Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Глава 4

Она стояла у туалетного столика, свинчивая пробку с весьма любопытно выглядевшей стеклянной бутыли, а я закрывал за собою дверь, в которую мгновением раньше учтиво постучал и вошел, услыхав: "Открыто?"
- Сэндвич найдете на телевизоре, - сказала девица не оборачиваясь. - Ешьте, не стесняйтесь. Но, увы, ни горчицы, ни кетчупа не принесли.
- Велика беда! Я сейчас быка сожрал бы вместе со
шкурой, рогами и копытами.
Откусив и проглотив пару внушительных кусков, я ощутил прилив бодрости и немного воспрял соображением. Бросил взгляд на маленькую худощавую девушку в противоположном конце комнаты. Обтягивающие черные панталоны до щиколоток. Белая шелковая рубашка с длинными рукавами. Черная распахнутая безрукавка. Как сие сочетание зовется, не представляю, впрочем, отродясь не разбирался в хитростях дамской моды. Я осведомился:
- Прикажете обращаться по имени или вы отзываетесь на любой громкий звук?
Девушка проронила:
- Я отметилась как Элен Хармс. И отзываюсь на это
сочетание звуков, произнесенных с умеренной громкостью. - Отлично.
- Надеюсь, вы любите шотландское виски. Оно столь же $%h%"., сколь и все прочее в этой стране. То есть отнюдь не дешево.
- Помирюсь на шотландском.
Вообще я приверженец бурбона и мартини, однако в три часа ночи, да еще явившись в чужой гостиничный номер, не был намерен затевать сражение, отстаивая незыблемые питейные принципы. Вдобавок, лицо хозяйки, тщательно скрываемое, до сих пор не увиденное, вызывало гораздо больше любопытства, чем содержимое бутылки. Когда Элен решительно и вызывающе повернулась, я уже успел заподозрить истину и умудрился не вздрогнуть. Хозяюшка двинулась навстречу гостю, неся в обеих руках по высокому стакану, сверкая глазами, пристально следя за моим выражением. Ну-ну... Еще зеленым юнцом я нехудо игрывал в покер, умею хранить бесстрастную мину. И на людей - мужчин и женщин - с изуродованными лицами нагляделся. Часа два назад созерцал, например, парня, чью физиономию точно бешеная корова языком слизала...
- Благодарю, мисс Хармс, - улыбнулся я, принимая
стакан. - Вы просто спасительница.
- А сэндвич по душе пришелся, мистер Клевенджер?
- Выше похвал...
Собственно, по части безобразия лицо ее не обнаруживало ничего из ряда вон выходящего. Перехворала в детстве оспой, кожа стала смахивать на поверхность Луны - вот и все. Жаль, разумеется, но было бы хуже, окажись Элен хрупкой, изнеженной особой, для которой жизненно важны и неотъемлемо необходимы персиковые щечки.
А мисс Хармс весьма напоминала уличного мальчишку: эдакий Гаврош - задорный, курносый, большеротый сорвиголова. Если бы не болезнь, Элен выглядела бы привлекательной, а благодаря болезни казалась и привлекательной, и
небезопасной. Оспенные шрамы сделали для девушки примерно то же, что шрамы сабельные - для завзятого рубаки-дуэлянта. Придали вид вызывающий и внушительный. В панталонах, рубахе и безрукавке, напоминавшей средневековый камзол, она заставляла думать о минувшем, о светских щеголях, точно так же помеченных оспой, таскавших на боку рапиру и крушивших чужие черепа, точно глиняные горшки.
- Вы, сдается, мчали, словно бешеный. Даже поесть по дороге не потрудились.
- Нынче... виноват, вчера днем я обретался в Южной
Дакоте.
- А сюда зачем явились?
- Телефонную трубку снял, - ответил я, - и услыхал
печальную повесть об олухе, которому грозила беда... По дороге я успел придумать относительно приемлемую сказку, прибавив немного подлинной правды.
- Следовало утереть бедняге нос и отправить к маме с папой.
- И где же обитают родители? Я покачал головой:
- Чересчур уж вы много требуете за один сэндвич и
стаканчик, мисс Хармс.
Элен упорствовала:
. - Ваши отношения с Майком?
Что именно плел ей Грегори, я не представлял. Пришлось ходить наугад:
- Мы работали вместе.
- Майк уверял, будто служит страховым агентом в Напе, штат Калифорния. А сюда приехал отпуск провести.
- Что ж, у меня завалялась визитная карточка. Она
свидетельствует: я - страховой агент из Тринидада, штат Новая Мексика. Коль скоро поверите карточке, вы гораздо глупее, чем я думаю. Коль скоро поверили Майку - вы еще глупее.
- Тогда кто вы на самом деле? Я отмолчался.
- Так недалеко продвинемся, - улыбнулась Элен.
- Я, к сожалению, продвинулся чересчур далеко на север за чересчур короткое время. Приглашали...
Она изучающе разглядывала меня. Потом с расстановкой спросила:
- Безумное Бостонское чаепитие?
Думаю, вы ни бельмеса не уразумели, но для меня кое-что прояснилось. Элен давала понять, кто она и откуда, предоставляла собеседнику возможность надлежащим образом отозваться - ежели знает верный отзыв. Иногда олимпийцам приходит в мудрые головы дурацкая мысль согласовать потайные действия всех правительственных служб определенного пошиба. Избежать положений, определяемых как "свой своя не познаша". Впрочем, общие пароли почти не помогают работать. По многим причинам. Не последняя из них заключается в том, что закаленный и многоопытный циник вовеки не доверится безответственным остолопам, завербовавшимся в другой отдел, а наипаче - в иное учреждение. Сплошь и рядом даже своим собратьям не доверяешь - нет, изволь с чужаками брататься! Элен определенно принадлежала к чужакам. Иначе Мак заранее сообщил бы, что я не одинок и есть на кого
положиться. Никаких братских поцелуев и предусмотренных отзывов я расточать не собирался. Эксперты, сидящие по вашингтонским уютным кабинетам, наверняка рассчитывали, что в подобных обстоятельствах мы усядемся рядком и потолкуем ладком касательно миссис Дрелль, а после обсудим совместный умопомрачительный план... Пускай сами вверяются первому встречному субъекту, произносящему фразу, которую наверняка успели вызубрить все неприятельские диверсанты и разведчики. Я нахмурился:
- Безумное чаепитие - это из "Алисы в Стране Чудес"... А Бостонское чаепитие - из американской истории. Куколка, либо ты, либо я начинаем пьянеть. А скорее всего - пьянеем оба.
Не скажу, что при иных обстоятельствах не ответил бы по правилам. Начальство рекомендует сотрудничать с родственными службами, но окончательный выбор - отклонить или принять помощь, - оставляется на усмотрение агента. Я же имел определенный и недвусмысленный приказ: помощников не уведомлять, Элен коротко рассмеялась.
- Простите. Я неудачно пошутила. И все-таки: чем вы
занимаетесь? Имеется в виду, здесь?
Я только плечами передернул. Девушка открыла рот, #.b."oal к новой пространной речи, но я поспешил перебить: - Будьте любезны, мисс Хармс, не поминайте всуе
регинскую полицию. Связываться с нею противопоказано и мне, и вам - обоим. Желаете узнать род моих занятий - извольте представиться первой. Покажете, к примеру, маленький золотистый значок - увидите присмиревшего и уступчивого Клевенджера.
Она сощурилась:
- Почему выдумаете, будто... Я перебил опять:
- Умоляю, давайте исходить из предположения, что
умственные наши уровни одинаковы! Эта галиматья насчет чаепитий попросту пароль, верно? А коль скоро вам неймется задать сотню вопросов и получить сотню ответов, поясните: кто вы, с какой стати следили за домиком убитого, повисли на хвосте у посетителя и пристаете к нему с безумными бостонскими фразами?
Элен еле заметно улыбнулась.
- Вы делаетесь весьма решительны, мистер Клевенджер. И весьма внезапно.
Я уставился на нее, и она умолкла. Дожевав сэндвич, я промыл горло остатками шотландского, определил пустой стакан прямо на телевизор. Вынул из бумажника два канадских доллара, приспособил рядышком.
- Прошу. Никто никому ничего не задолжал. Телефон в углу, я сейчас уберусь, а вы можете звонить полицейским. До встречи в тюрьме, голубушка.
- Мистер Клевенджер!
Я задержался у двери, уже поворачивая ручку.
- Если это призыв - остаюсь.
- Я работаю на правительство Соединенных Штатов.
Удовлетворены?
Я неторопливо повернулся. Элен Хармс уже расположилась на большой двуспальной кровати, уселась, подобрав ноги. Покуда я пересекал комнату в обратном направлении, молодая особа тщательно следила, как ведут себя мимические мышцы Давида П. Клевенджера. Мышцы хранили невозмутимое спокойствие. Повторяю: в покер я играл неплохо, а в принадлежности Элен почти удостоверился.
- Возможно, - полюбопытствовал я, - за голыми
утверждениями последует нечто наглядное и убедительное? - Нет, - качнула головой Элен, - Мы не всегда носим
золотистые значки и черные книжки.
- О, сколь таинственно!
Дозволив собеседнице подобраться и подготовиться к новому препирательству, я продолжил:
- Но в этом нет беды. Вы просите поверить на слово, я попрошу поверить на слово. Глядишь - и договоримся. Я работаю в Западной Службе Частного Сыска, тридцать-ноль- один, Паломас-Драйв, Денвер, штат Колорадо.
Элен вскинулась:
- Частный детектив?
- Совершенно верно. Частный детектив, сыщик, филер, легавый... Как еще именуют нас?
- Доказать можете?
- Предъявите доказательства - получите доказательства. А ежели ваше слово - серебро, так мое - золото.
Она расхохоталась:
- Отнюдь не обязательно и непременно!
- Послушайте, коль вы и впрямь девочка из Федерального Бюро, то проверить легче легкого. Снимите трубку, позвоните домой, в Штаты. И, если ваши канцелярские крысы не зря получают жалованье, мое полисе досье продиктуют раньше, чем покончим со вторым стаканом.
К телефону Элен Хармс не пошла, даже не покосилась на аппарат. Она разглядывала меня в упор, а потом осведомилась: - И Майк Грин промышлял частным сыском? Вы сказали, будто работали вместе.
Вопросец мог весьма легко привести меня в западню. Я сделал ставку на то, что Грегори, при всех его недостатках, любителем не был и едва ли сболтнул федеральной девице хоть полсловечка лишних.
- Разумеется. Только не вместе, а совместно. Майк
числился в ином учреждении, прямо на побережье. Мы сплошь и рядом выручали их, они пособляли нам - так и велось. Когда Майк не вышел на связь вовремя, их руководитель попросил нашего помочь, а наш дозвонился до меня, в Блэк-Хиллз. И велел поехать, разузнать... - Я скривился:
- По географии ребятам из Лос-Анджелеса можно смело ставить двойку с минусом. Причем одну на всех. Они убеждены: любой город к востоку от Скалистых Гор соседствует со всяким иным городом к востоку от Скалистых Гор... Это предполагает еще и единицу по логике.
Несколько мгновений Элен безмолвно изучала меня. Потом отвернулась и устроилась поудобней. А я лениво подивился: что за непонятное анатомическое устройство у женщин? Ведь и впрямь находят удобным сидеть на собственных пятках! Взор Элен внезапно взметнулся. Возможно, девушка надеялась поймать собеседника врасплох.
- Майк ни разу даже не намекал на что-либо подобное, - сказала она. Я промолчал. Элен Хармс продолжила:
- Правда, временами поступал необъяснимо. Чем его, кстати, привлекла миссис Дрелль? И чем приманила вас? Я ответил совершенную и чистейшую правду:
- Пока не знаю.
- А, не отрицаете, что следите за Женевьевой Дрелль? И правильно делаете. Я ведь застигла детектива Клевенджера на горячем.
- Разумеется, - ответил я. - Звоню в Денвер, сообщаю об участи Грина. Босс велит: немедля отправляйся в путь, ищи кемпинг, следи за Женевьевой Дрелль и не дозволяй исчезнуть бесследно. Утром я должен получить новые распоряжения. Сощурившись, я сверху вниз посмотрел на Элен:
- Полагаю, вы не дерзнете поведать, каким ветром
занесло сюда сотрудницу федеральной службы? Девушка ответила почти не колеблясь:
- Отчего бы и нет? Вы передадите рассказ руководителю, а заодно посоветуете не впутываться куда не след. Миссис Дрелль похитила некие документы государственной важности. Lуж ее, знаменитый ученый, весьма опрометчиво приносил домой рабочие бумаги. Мы пытаемся вернуть украденное, пока Женевьева не передала папку своему любовнику, человеку, служащему в иностранной разведке. Похоже, они условились встретиться где-то на востоке страны и бежать за океан. Мы также попытаемся схватить упомянутого шпиона - если это не повредит главной цели. Возвращению документов.
- Простите, но смею предположить: миссис Дрелль
временно избавилась от бумаг. Иначе просто следовало бы перетряхнуть машину и трейлер.
- Видите ли, - задумчиво сказала Элен, - и машину, и
трейлер уже обыскали дотошнейшим, незаметным, совершенно противоправным образом. Два дня тому назад. И ничего не обнаружили. Понимаете, ее настигли только через трое суток после отъезда, уже в Британской Колумбии. За семьдесят два часа Женевьева, безусловно, отправила документы почтой, по некоему восточному адресу, а сейчас торопится к побережью: получить бандероль и передать возлюбленному... Вот и приходится бдеть неусыпно, - закончила Элен и грустно усмехнулась.
- Передайте руководителю, - произнесла она, помолчав, - что частное сыскное агентство может нажить серьезнейшие неприятности, вмешавшись в это дело.
Я тяжко вздохнул:
- Голубушка, вы самое разнаигрознейшее существо на памяти моей! Сперва стращали регинской полицией, теперь клянетесь именем Федерального Бюро... Но я исправно доложу обо всем. Руководитель затрепещет, как листок осиновый. Он еще трусливей моего.
Девушка рассмеялась. Причем за все истекшее время она впервые хохотала искренне, от души, со вкусом. Она развеселилась так, что показалась по-настоящему хорошенькой. - Уф! - молвила она под конец. - Извините. Не хотела я стращать, не желала вести напыщенных речей! Но только Майк Грин задал нам уймищу хлопот, ошиваясь возле того же объекта, на тот же манер... Столько сил и времени ухлопали, стараясь определить: а кто же он?
- Ухлопали немало, верю. А кто самого Грина ухлопал, не определили?
Элен заметно порозовела, точно я издевался над ее сыщицкой сноровкой. Так оно, впрочем, и было.
- Нет, - созналась она. - Когда я пришла туда после
полудня, Майк уже лежал мертвым. Но сомневаться не стоит. Единственный логически возможный - возможная - убийца находится неподалеку.
- Не знаю, не знаю... Мои сведения весьма ограниченны. А боссу передам ваши пожелания в исправности, нынешним же утром. Теперь, с дозволения дамы покину гостеприимную комнату и отправлюсь в кемпинг. Надо же хоть часок поспать! О, Господи, льет, как из ведра... Хоть бы постель не
промокла. Палатка вовсе не водонепроницаема. - Я взглянул на часы. - Утро не за горами. Но, даст Бог, успею резиновый матрац воздухом накачать.
- У вас еще несколько часов. Госпожа Сверлилъщица
- "`o$ ли решится завертеть колесами раньше девяти. - Элен поколебалась. Потом похлопала рукой по шерстяному покрывалу: - Кровать весьма просторна.
Наступали забавные минуты. Воздух в комнате внезапно потеплел. Мисс Хармс ответила на мой пристальный взгляд вызывающим, кокетливым взмахом ресниц.
- Наши занятия предполагают чертовское одиночество, - сказала она. Я отмолчался. Парадом начинала командовать Элен. - Конечно, если не желаете - ваше дело. То есть ежели блюдете верность жене или подружке, да не увлеку вас на стезю порочную! А коль скоро предпочитаете розовощеких юных особ...
Она умолкла и принялась изучать меня с удвоенным
вниманием.
Я сказал:
- А не приходит в хорошенькую головку, что человек попросту с ног валится, отмахав пять сотен миль за восемь часов? Между прочим, фольксвагены отнюдь не предназначены для автомобильных гонок.
Нечто в глазах Элен погасло, померкло, поблекло.
- Что ж, - изрекла она с полной невозмутимостью, - вы, по крайней мере, вежливы. Извините за дерзость. И давайте встретимся вечером в Брэндоне. Забудете название - спросите: где поблизости маленький город с огромной тюрьмой? Госпожа Бурав отправляется на восток, вы последуете за нею и к вечеру очутитесь на месте. Мисс Элен Хармс. Гостиница "Лосиная Голова". Домик четырнадцатый. Жду. И, пожалуйста, сообщите мне вечером, как зовут вашего несравненного начальника. Также убедительно поясните, за каким лешим суете носы не в свое дело. Мой собственный начальник этого не жалует.
- Угрозы! Опять и снова, и вдругорядь сыплют угрозами! - вздохнул я. И невинно полюбопытствовал:
- А покойный мистер Грин получал постельные
приглашения? И как отвечал?
Элен выпрямилась и напряглась. Помолчала, потом
выдавила:
- Мистеру Грину по душе лишь безукоризненные красавицы. А с мартышками, с макаками вроде меня он избегал
совокупляться. Особенно, когда рядом шныряли женщины гладкие да сладкие... По крайней мере, честно признался в этом. Не оправдывался усталостью.
Она скорчила гримасу:
- До свидания, мистер Клевенджер. Отдыхайте в палатке, и приятных сновидений. Дожидаюсь в Брэндоне - вас и вашу интереснейшую повесть о частном сыске.
Я сказал:
- Сердитая - вы просто привлекательны, а веселая -
просто неотразимы. Примите к сведению.
Элен Хармс подняла взор. После долгого безмолвия
произнесла:
- Опустим романтические уловки. Не надобно делать маленьким девочкам больших одолжений.
- Человек на все готов, - сокрушенно признался я, -
gb.!k избежать ночевки на холодной постели в мокром шалаше. Там вовсе не рай.
Элен буквально просияла. Улыбка была не хуже смеха: задорная, молодая, очаровательно бесстыжая:
- А на что не решится женщина, дабы избежать ночевки в одиночестве!

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)