Скачать и читать бесплатно Джей Брэндон-Волк среди овец
Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Глава 4

Сообщение о сорвавшемся судебном заседании было передано в вечерних новостях. Диктор напомнил зрителям о панике, предшествовавшей аресту обвиняемого, и подчеркнул, что история еще не закончилась. Они также повторили запись ареста Криса Девиса в коридоре Дворца правосудия. Всех нас показали в толпе: Остин, пожимающий мне руку, его подзащитный, виновато стоящий рядом с ним, я, неумолимый страж закона.
Я тогда еще не знал, что десятилетний мальчик, которого я до этого не видел, был в своей комнате, когда запись передавали в пятичасовых новостях. Мальчик бросил свое занятие и уставился в телевизор, затем просмотрел запись в шесть часов. На этот раз его родители тоже были в комнате, но не заметили, что новости привлекли его внимание. Они не имели об этом понятия, пока сын не вылез из кровати ночью, незаметно прошел через комнату во время десятичасовых новостей и тихо сказал: "Он меня тоже изнасиловал".
Родители ему не поверили. Они обвиняли друг друга, что слишком много позволяют сыну смотреть ужасы по телевизору. Но на следующий день мальчик рассказал об этом учителю. Тот, взволнованный известием, но поверив ребенку, отвел его к школьной медсестре. После раздумий, стоит ли дать ему аспирин и отослать домой, как это обычно делалось, женщина позвонила знакомому врачу. Тот назначил мальчику прием и связался с его родителями.
Заявление, которое сделал Томми, начало свой путь ко мне. Тем временем, однако, факты против Криса Девиса стали вызывать у меня сомнение. Эта история, похоже, не подходила для обвинения, которое помогло бы мне выиграть выборы. Мы с Бекки начали готовить дело к суду, что требовало более глубокой проработки, не просто беседы с родителями потерпевших. Так как обвиняемый больше не желал добровольно признать себя виновным, нам надо было собрать улики, которые мы могли ему предъявить, и обвинение начало распадаться на глазах. Луиза, четырехлетняя девочка, как и предупреждала меня Кэрен, не могла нам помочь. Она сначала указала на Криса Девиса, выбрав его фотографию из шести похожих. Но в следующий раз она ткнула пальчиком в другого мужчину. Когда мы изменили тактику и положили перед ней только разные фотографии Девиса, она не смогла ничего точно сказать.
- Для нее все взрослые на одно лицо, - сказала Кэрен. - Она даже не смотрит на нас. Положи перед ней свою фотографию и посмотри, что будет. Теперь твое лицо покажется ей знакомым.
Я отказался от этого эксперимента.
Третий мальчик опознал Криса Девиса по фотографии, но его рассказ подтверждал, что действия обвиняемого подпадали под статью о непристойном поведении. - Он успешно забывает о случившемся, - сказала на это Кэрен. - Возможно, для него это даже лучше. - Но не для меня, - проворчал я.
Я знал, что смогу положиться на Кевина Полларда. Я слышал, как он согласился опознать Девиса в суде. Но меня беспокоило, что он будет слишком напуган, чтобы давать показания. Мы с Бекки поехали к нему домой, надеясь, что там ему будет удобнее беседовать с нами. Было семь часов вечера, но его отца дома не было, он уже не притворялся. Я был рад, что не встретил его.
Я показал мальчику небольшую стопку из шести фотографий, чтобы облегчить опознание в суде. - В суде, - сказал я ему, - ты скажешь, что я показывал тебе эти фотографии, а я спрошу, указал ли ты на одну из них. А теперь не торопись, Кевин. Покажи мне мужчину, который посадил тебя в машину, и отвез к себе домой, и трогал тебя так, что тебе было неприятно.
Фотографии были похожи, разные молодые мужчины со светлыми волосами. Я ожидал, что преступник бросится в глаза мальчику. Но он медленно просмотрел их, отодвигая пальцем. Его мать заглядывала через плечо. Каким-то образом фотографии делали для нее пережитое сыном более реальным. Кевин помедлил, когда дошел до снимка Девиса, но затем продолжил рассматривать другие фотографии. Бекки и я переглянулись.
- Его здесь нет, - наконец сказал Кевин.
- Ты не мог бы еще раз посмотреть? - попросил я, стараясь не выказать нетерпения. Малыш согласился. Я наблюдал за ним. Он больше не выглядел испуганным. Он что, тоже успешно справлялся с пережитым? Казалось, все жертвы преступления намеревались оставить меня без помощи, прежде чем я мог провести в суде обвинение.
- Его здесь нет, - наконец сказал Кевин тоненьким голоском. - Я могу идти играть? - спросил он у матери. - Но ты говорил мне... - начал было я, стараясь казаться спокойным. - Помнишь, в суде ты сказал мне, что тот человек трогал тебя? - Это был не он, - повторил Кевин. Его мать посмотрела на меня так же невинно, как и ее шестилетний сын. Уже на улице, направляясь к машине, я сказал своей помощнице: - Теперь придется переложить это дело на твои плечи, Бекки. - О, спасибо.
- Ты знаешь порядок. Если факты складываются удачно, главный прокурор проводит обвинение сам. Если неожиданно возникают трудности, дело больше его не занимает, а переходит ко второму обвинителю. Если будет совсем плохо, можно передать третьему. И это уже шаг к закрытию дела за недостатком улик.
- Ну, - сказала она, когда мы сели в машину и я слишком быстро тронулся с места, стремясь побыстрее уехать. - Я и не подозревала, что удостоюсь принять дело из рук окружного прокурора. - Выпад в мой адрес. - Но я ждала этого момента.
- Я рад, что работаю с тобой, Бекки. Знаешь, я бы не всякому доверил представлять обвинение в деле Майка Стеннета. Это был полицейский, которого обвиняли в убийстве. Бекки вела это дело с начальником специального отдела криминалистики. - Тайлер думает, что это он отобрал тебя для ведения дела, но я бы не одобрил иного выбора. Я очень внимательно следил за твоей работой в суде. - Правда? Я ни разу тебя не видела.
Бекки все еще смотрела прямо, но теперь она, казалось, нарочно удерживалась от того, чтобы взглянуть на меня. Едва уловимое напряжение угадывалось в повороте головы.
- Ты с головой ушла в дело, - ответил я. Время от времени я заходил в зал заседаний. И конечно, получал ежедневные отчеты от Тайлера. - Вот как?
Мы некоторое время ехали молча. Напряжение спало. Я не строил из себя большого начальника и держался с людьми накоротке, но с Бекки так не получалось. Я заметил, что она наблюдает за мной, ожидая продолжения разговора.
Мои мысли вернулись к делу. Я не мог понять Кевина. Он ведь указал в суде на Девиса. Своей реакцией он выдал себя с головой. Почему он теперь все отрицает? Бекки также думала о мальчике. Когда впереди замаячил Дворец правосудия и стоянка, где мы парковали машины, она кашлянула и сказала: - Ты правда передаешь дело мне? Неужели все так безнадежно? - В настоящий момент - да. Ты знаешь, как спасти обвинение? Она повернулась, чтобы хорошо меня видеть.
- Нет, возможно, это глупая идея. Но раз уж мы все равно проиграем дело, то разреши мне попробовать что-нибудь неординарное? - Посмотрим, - ответил я.
Если случались перерывы между работой и подготовкой к избирательной кампании, я старался не забывать о личной жизни. К счастью, ее у меня было не так много, и времени хватало.
Когда я пришел навестить Дину в пятницу днем, Луиза встретила меня и пригласила войти. Я прошел в столовую. - Здравствуй, сокровище, - сказал я, обнимая дочь. Луиза улыбнулась мне. - Как прошла неделя? - спросил я Луизу.
Вопрос получился формальным. Зазвонил телефон, Дина крикнула: "Я возьму трубку" - и выбежала из комнаты. - Неплохо, - ответила Луиза. - А у тебя?
Я рассмеялся.
- Трудно сказать.
Она кивнула, как будто следила за моей карьерой.
- У вас все нормально? - спросил я. - Дом, похоже, в порядке. Ты прекрасно выглядишь. - Она вскинула брови. - Я не хотел, чтобы ты посчитала себя частью дома. Она снова засмеялась.
- У меня теперь больше времени, Марк. Дина мне помогает. Я даже могу отлучиться на пару часов. Иногда удается подработать. Все прекрасно. Наш разговор затянулся, так как Дина разговаривала по телефону. - Иногда приходит Дэвид, чтобы посидеть с Диной или отвести ее куда-нибудь, пока я занята, - сказала она. - Ты давно разговаривал с Дэвидом? - Недавно.
Она посмотрела на меня так, будто знала, что я лгу. Я почти две недели не общался с сыном и вдвое дольше не виделся с ним. - Он, похоже, чем-то угнетен, - сказал Луиза.
- Боюсь, что так. Не понимаю, почему он еще не развелся. Женитьба Дэвида всегда была для меня загадкой, и за последние три года это недоумение только возросло. - Ну, понимаешь, - Луиза не хотела критиковать сына, - тебе бы стоило поговорить с ним, - продолжила она. - Я теряюсь в догадках. Может, он доверится тебе. Я взглянул на нее. Она в ответ пожала плечами.
- Матери не обо всем расскажешь.
- Господи, Луиза, мы с ним давно не обсуждаем его сексуальные проблемы. Она даже не улыбнулась.
- Ну, если будет возможность, я просто подумала...
- Конечно. Я постараюсь, не беспокойся.
Разговор о Дэвиде заставил нас с Луизой вспомнить нашу семейную жизнь и ее крах. Мы помолчали, а потом заговорили о пустяках, и тут вернулась Дина. - Пошли! - энергично сказал я.
- Не забудь, - тихо произнесла Луиза, когда я стоял в дверях.
***

Дело Криса Девиса осложнялось двумя обстоятельствами. Это считалось техническими трудностями: он не признавал себя виновным, а я не мог доказать его вину. Вдруг меня осенило. Девис утверждал, что не делал этого. То же самое твердили жертвы. А если?.. Я надеялся, что разговор с обвиняемым рассеет наши сомнения.
Остин Пейли обещал подойти. Я не смел разговаривать с обвиняемым наедине. Мы с Остином встретились у тюрьмы на следующее утро. Шериф Маррс был настолько любезен, что разрешил нам воспользоваться его кабинетом вместо камеры для подобных встреч. В ожидании Девиса мы с Остином чувствовали себя не слишком уютно в обществе друг друга.
- Какая неприятность, - сказал Остин, качая головой. - Прости, Марк. Что нам остается предпринять? Я поморщился от притворства Остина, будто мы собирались вместе решать эту проблему, в одной команде, но все-таки ответил: - Возможно, твой клиент одумается?
- Тебе бы стоило подумать о смягчении приговора, - сочувственно предложил Остин. - Разве это поможет?
Остин пожал плечами. Коротконогий юркий охранник ввел Девиса в комнату. В данном случае наручники были излишни, но некоторые тюремщики не могут без них. - Я буду за дверью, - бросил служитель.
Девис сел, сложив руки на коленях. Мы с Остином остались стоять, как будто оба были следователями. - Я хочу задать вам несколько вопросов, - сказал я. - Вы вправе не отвечать, но возможно, ваши ответы пойдут вам на пользу. Девис посмотрел на Остина, который небрежно вставил: - Уверен, Крису не нужно напоминать, что он не обязан что-либо говорить. Но если он считает нужным... Остин указал жестом, что предоставляет своего клиента мне, и я сел перед обвиняемым. Он поднял глаза, но тут же опустил. - У меня только один вопрос, - сказал я. - Почему вы передумали добровольно признать себя виновным? Девис не смотрел на меня.
- Потому что я этого не делал, - прошептал он.
- Но вы сами сдались, Крис.
Он смотрел куда-то совсем в сторону. После недолгого молчания я произнес: - У меня есть основания думать, что вы действительно это сделали. Он испуганно вскинул глаза. В них стояли слезы. Он боялся, но чего-то недоставало, чтобы заговорить. - И вы знали детали, - продолжал я, - факты, о которых не упоминали газеты. Лишь преступник мог знать обо всех обстоятельствах. - Нет, но я... - начал он говорить, но запнулся.
Я видел, что он колеблется. У меня зародилось подозрение, что Девис не был виновен, как утверждал Элиот Куинн. Мне показалось, что он готов открыться мне. Я подался вперед и заговорил доверительно.
- Ты оказался в заключении, Крис, потому что сдался сам и признался в преступлении. - Я чувствовал себя виновным, - пробормотал он.
- Но ты не делал этого, не так ли?
Он смотрел мимо меня, на адвоката. Я не видел Остина. Мое внимание было приковано к Крису Девису. - Нет, - ответил он.
Я отклонился. Теперь возникла новая проблема: я верил ему. - Тогда зачем, черт побери, ты признался?
Я подумал, что, будь мы наедине, он сказал бы. Но в присутствии Остина он не мог и рта открыть. Я поставил вопрос по-другому. - Чем тебя запугали, что это оказалось страшнее, чем тюрьма? Я говорил не о полицейских, которые записывали его показания, и он понял это. Я имел в виду того, кто приготовил ему публичное осуждение, заставил выдержать отвращение и ужас.
- Кто толкнул тебя на это? - спросил я. Что бы его ни сдерживало, хватка была крепкой. Девис сжал губы и покачал головой. За моей спиной в разговор вступил Остин, как будто мы работали в паре. - Можешь сказать ему, Крис. Кто послал тебя ко мне?
Обвиняемый снова замотал головой. Он очень сдал с нашей последней встречи. Его белая тюремная роба, казалось, впитывала в себя все его жизненные соки. Он был так бледен, что проступали сосуды. Единственными темными пятнами были круги вокруг испуганных глаз.
Мы тужились двадцать или тридцать минут. Я даже воздел руки и произнес нечто вроде: "Ладно, я не стану искать другого подозреваемого, раз у меня есть он. Я проведу обвинение с помощью свидетелей и его признания". А Остин добавил, искренне пытаясь помочь своему клиенту: "Ты слышал это, Крис? Только ты можешь спасти себя". Но мы тратили попусту свой актерский талант. Сначала Крис Девис не переставая мотал головой, даже несколько раз пытался говорить, но вскоре снова уходил в себя. Его худые руки, лежавшие безвольно на коленях, теперь скрестились на груди. Голова совсем склонилась. Под конец допроса он выглядел умственно отсталым, его реакция на внешний мир свелась к подергиванию ногой.
Я взглянул на Остина, который дал понять, что согласен следовать любому моему решению. Но я устал. Не понижая голоса, я обратился к Остину: - Я собираюсь исключить одно из дел, где ребенок утверждает, что Девис не был тем мужчиной. Остин кивнул.
- Очень мило с его стороны.
- Но я буду работать над двумя оставшимися. Стоит твоему клиенту назвать имя, как никто его не станет держать под стражей. Я полагаю, он это понимает. - Позволь, я переговорю с ним.
Я вышел в коридор. Охранник, обещавший стоять у дверей, покинул свой пост. Я оглянулся и увидел, как Остин склонился к своему клиенту, положив руку ему на плечо. Ему удалось оживить его настолько, что он снова закивал головой. Через минуту Остин выпрямился и направился ко мне.
- Пойдем, Марк. Э... - Он заметил, что нет охранника. - Пойду позову его. Он зашагал по коридору. Я вернулся к двери офиса, чтобы видеть заключенного. Но он выглядел таким подавленным, что не требовалось его охранять. Он поднял голову на звук моих шагов, должно быть ожидая возвращения Остина. Я предпринял новую попытку.
- Кто заставил тебя сделать это? - спросил я. Это был риторический вопрос. Девис сглотнул и, глядя мимо меня, ответил:
- Спросите его. Спросите моего адвоката.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)