. Медленно, с усилием она поднялась и остановилась в нерешительности. Приняв это за чистую монету, я смотрел не на женщину, а на Конрада и Смита. Конрад опустил веки, дав понять, что знает, как надо действовать. Смит перевел взгляд в сторону Джудит Хейнс, и в тот момент, как она двинулась прочь от тела своего мужа, оба придвинулись друг к другу, преградив ей путь. Джудит Хейнс остановилась и, взглянув на мужчин, улыбнулась.
- В этом нет никакой необходимости, - произнесла она и швырнула пуговицу Аллену. Тот машинально поймал ее и растерянно поднял глаза на женщину. - Она ведь тебе еще пригодится, не так ли? - снова улыбнулась она и направилась в сторону своей комнаты.
Я облегченно вздохнул, впрочем, как и те, кто стоял поблизости. Отвернувшись от Джудит Хейнс, я посмотрел на Аллена. И снова реакция моя была ошибочной. Я инстинктивно чувствовал, что такое спокойствие и кротость не вяжутся с характером этой волчицы, но приписал их потрясению.
- Это ты его убил, ты! - вдруг завизжала она как бешеная. Однако еще больше ярости она проявила, набросившись на маленькую Мэри, так что та упала на спину. Джудит накинулась на нее, выставив острые ногти. - Ах ты, сука, потаскуха, грязная тварь, убийца! Это ты убила его! Ты убила моего мужа! Ты! Ты! - рыдая, оскорбляла она перепуганную девушку. Схватив одной рукой ее за волосы, другой Джудит норовила впиться ей в глаза, но тут подоспели Смит и Конрад. Оба рослые, сильные мужчины, но обезумевшая женщина дралась с таким остервенением, что понадобилось время, чтобы оторвать ее от жертвы. Но и теперь мисс Хейнс все еще не выпускала из пальцев волосы Мэри. Лишь после того как Смит бесцеремонно вывернул ей руку, Джудит вскрикнула от боли и отпустила волосы бедной девушки. Джудит поставили на ноги, но она продолжала кричать. Она дико выла, как воет перед смертью животное. Внезапно вой оборвался, ноги у мисс Хейнс подкосились, и Смит с Конрадом опустили ее на пол.
- Действие второе? - взглянул на меня, тяжело дыша, побледневший Конрад.
- Нет, это не было просто игрой. Не проводите ли Мэри в ее комнату? - Я посмотрел на потрясенную, всю в слезах девушку, но помочь не успел. Забыв о собственных ранах, Аллен опустился перед ней на колени и помог сесть. С помощью платка не первой свежести он принялся промокать три безобразные глубокие царапины на левой щеке Мэри. Оставив их вдвоем, я зашел к себе в комнату, взял шприц для внутривенных инъекций и направился к Джудит Хейнс. Смит и Конрад стояли рядом, к ним присоединились Отто, Граф и Гуэн. При виде шприца Отто схватил меня за руку.
- Вы хотите сделать укол моей дочери? Ведь все кончилось. Вы видите, она без сознания.
- Хочу, чтобы она и впредь оставалась в таком состоянии, черт побери, - ответил я. - В течение многих часов. Так будет лучше для нее и для всех нас. Признаться, мне жаль вашу дочь, для нее это был такой удар. Но в данном случае я должен принять во внимание ее положение. Откровенно говоря, она сейчас невменяема и крайне опасна. Хотите еще раз взглянуть на то, что она сделала с Мэри?
Джерран не знал, что ответить, но Гуэн, как всегда спокойный и рассудительный, пришел мне на помощь:
- Доктор Марлоу абсолютно прав, Отто. Он старается ради блага Джудит. Прийти в себя после подобного потрясения ей поможет лишь продолжительный отдых. Это для нее самое лучшее.
Я придерживался иного мнения. Самым лучшим средством была бы смирительная рубашка, однако я поблагодарил Гуэна кивком, сделал Джудит инъекцию, помог поместить больную в спальный мешок с "молнией" на боку и, проследив за тем, чтобы ее укрыли одеялами, вышел. Коккер-спаниелей я отвел к себе в комнату.
Посадив маленькую Мэри на скамью, Аллен продолжал вытирать кровь с ее щеки. Девушка перестала плакать и лишь изредка всхлипывала. Стоявший неподалеку Лонни с сочувствием смотрел на нее, качая головой. - Бедная девочка, - произнес он вполголоса.
- Все будет в порядке, - сказал я в ответ. - Если чуть постараться, то рубцов не останется.
Я взглянул на тело Страйкера. Ясно было, что его нужно как можно скорее отнести в гараж: кроме Лонни и Аллена, все неотрывно смотрели на труп, он притягивал взгляды.
- Я не маленькую Мэри имел в виду, - отозвался Лонни, - я говорил о Джудит Хейнс. Бедная одинокая девочка.
Я пристально вгляделся в Гилберта, но ни следа иронии на его лице не было, Лонни действительно жалел Джудит.
- Лонни, вы не перестаете удивлять меня, - признался я. Затопив печку, я поставил греться воду, затем повернулся к Страйкеру. Смит и Конрад поняли меня без слов. Лонни настоял на том, чтобы пойти с нами. Оставив Страйкера в гараже, мы направились в барак. Смит и Конрад вошли внутрь, Лонни остался снаружи. Он стоял задумавшись и, казалось, не замечал ни ветра, ни пурги, ни лютого холода.
- Постою здесь немного, - проговорил он. - На свежем воздухе и голова лучше работает.
- Ни в коем случае, - возразил я. Забрав у него из рук фонарь, я направил луч в сторону соседнего хозяйственного блока. - Заходите. Прямо и налево.
Если охрана порядка на студии "Олимпиус продакшнз" была поставлена из рук вон плохо, то о запасах спиртного тут позаботились. - Дорогой мой, - произнес Лонни, отбирая у меня фонарь. - Я сам проследил за разгрузкой.
- И за тем, чтобы не было замка, - добавил я.
- Даже если б замок и был, Отто все равно дал бы мне ключ. - Дал бы ключ? - недоверчиво спросил я.
- Конечно. А вы решили, что я профессиональный взломщик? Как вы думаете, кто дал мне ключи от буфета на "Морнинг роуз"? - Отто? - догадался я.
- Кто же еще?
- Чем вы его шантажируете, Лонни?
- Отто - очень добрый человек, - вполне серьезно ответил Гилберт. - Разве я вам не говорил?
- Не помню, - ответил я, наблюдая за тем, как старик целеустремленно двигался по глубокому снегу к складу продуктов. Наконец я вошел в жилой барак.
Поскольку Страйкера унесли, внимание большинства обитателей барака было обращено на Аллена. Заметив это, тот убрал руку с плеча Мэри, хотя все еще продолжал вытирать кровь с ее щеки. Конрад, которому Мэри Стюарт нравилась все больше и который постоянно искал ее общества последние два дня, сидел рядом с латышкой, растирая ее руки (та, видно, пожаловалась, что озябла).В бараке действительно было все еще холодно. Мэри Стюарт смущенно улыбалась, но не противилась. Отто, Гуэн, Граф и Нил Дивайн, сидевшие возле печки, негромко переговаривались. Дивайн выступал в качестве не столько участника дискуссии, сколько бармена, расставляя стаканы и бутылки. Жестом Отто подозвал меня.
- После всего того, что нам пришлось вытерпеть, - произнес он, - думаю, необходимо восстановить силы. - Неслыханная щедрость Отто служила безусловным подтверждением того, насколько потрясен он случившимся. - Кроме того, нужно решить, что с ним делать.
- С кем?
- Разумеется, с Алленом.
- Ах, вот что. Прошу прощения, господа, но не рассчитывайте, что я стану участником попойки и обсуждения. - Я кивнул Аллену и маленькой Мэри, которые с некоторой опаской наблюдали за нами. - Простите, мне нужно заняться своими прямыми обязанностями.
Сняв с печки воду, успевшую нагреться, я принес ее к себе в комнату, накрыл белой тканью шаткий стол, поставил на него тазик, инструменты и нужные медицинские препараты. Войдя в общую комнату, подошел к углу, где сидели Конрад и Мэри Стюарт. Как и все остальные, они переговаривались почти шепотом - не то для того, чтобы их не слышали, не то под впечатлением смерти Страйкера. Теперь Конрад старательно массировал другую руку девушки. - Извините, что помешал вам оказывать потерпевшей первую помощь, но. я хочу подлатать Аллена. Дорогая Мэри, не могли бы вы присмотреть за маленькой Мэри?
- Дорогая Мэри? - изумленно поднял он бровь.
- Я называю ее так, чтобы отличить ее от маленькой Мэри, - объяснил я. - Кроме того, я обращаюсь к ней таким образом, когда мы вдвоем коротаем ночи.
При этих словах Мэри Стюарт слабо улыбнулась.
- Дорогая Мэри, - повторил Конрад одобрительно. - Мне нравится это. Можно, я буду вас так называть?
- Не знаю, - ответила девушка полушутя-полусерьезно. - Не будет ли это нарушением авторских прав?
- Он может получить лицензию на временное их использование, - отозвался я. - В любой момент могу ее аннулировать. О чем это вы секретничали? - Хотим узнать ваше мнение, док, - ответил Конрад. - Тот камень, которым ударили Страйкера, весит, думаю, килограммов тридцать. А вы как полагаете?
- Так и полагаю.
- Я спросил Мэри, смогла бы она поднять такой валун над головой. Она сказала: "Не смеши меня".
- Если она не переодетая олимпийская чемпионка, то вы действительно смешны. Конечно, поднять такой валун ей не под силу. А в чем дело? - Взгляните на нее, - кивнул Конрад в сторону маленькой Мэри. - Кожа да кости. Представляете себе...
- Я бы хотел, чтобы Аллен слышал ваши слова.
- Вы знаете, что я хочу сказать. Под силу ли ей поднять такую глыбу? Джудит Хейнс назвала ее убийцей. Правда, Мэри тоже участвовала в поиске, но каким образом...
- Думаю, мисс Хейнс имела в виду другое, - сказал я и отошел. Подозвав жестом Аллена, я обратился к Смиту, сидевшему поблизости:- Мне нужен ассистент для операции. Нет ли у вас желания помочь? - Есть, - ответил штурман, поднимаясь. - Готов заняться чем угодно, лишь бы не думать о том, какой рапорт составляет на меня капитан Имри. Полагая, что природа с задачей справится лучше меня, я не стал возиться с лицом юноши и вместо этого занялся раной на затылке. Сделав заморозку, я выбрил кожу вокруг раны и кивком показал на нее Смиту. Тот широко открыл глаза, но не сказал ни слова. Я наложил восемь швов и заклеил рану лейкопластырем. Во время всей операции не было произнесено ни слова. - Вы ничего не хотите сказать, доктор Марлоу? - не выдержал Аллен. - Хороший лекарь за работой не болтает.
- Думаете так же, как и остальные, верно?
- Не знаю. Не знаю, что думают остальные. Ну, вот и готово. Зачешите волосы назад, и никто не догадается, что вы рано облысели. - Хорошо. Спасибо вам. - Обернувшись, Аллен помолчал, затем горько спросил:- Каким же негодяем я всем кажусь, верно?
- Только не доктору.
- Значит... Вы не думаете, что это сделал я?
- Нет, не думаю. День у вас тяжелый, вы потрясены больше, чем представляете себе. Когда новокаин перестанет действовать, вам будет больно. Ведь ваша комната рядом с моей?
- Да, но...
- Когда я закончу с маленькой Мэри, я пришлю ее к вам. Юноша хотел что-то сказать, но лишь устало кивнул и вышел. - Какой кошмар, - произнес Смит. - Я насчет раны. Удар, видно, был страшный.
- Его счастье, что череп не проломлен. И вдвойне счастье, что сотрясение мозга небольшое.
- Ага. - Помолчав, Смит прибавил: - Я не доктор и не мастер по части слов, но не кажется ли вам, что все теперь предстает в ином свете? - А я доктор, и мне тоже так кажется. Поразмыслив, Смит добавил: - Особенно если повнимательней посмотреть на Страйкера? - Вот именно.
Я привел маленькую Мэри. Она была очень бледна, боязливо оглядывалась, но в целом держала себя в руках. Взглянув на Смита, она хотела что-то сказать, но передумала, позволив мне заняться ее лицом. Я продезинфицировал царапины и наложил на них лейкопластырь со словами: - Некоторое время будете испытывать страшный зуд, но если потерпите и не сдерете пластырь, шрамов не останется.
- Спасибо, доктор. Постараюсь, - ответила девушка слабым голосом. - Можно с вами поговорить?
- Разумеется. - Заметив, что она смотрит на Смита, я прибавил:- Можете не волноваться. То, что вы сообщите мне, за пределы этой комнаты не выйдет. - Понимаю, однако...
- Мистер Джерран угощает виски всех желающих, - спохватился Смит, направляясь к двери. - Ни за что не прощу себе, если не воспользуюсь случаем.
Не успел штурман выйти из комнаты, как маленькая Мэри схватила меня за лацканы пиджака. В лице ее были отчаяние и тревога, в глазах - мольба. - Аллен не делал этого, доктор Марлоу. Я знаю. Клянусь, не делал. Понимаю, обстоятельства против него. Эта утренняя драка, и снова драка, пуговица в руке мистера Страйкера и все остальное. Но я знаю, он этого не совершал, он сказал мне. Аллен не станет лгать! Он человека обидеть не способен, а не то что убить. И я его не трогала! - говорила она, стиснув кулачки. По щекам девушки лились слезы. За всю свою недолгую жизнь ей еще не приходилось попадать в такой переплет. Мотая головой, она восклицала:- И я этого не совершала, она меня назвала убийцей! При всех назвала! Я не способна на такое, доктор Марлоу... Я...
- Мэри! - Я закрыл ей рот ладонью. - Вы и мухи не обидите, я это знаю. И Аллен таков. Разве если только муха особенно назойлива. Да и то не уверен, что это у вас получится.
Убрав мою руку, Мэри широко раскрыла глаза:
- Так вы хотите сказать, доктор Марлоу...
- Хочу сказать: глупые вы гусята. Я не только не верю, что вы имеете какое-то отношение к смерти Страйкера, я это знаю. Шмыгнув носом, бедная девочка продолжила:
- Вы очень добрый человек, доктор Марлоу. Хотите нам помочь... - Да перестаньте вы. Я это могу доказать.
- Доказать? - В измученных глазах ее затеплился огонек надежды. Не зная, верить мне или нет, девушка повторила оцепенело: - А она говорит, это я... я убила.
- Мисс Хейнс сказала это в переносном смысле, - возразил я. - А это разные вещи. Но и тут она ошиблась. Она хотела сказать, что вы ускорили смерть ее мужа, однако это не так.
- Ускорила?
- Да. - Взяв ее за руки, чтобы она больше не мяла мне одежды, я посмотрел на девушку, стараясь придать своему лицу выражение этакого доброго дядюшки. - Скажите мне, милая Мэри, вы когда-нибудь вздыхали под луной в обществе Майкла Страйкера?
- Я? Вздыхала?
- Мэри!
- Да, - произнесла она с несчастным видом. - То есть нет, не было этого.
- Вы очень понятно выражаетесь, - ответил я. - Тогда поставим вопрос иначе. Вы когда-нибудь давали мисс Хейнс повод для подозрений? - Да. - Она снова шмыгнула носом. - .Вернее, он дал повод. - Не выказывая своей досады, я сочувственно посмотрел на девушку. - В тот день, когда мы отплыли из Уика, он позвал меня к себе в каюту. Он был в каюте один. Сказал, что хочет поговорить о фильме.
- На этот раз не о гравюрах, - заметил я. Растерянно взглянув на меня, Мэри продолжала:
- Он и не собирался говорить о фильме. Вы должны верить мне, доктор Марлоу!
- Я вам верю.
- Он закрыл дверь, схватил меня и начал...
- Избавьте меня от кошмарных подробностей. Когда этот негодяй стал к вам приставать, в коридоре послышался стук женских каблучков. Подлец сделал вид, будто это вы сами ему навязываетесь. Дверь открылась, появилась его дражайшая половина, он стал отбиваться от распутной помощницы режиссера со словами: "Что вы, что вы, Нанетта! Возьмите себя в руки! Как так можно!" или что-то в этом роде.
- Примерно так оно и было. - Вид у Мэри стал еще более жалким. Потом, спохватившись, она проговорила: - А как вы узнали?
- Таких Страйкеров хоть пруд пруди. Сцена, которая последовала, была кошмарной.
- Было две сцены, - бесцветным голосом проговорила девушка. - Нечто похожее произошло на следующий день вечером. Джудит пригрозила пожаловаться своему отцу, мистеру Джеррану. Страйкер, конечно в ее отсутствие, заявил, что, если я вздумаю скандалить, он меня уволит. Ведь он продюсер картины. Позднее, когда я... подружилась с Алленом, он сказал, что если захочет, то выгонит нас обоих и позаботится о том, чтобы ни одна киностудия не приняла нас на работу. Аллен сказал, что он не прав, что мы ни в чем не виноваты. - И тогда Страйкер избил его. Не беспокойтесь, с Алленом все будет в порядке. Раненый странствующий рыцарь будет рядом с вами. - Я улыбнулся и чуть коснулся ее распухшей руки. - Зрелище стоит того, чтобы его увидеть. Юный возлюбленный, обклеенный лейкопластырем. Вы его любите, Мэри? - Конечно, - произнесла девушка торжественно. - Доктор Марлоу... - Замечательный я человек?
Почти счастливо улыбнувшись, девушка вышла. Вслед за нею появился Смит. Я рассказал ему то, что услышал.
- Этого и следовало ожидать, - отозвался штурман. - Истина становится очевидной, когда тебе ее вешают на нос и вдобавок лупят по голове дубиной. Что же делать?
- А делать нужно вот что. Во-первых, надо реабилитировать этих двух влюбленных в глазах всей группы. Это не имеет значения в данный момент, но, полагаю, им хотелось бы, чтобы их товарищи не видели в них преступников и разговаривали с ними как с равными. Во-вторых, я не намерен сидеть тут без дела ближайшие двадцать два дня. И два-то дня слишком много. Быть может, мне удастся раззадорить неизвестного или неизвестных преступников, чтобы они начали действовать.
- По-моему, действий было достаточно, - заметил Смит. - Возможно, ты и прав. В-третьих, для нас обоих жизнь могла бы стать гораздо легче и безопаснее, если бы мы вынудили всех наблюдать друг за другом, чтобы помешать преступникам напасть на нас врасплох. - Ты берешь быка за рога, -заметил Смит. - Сразу приступаешь к осуществлению своего плана. Начнешь с общей беседы? - Начну с общей беседы со всей честной компанией. Я посоветовал Аллену отдохнуть пару часов, но, думаю, им с Мэри тоже следует присутствовать. Смит вышел, следом за ним и я, В общей комнате, по-прежнему держа в руках стаканы, восседали, негромко переговариваясь, Гуэн, Отто и Граф. Примеру их последовали и почти все остальные. Отто Джерран жестом подозвал меня.
- Одну минуту, - ответил я, направляясь к выходу. Задыхаясь от ледяного ветра, проникавшего в легкие, мешавшего идти, я с трудом двигался к складу продовольствия. Сидя на ящике, при свете фонаря Лонни любовно разглядывал янтарную жидкость в стакане.
- Ха! - воскликнул он. - Наш вездесущий лекарь. Знаете, когда вино придется мне отведать...
- Вино?
- Фигурально выражаясь. Когда пьешь благородное шотландское виски, половину удовольствия получаешь от его созерцания. Вы когда-нибудь пробовали пить в темноте? Безвкусное, затхлое, никакого букета. На эту тему можно написать целую монографию, - указал он в сторону штабеля ящиков, сложенных у стены. - Возвращаясь к моим рассуждениям насчет потустороннего мира, хочу сказать, что если открыты бары на острове Медвежий, то наверняка... - Лонни, - прервал я его, - вы много потеряли. Отто угощает всех благородным виски. Причем наливает в большие стаканы. - Я как раз собирался уходить. - Запрокинув голову, он опустошил стакан. - При мысли, что меня могут принять за мизантропа, меня охватывает ужас.
Я отвел этого друга рода человеческого в кают-компанию и сосчитал присутствующих. Двадцать один человек, включая меня, как и должно быть. Двадцать вторая - Джудит Хейнс - лежит у себя в каюте и проснется не скоро. Отто снова подозвал меня. На сей раз я повиновался. - У нас состоялся своего рода военный совет, - с важным видом произнес он. - Мы пришли к определенному выводу и хотели бы услышать ваше мнение. - Почему именно мое? Я рядовой служащий, как и все остальные, разумеется, за исключением вас троих и мисс Хейнс. - Считайте, что вы кооптированы в совет директоров, - великодушно сказал Граф. - Конечно, временно и без выплаты жалованья. - Нам важно узнать ваше мнение, - без обиняков заявил Гуэн. - Мнение о чем?
- О мерах, которые следует принять по отношению к Аллену, - ответил Отто. - Я знаю, по закону каждый считается невиновным, пока не будет доказано обратное. Мы отнюдь не намерены предпринимать какие-то радикальные меры. Но мы хотим оградить себя...
- Как раз об этом я и хотел с вами поговорить, - сказал я. - Насчет того, чтобы оградить себя. С этой целью я обращаюсь к каждому из присутствующих.
- С какой целью? - грозно сдвинул брови Отто Джерран. - Хочу сделать короткое объявление, - отозвался я. - Я не отниму у вас много времени.
- Я не могу вам этого позволить, - надменно произнес Отто. - Во всяком случае, пока вы не объясните нам суть вашего объявления. Лишь после этого мы можем дать или не дать свое согласие.
- Дадите вы свое согласие или нет, мне безразлично, - ответил я равнодушно. - Мне не потребуется ничье согласие, когда речь идет о жизни и смерти людей.
- Я запрещаю. Напоминаю вам о том, о чем вы сами мне напомнили. - Отто забыл, что следует говорить вполголоса, теперь все внимание присутствующих было приковано к нашему спору. - Вы мой служащий, сэр! - Вот я и хочу в последний раз выполнить свой долг добросовестного служащего, - сказал я, плеснув в стакан виски из бутылки, из которой наливали себе Джерран и несколько других участников группы. - Общее здоровье! -произнес я. -Я придаю этому тосту важное значение. Здоровье нам понадобится, чтобы покинуть этот остров живыми и невредимыми. Будем надеяться, что фортуна не отвернется ни от кого из нас. Что касается службы, Джерран, то можете считать, что с данной минуты я у вас больше не служу. Я не хочу работать на дураков. Более того, я не хочу работать на тех, кто, возможно, не только дурак, но и мошенник.
Отто посинел, не в силах ни вздохнуть, ни произнести хоть слово. На лице у Графа появилось задумчивое выражение. Гуэн оставался безучастен. Оглядевшись, я продолжал:
- Излишне говорить о том, что очевидно. О том, что наша экспедиция оказалась удивительно неудачной, что ее преследовали несчастья одно за другим. Произошел ряд трагических и чрезвычайно странных событий. Умер Антонио. Это могло произойти в силу неблагоприятных обстоятельств; могло случиться и так, что он был убит по ошибке вместо кого-то другого. То же самое можно сказать и об обоих буфетчиках, Моксене и Скотте. Аналогичные покушения были, возможно, предприняты против мистера Джеррана, мистера Смита и молодого Сесила, присутствующих здесь. Могу с уверенностью заявить, что, не окажись я рядом, по крайней мере трех из них ждала бы участь Антонио. Вам, возможно, покажется странным, почему столько внимания я уделяю случаям пищевого отравления, хотя и со смертельным исходом. Да потому, что у меня есть все основания считать, что смертельный яд, аконитин, содержащийся в корнях аконита, которые невозможно отличить по виду от хрена, был подмешан в пищу отдельным членам экипажа во время ужина, когда упомянутые лица отравились.
Мельком взглянув на присутствующих, я убедился: все были ошеломлены настолько, что даже не переглядывались и забыли о щедрости Отто. Глаза всех теперь были прикованы ко мне, все обратились в слух. - Затем таинственно исчезает Холлидей. Не сомневаюсь, что причину смерти можно было бы установить при вскрытии, но я также не сомневаюсь и в том, что тело несчастного Холлидея лежит на дне Баренцева моря. Я думаю - хотя это всего лишь предположение, - он погиб не в результате пищевого отравления, а потому, что выпил отравленное виски, предназначенное мне. - Я взглянул на Мэри Стюарт. Рот у нее открылся, глаза расширились в ужасе; кроме меня, этого не заметил никто.
Опустив ворот канадки, я показал собравшимся огромный синяк на левой стороне шеи.
- Такой синяк я мог получить сам, упав и ударившись обо что-то? Или возьмем случай с разбитой рацией. Могло ли это быть случайностью? Пока это одни лишь предположения. Допускаю, в жизни случается так, что происходят еще более драматические, но никак между собой не связанные события. Но случайность, возведенная в энную степень, противоречит всем принципам теории вероятности. Думаю, вы согласитесь, что если нам удастся однозначно доказать, что налицо тщательно разработанное и тщательно осуществленное преступление, то новые трагические события следует считать не случайными, а преднамеренными убийствами для достижения цели, которая нам неизвестна, но которая имеет огромное значение для преступника. Слушатели внешне никак не реагировали на мои слова. Исключение составлял один человек, возможно несколько.
- И это явное убийство совершено, - продолжал я. - Это неуклюжее убийство Майкла Страйкера было
попыткой свалить вину за преступление, которого Аллен не совершал, на этого юношу. Не думаю, что убийца имел особо враждебные намерения относительно Аллена, просто он хотел отвести от себя подозрения. Полагаю, если бы вы хорошо взвесили обстоятельства, то пришли бы к такому же выводу. При наличии доктора возложить вину на мальчишку никому не удастся. Аллен заявляет, что не помнит ничего. Я целиком ему доверяю. Ему нанесен жестокий удар по затылку, рана до кости. Как ему не проломили череп, как он не получил сильного сотрясения мозга, уму непостижимо. Но он, должно быть, долгое время находился без сознания. Это свидетельствует о том, что нападавший, который, по его мнению, нанес юноше смертельный удар, находился в отличной физической форме. Неужели можно предположить, что Аллен, потеряв сознание, тотчас вскочил на ноги и сразил обидчика? Концы с концами не сходятся. Ответ однозначен: неизвестный подкрался к Аллену сзади и сбил его - нет, не руками, а каким-то тяжелым и твердым предметом, скорее всего камнем, их вокруг сколько угодно валяется. После того как юноша упал, он изранил ему лицо, разодрал куртку и оторвал пару пуговиц, чтобы создать впечатление, будто произошла стычка.
То же самое, но уже с летальным исходом произошло с Майклом Страйкером. Убежден, не случайно Аллена ударили так, что он лишь потерял сознание, а Страйкера убили. Наш приятель, должно быть большой специалист в делах такого рода, знал, какое усилие необходимо в каждом случае. А это не так-то просто, как может показаться. Затем этот упырь имел глупость внушить нам, изувечив лицо Страйкеру, будто тот дрался с Алленом. Представьте себе всю гнусность натуры, способной преднамеренно изуродовать мертвеца... На лицах слушателей было написано не отвращение, а ужас; разум отказывался признать, что такое может произойти. Никто не переглядывался, глаза всех присутствующих были прикованы ко мне.
- У Страйкера рассечена верхняя губа, выбит зуб, на виске большая ссадина, очевидно след от удара, нанесенного еще одним камнем. По-видимому, нападавший постарался, чтобы на руках и костяшках пальцев у него не осталось следов. Если бы рана была получена жертвой во время стычки, возникло бы обильное кровотечение и осталось бы много синяков. Ничего этого мы не наблюдаем, потому что Страйкер был мертв и кровообращение в его организме прекратилось до того, как ему были нанесены эти раны. Для вящего эффекта убийца вложил в руку Страйкера пуговицу, оторванную от куртки Аллена. Кстати, на снегу нет следов, какие остаются при схватке; видны только следы двух человек, ведущие к тому месту, где лежал Страйкер. Затем следы одного из них уходят в сторону. Спокойно, без суеты он сделал свое дело, правда сделал его не очень чисто, и ушел.
Отхлебнув немного виски, которое, судя по превосходному качеству, было из собственных запасов Джеррана, я, чтобы произвести надлежащее впечатление, спросил:
- Вопросы есть?
Как и следовало ожидать, вопросов не было. Все были настолько заняты своими мыслями, что им было не до меня.
- Думаю, вы согласитесь, - продолжал я, - теперь у нас вряд ли есть основания полагать, что четыре человека, погибшие ранее, оказались жертвами роковой случайности. Лишь самые недалекие люди поверят, что между убийствами нет никакой связи и что они не являются делом рук одного и того же лица. Итак, мы имеем дело с убийцей, который работает с размахом. Человек этот или безумец, или маньяк, злобное, жестокое чудовище, убивающее без разбору для достижения каких-то своих гнусных целей. Возможно также, что он и одно, и второе, и третье. Как бы то ни было, преступник находится здесь. Который же из вас?
Впервые слушатели мои отвели глаза, став исподтишка вглядываться друг в друга, словно надеясь, что им удастся разоблачить убийцу. Но никто за ними не наблюдал так внимательно, как я, посматривая поверх стакана. Однако убийца был слишком умен, чтобы попасться в столь нехитрую ловушку. Я терпеливо ждал, когда присутствующие перестанут озираться по сторонам, а затем произнес, чтобы вновь привлечь к себе внимание: - Не знаю, кто из вас убийца, но могу с уверенностью определить, кто им не является. Вместе с отсутствующей мисс Хейнс нас двадцать два человека. Девять из нас свободны от подозрений.
- Боже милостивый! - пробормотал Гуэн. - Боже милостивый! Это чудовищно, доктор Марлоу, уму непостижимо. Один из сидящих здесь, человек, которого мы знаем, убил пятерых? Этого не может быть! - Сами знаете, что может, - возразил я. Гуэн промолчал. - Начнем с того, что я чист. Не потому, что мне это известно - всякий может так сказать о себе, - а потому, что были совершены попытки убить меня, причем последняя едва не завершилась успехом. Кроме того, в момент, когда Страйкер был убит, а Аллен ранен, я был занят тем, что тащил к лагерю мистера Смита. Последнее было правдой, но не всей правдой до конца, и только убийца мог на это указать, но, поскольку теперь он охотился за мной, его мнение меня не интересовало, ведь он не мог его выразить. - Вне подозрений и мистер Смит - не только потому, что в это время он был без сознания, но и потому, что едва не пал жертвой отравителя еще на судне.
- Тогда и я чист, доктор Марлоу! - послышался надтреснутый фальцет Герцога. - Я тоже не мог этим заниматься...
- Согласен, Сесил. Кроме того, что вас тоже пытались отравить, вам, не в обиду будь сказано, не под силу поднять тот камень, которым был убит Страйкер. Мистер Джерран также вне подозрений. Во-первых, он сам стал жертвой покушения, во-вторых, в момент убийства Страйкера он находился в жилом блоке. Разумеется, Аллен не имел никакого
отношения к убийствам, как и мистер Гуэн, хотя тут вы должны поверить мне на слово.
- Что вы хотите этим сказать, доктор Марлоу? - спокойно спросил Гуэн. - Когда вы впервые увидели убитого Страйкера, вы побледнели как полотно. Люди умеют владеть собой, но никто еще не научился краснеть и бледнеть когда ему вздумается. Если бы вы были подготовлены к подобному зрелищу, вы бы не побледнели. А вы изменились в лице, следовательно, для вас это явилось неожиданностью. Обеих Мэри придется исключить из числа подозреваемых, ни у одной из девушек не хватило бы сил бросить такой камень в Страйкера. То же самое касается и мисс Хейнс. Итак, по моим подсчетам, подозреваемых тринадцать. - Оглядев присутствующих, я всех пересчитал. - Совершенно верно. Тринадцать. Будем надеяться, что число это для одного из вас окажется очень несчастливым.
- Доктор Марлоу, - произнес Гуэн, - полагаю, вам следует пересмотреть свое решение оставить службу у нас.
- Считайте, что я его пересмотрел. А то я начал уже ломать голову над тем, как заработать кусок хлеба. - Взглянув на свой пустой стакан, а затем на Отто, я продолжал: - Поскольку я, так сказать, снова в штате, вы мне позволите?..
- Конечно, конечно. - Отто, с виду потрясенный услышанным, опустился на табурет и как-то разом обмяк, словно проколотый футбольный мяч, если такое сравнение применимо к груде сала. - Господи Боже! Один из сидящих здесь - убийца. Один из нас загубил пять жизней! - Он содрогнулся всем телом, хотя в помещении стало значительно теплее. - Пять мертвецов! И негодяй, который отправил их на тот свет, среди нас!
Закурив сигарету, я пригубил виски и стал ждать новых замечаний. Ветер усилился, было слышно, как он стонет и воет, точно оплакивая погубленные жизни. Жутко было слышать этот реквием, но все превратились в слух, цепенея от леденящего ужаса.
Прошла целая минута, но никто не произнес ни слова, и я продолжал: - Выводы напрашиваются сами собой. Во всяком случае, если подумаете хорошенько. Страйкер убит, как и четверо других наших товарищей. Кому нужна была их смерть? Зачем им было умирать? С какой целью их убили? Не маньяк ли их убил? И достиг ли он своей цели? Если нет или если убийца - психопат, то кто из нас на очереди? Кому предстоит умереть сегодня ночью? Можно ли спокойно разойтись по комнатам спать, зная, что в любую минуту к вам может войти убийца? Может, это сосед по комнате, который только и ждет, чтобы ударить ножом или задушить подушкой? Думаю, последнее наиболее вероятно. Кому придет в голову, что преступник может действовать так безрассудно? Разумеется, за исключением маньяка. Итак, нам предстоит бессонная ночь. Возможно, мы сможем организовать бдение в течение одной ночи. Но сумеем ли мы продолжать такое дежурство двадцать две ночи? Может ли кто-либо из нас быть твердо уверен в том, что к возвращению "Морнинг роуз" он останется жив? Судя по выражению лиц и гробовой тишине, такой уверенности не было ни у кого. Задумавшись над вопросом, который сам задал, я понял, что в гораздо большей мере он относится ко мне. Если преступник не маньяк, убивающий без разбору, а хладнокровен, расчетлив и поставил перед собой определенную цель, то следующая его жертва - это я. Не потому, что устранить меня входит в его планы, а потому, что я помеха их выполнению.
- Какова же должна быть наша тактика? - спросил я. - Разделимся на "чистых" и "нечистых" и перестанем общаться друг с другом? Возьмем, к примеру, завтрашнюю съемку. Мистер Джерран и Граф, насколько мне известно, отправляются к скалам - один "чистый", второй потенциально "нечистый". Может быть, мистеру Джеррану следует иметь при себе еще одного "чистого" для страховки? Хейсман на рабочей шлюпке намерен обследовать побережье вдоль бухты и, возможно, чуть южнее. Насколько мне известно, Юнгбек и Хейтер вызвались помочь ему. Невиновность всех троих, как вы заметили, не доказана. Отправится невинная овечка вместе со злым волком или волками, а потом те вернутся и скажут, что бедняжка упала за борт и, несмотря на все их героические усилия, увы, погибла. Что уж говорить о, великолепных ущельях в южной части острова... Точно рассчитанный толчок локтем, умело подставленная подножка, а высота около пятисот метров... Костей не соберешь. Сложная проблема, не так ли, господа?
- Глупости, - громогласно заявил Отто. - Совершенные глупости. - Неужели? - удивился я. - Тогда спросите у Страйкера, каково его мнение на этот счет. Или спросите Антонио, Холлидея, Моксена и Скотта. Когда ваша душа, мистер Джерран, будет созерцать с небес, как вас опускают в яму, вырубленную во льду, это вы тоже назовете глупостью? Сразу сникнув, Отто потянулся к бутылке.
- Что же нам делать, скажите ради Бога?
- Не представляю, - произнес я. - Вы слышали, что я сказал мистеру Гуэну. Я вновь на службе у киностудии. В организацию экспедиции я лично не вложил ни гроша, но, как заявил мистер Гуэн капитану Имри, сами вы вложили в нее все свои средства. Думаю, решение следует принимать на уровне совета директоров - трех его членов, которые все еще в состоянии это сделать. - Не соизволит ли наш служащий объяснить, что он имеет в виду? - попытался улыбнуться Гуэн.
- Намерены вы продолжать съемки или не намерены, решать вам. Если по крайней мере человек шесть будут постоянно дежурить в жилом блоке, внимательно наблюдая и прислушиваясь к происходящему, то, вполне вероятно, мы сохраним свое здоровье в течение всех двадцати двух суток. Но это значит, что вы не сделаете ни одного кадра и понапрасну потратите вложенные средства. Не хотел бы я столкнуться с такой проблемой. У вас превосходное виски, мистер Джерран.
- Вижу, оно пришлось вам по вкусу, - отозвался Отто, попытавшись съязвить, но в голосе его прозвучала тревога.
- Не будьте - скаредным, - ответил я, наполняя стакан. - Настало время испытания душ.
Ответа Отто я не слушал, занятый собственными мыслями. Однажды, когда мы уже вышли из порта отправления, Граф что-то сказал по поводу хрена, и тут, точно фитиль, к которому поднесли спичку, в голове у меня вспыхнула догадка. То же самое произошло и сейчас.
Граф внимательно взглянул на меня.
- Снять с себя ответственность проще всего, но как бы вы сами поступили? - Улыбнувшись, он прибавил: - Считайте, что я снова кооптировал вас в совет директоров.
- Предложил бы самое простое решение, - сказал я. - Я бы застраховал себя от нападения сзади и снимал бы этот окаянный фильм. - Ах так, - кивнул Отто. Граф и Отто переглянулись, явно удовлетворенные предложенным выходом. - Но что бы вы посоветовали в данный момент?
- Когда у нас ужин?
- Ужин? - заморгал глазами Отто. - Около восьми.
- А сейчас пять часов. Соснуть на три часа, вот что бы я предложил. Только не советую никому подходить ко мне ни под каким предлогом - попросить ли аспирина или пырнуть ножом. Нервы у меня на пределе, и я за себя не ручаюсь.
- А если я сейчас попрошу аспирина, вы меня не пришибете? - откашлявшись, спросил Смит. - Или чего-нибудь посильней, чтоб уснуть. А то голова раскалывается.
- Уснете через десять минут. Только имейте в виду, проснувшись, будете чувствовать себя гораздо хуже.
- Хуже быть не может. Ведите меня к себе, давайте свое снотворное. Войдя к себе в комнату, я повернул ручку окна с двойными стеклами и с трудом открыл его.
- А у вас открывается?
- Ты ничего не упускаешь из виду. Незваным гостям трудно будет проникнуть к тебе.
- Как же иначе? Неси сюда раскладушку. Можешь забрать ее из спальни мисс Хейнс.
- Хорошо. Там как раз есть лишняя.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)