Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


5

?Цитадель?

Вчера произошел серьезный инцидент с участием канцлера Германии. Ллеланд попытался свалить все на меня, но я уверен, президент понимает, что я не в состоянии контролировать ионосферу. Все же неприятно.
Из дневника. 17 июля 1990 года

В министерстве обороны - через несколько дней после избрания - нам рассказали о существовании ?Цитадели?. Если честно, я был в ужасе. Сама мысль устроить из исторического помещения, известного всей нации, бомбоубежище поразила меня своим дурновкусием. Военные утверждали, будто это совершенно необходимая мера, но про себя я решил, что это очередная дорогая игрушка, какими забавлял себя президент Рейган.
Причины для устройства ?Цитадели?, как нам сказали, были следующими. Когда Советский Союз создал новое поколение запускаемых с подводных лодок баллистических ракет, время полета которых, по сообщению военных, было сокращено с четырнадцати минут до четырех, пришлось полностью поменять противоракетную защиту Белого дома.
Прежняя система защиты базировалась на принципе эвакуации президента из Белого дома и переправке его на командный пост национальной безопасности в течение двенадцати минут.
Еще одна система защиты предполагала эвакуацию президента при помощи вертолета на одну из семидесяти пяти президентских баз, откуда тот мог напрямую руководить ядерной контратакой. Имелась и другая система защиты, которая предлагала главе правительства перейти в бомбоубежище, построенное еще во времена президента Трумэна под Восточным крылом Белого дома.
Все эти системы уже не работали. Во время учебных тревог президента доставляли на его пост самое меньшее за полчаса. С президентскими базами тоже не все было в порядке. Советы знали их расположение и могли оставить от них мокрое место, пусть даже президент и добрался бы на одну из них вовремя. Бомбоубежище под Восточным крылом могло выдержать двадцать пять пси - в свое время этого было достаточно, но в наше время сравнимо разве что с целлофановой упаковкой.
Президент Рейган одобрил ?Цитадель? как наименее дорогой, весьма надежный и эффективный проект ?выживания?. Как только КПВОСА (командование противовоздушной обороной Северной Америки) убеждалось ?с большой долей вероятности? в запуске ракеты, Национальный военный командный центр в Пентагоне информировал президента. Он, его семья, ?избранный персонал? собирались в Овальном кабинете, который погружался в землю на сорок пять футов.
Система была автоматизирована. При условии, если ракеты оказывались на расстоянии одной минуты полета, ?Цитадель? сама по себе приходила в действие. Уму непостижимо, как такое могло быть, но ведь было, тут все правда. Строительство было окружено наивысшей секретностью: якобы потребовалась реставрация отдельных помещений, пока президент Рейган находился в очередном трехмесячном отпуске. Человек шесть знали о ?Цитадели?. Ее существование тоже являлось государственной тайной. Конечно же, мне было приятно, что я включен в число избранных, однако мысль о том, что бедняжке Джоан и детям придется одним, без меня, погибать, если случится ядерная катастрофа, приводила меня в ужас. Государственная служба слишком многого требует от человека.
В один прекрасный день, посреди совещания, на котором присутствовали Фили, Марвин, Ллеланд и я, президент решил посетить ?Цитадель?. Он открыл ящик стола, снял защитное устройство и нажал на красную кнопку. Что-то стукнуло, щелкнуло, и Овальный кабинет ушел глубоко под землю. Посадка прошла мягко. Потом одна стена открылась, и за ней оказалось просторное помещение с черными мониторами на стенах, большим столом для совещаний посередине и примерно двадцатью кушетками.
- Эй, - не утерпел Фили, - нельзя ли воспользоваться этим на уик-энд? Ко мне должны приехать друзья. - Извини, Фили, - отозвался президент, - ?Цитадель? только для избранных. - Понятно, вам обязательно потребуется пресс-секретарь, чтобы объяснил, почему вы живы, когда крутом одни покойники. Примерно через год после того, как мы обосновались в Белом доме, произошел неприятный инцидент с участием ?Цитадели? и германского канцлера. В Овальном кабинете проходила встреча президента с канцлером Шмеером и несколькими высокопоставленными чиновниками, когда компьютер в Пентагоне интерпретировал некое явление в ионосфере как массированную ракетную атаку со стороны Советов. Автоматически включилась система ?Цитадель?. Без всякого предупреждения Овальный кабинет стал пощелкивать, постукивать и опускаться под землю.
Мы быстро обменялись с президентом испуганными взглядами. Прежде ?Цитадель? ни разу не срабатывала самопроизвольно, и мы решили, что в самом деле началась война. Бедняжка Джоан, подумал я тогда.
Президент подался к столу и схватился за телефон, соединявший его с военным командованием. ?Что там у вас?? - потребовал он объяснений. В это время я молился, в ужасе размышляя о том, какое сообщение он получает от дежурного офицера. У президента прояснилось лицо.
- Ложная тревога? Слава богу.
- Тогда извольте вернуть нас в исходное положение. Президент положил трубку и принялся жать на кнопку ?отмена? в одном из ящиков стола. Напрасно. Мигали лампочки. Наше ?погружение? продолжалось. По какой-то причине, несмотря на происходящее, я не мог отвести взгляд от портрета Вашингтона кисти Чарльза Уилсона Пила над камином. Из-за вибрации он слегка покачивался. Когда же мы наконец остановились, картина, громко стукнувшись о стену, повисла под опасным углом в сорок пять градусов. Символично, подумал я. Президентство Такера тоже оказалось в подвешенном состоянии.
Послышалось электронное жужжание, а потом восточная стена кабинета поднялась, открыв командный пункт и пункт выживания ?Цитадели?. Канцлер Шмеер и министр иностранных дел Германии переглянулись. Президент, сжав зубы, вновь взялся за телефон. - Отлично, - проговорил он резко и положил трубку. После этого едва заметно улыбнулся чиновникам, помахал мне, чтобы я подошел, и, развернув кресло спиной ко всем, прошептал:
- Вытащите нас отсюда. А я попытаюсь их занять.
После этого он опять повернулся к гостям.
- Канцлер, - проговорил он, широко улыбаясь, - приношу мои самые искренние извинения. Он сказал, что организовал небольшую демонстрацию, желая показать, как мы продвинуты в ядерной сфере, однако таймср вышел из строя. Пока президент показывал канцлеру ?Цитадель?, министр иностранных дел Эхт коснулся моей руки и тихо проговорил: - Нам не стоит тут задерживаться.
- Конечно. Ланч через десять минут.
- Дело не в ланче. У канцлера... - он махнул рукой, - у канцлера Platzangst. Мне стало страшно. Немецким языком я никогда не занимался. Переводчик сопровождал президента и канцлера, и звать его было нельзя. - Ему плохо в помещении без окон. А мне разве хорошо без окон? - Лифты, маленькие комнаты, - сказал он и рукой обвел простор Овального кабинета. - А! Клаустрофобия?
- Да, да.
- Понимаю.
И я совсем загрустил.
Министр иностранных дел Германии присоединился к президенту, который объяснял канцлеру функцию консоли со множеством встроенных телевизионных экранов. Любопытно, что он мог сказать по этому поводу? В Белом доме все знали: президент не разбирается в технике, причем не разбирается до такой степени, что связистам приходилось не раз и не два втолковывать ему, как действует, например, переговорное устройство. У канцлера, как я заметил, на лбу выступил пот, хотя в помещении было прохладно. Пришлось срочно звонить полковнику Эду Свайгерту, директору отдела технической поддержки.
- Какого черта у вас там происходит? -злобно прошипел я. - Сэр, мы сами ничего не понимаем. Скорее всего, началось на Унимаке. - На Унимаке?
- Да. Это там, где алеуты. Неприятности на одной из наших линий. Компьютер показал, что на Унимаке... - К черту компьютер! Мне плевать, где и что показал компьютер. Пусть даже в Сиаме. - Это невозможно, сэр. С Сиамом у нас нет...
Я скрипнул зубами.
- В другой раз, Свайгерт, если не возражаете. А сейчас вытащите нас отсюда. - Сэр, мы стараемся.
- Стараетесь! Что значит стараетесь!
- Да, сэр. У нас проблемы с водой.
- Свайгерт, мне кажется, скоро у вас не будет ни одной проблемы. - Не волнуйтесь, сэр. Наши люди уже идут к вам. Подождите еще несколько минут. Вы сможете подняться по туннелю, если это не покажется вам неудобным. - Не покажется неудобным! - возмутился я. - Вы хотите, чтобы я попросил президента Соединенных Штатов Америки и канцлера Западной Германии ползти по туннелю? Приятель, ты там с ума не сошел?
Он вновь повторил, что они делают все возможное.
- Делайте больше.
- Да, сэр.
Я отправился сообщать президенту то, что узнал. Канцлер ослабил узел галстука, но все равно дышал тяжело. Министр иностранных дел ФРГ мрачно взглянул на меня. Тем временем президент рассказывал канцлеру о функциях командного поста в ?Цитадели?. Мой собственный словарный запас в области современного Армагеддона был невелик, но, боюсь, фраза о ?способности поражать тяжелую цель? прозвучала маловразумительно. Впрочем, это не имело значения, поскольку не предполагалось, что президенту придется командовать ракетной атакой, направленной на иноземные цели, где бы они ни были. Мне удалось отвести президента в сторонку, пока Марвин Эдельштейн и государственный секретарь Холт продолжали беседовать с несчастным канцлером. Я доложил президенту о состоянии дел на тот момент.
- Ничего себе, - проговорил он, узнав о туннеле, и посмотрел на дородного канцлера. - Да он еще и не пролезет, не дай бог. Тут я сказал ему о клаустрофобии канцлера.
- Думаете, он нам это припомнит?
Я ответил, что вряд ли, и президент достал портсигар. До этого случая он ни разу не курил прилюдно. - Сэр, - попытался я остановить его, - может быть, не стоит? - Сейчас не время обсуждать это, Вадлоу.
Он щелкнул крышкой портсигара, и этот звук напомнил мне о ноже гильотины, который еще отрубит несколько голов, когда все завершится. Спустя пару минут я опять позвонил Свайгерту. Посреди моей очередной грозной тирады восточная стена Овального кабинета с громким шумом стала закрываться, а в следующую секунду кабинет дернулся и довольно быстро стал подниматься. Хотя я и стоял, опершись обеими руками о президентский письменный стол, но все равно упал на него не удержавшись на ногах. Прямо передо мной панически метался канцлер, пытаясь протиснуться в Овальный кабинет, и только когда пол кабинета достиг потолка бункера, это зрелище сделалось недоступным для моих глаз. До этого все остававшиеся внизу наблюдали за моим подъемом, не скрывая охватившего их ужаса.
Через несколько мгновений опять что-то щелкнуло, и в Овальном кабинете стало тесно из-за заполнивших его агентов службы безопасности и военных. - Где Феникс? Где Феникс?
Все смотрели на меня с осуждением, как будто я съел его. - А как вы думаете, где он? - прошипел я сквозь зубы. - Заживо похоронен. И не один, а с главой нашего важного союзника. Идиоты! Спускайте меня обратно! Кто-то нажал на кнопку, и Овальный кабинет опять опустился на глубину сорока пяти футов. Когда я вернулся в ?Цитадель?, дела там обстояли далеко не лучшим образом. Я обратил внимание на перевернутые стулья и разбитые очки Марвина Эдельштейна. Канцлер был уже не в силах бороться с клаустрофобией. Уставившись в одну точку, он задыхался. Рядом с ним, не переставая что-то тихо говорить, стоял министр иностранных дел.
- Поднимаемся? - спросил президент, едва сдерживая ярость. По пути наверх все стояли, словно в лифте. Майор Арнольд тотчас занялся канцлером, которому довольно быстро помогло легкое успокаивающее средство. Министр иностранных дел не сводил с майора пылающего взгляда, пока тот делал инъекцию. За ланчем кто-то обратил внимание на ?подавленный? вид канцлера. Естественно, служба безопасности приложила особые усилия, чтобы не допустить к нему прессу.
?Цитадель? отключили на другой же день, а Эд Свайгерт отправился в месячную командировку на радарную станцию на острове Унимак с целью ?проверки исправности оборудования?, ставшего причиной инцидента, который мог привести к непредсказуемым последствиям в мировой политике. Вряд ли это можно было вменить мне в вину, но у президента, похоже, этот неприятный эпизод ассоциировался со мной. Несколько дней он не звонил мне.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)