Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


ГЛАВА 3

Примерно в час ночи я пробрался на лестницу, прошмыгнул через пустынную кухню и черным ходом выбрался из дома. Дежуривший полицейский сидел в плетеном кресле на углу дома и меня не заметил, поскольку смотрел совсем в другую сторону.
Пригибаясь, я побежал между дюнами, в душе кляня безоблачное небо и яркую луну, которая отбрасывала глубокие тени между дюнами и серебрила холодное море. Я двинулся в сторону шоссе. Похоже, меня никто не заметил. Гривз Приказал всем не выходить из дома до дальнейших распоряжений. Я был в гостиной недолго. Извинившись перед остальными гостями, я поднялся к себе в комнату и приготовился, к побегу, надеясь, что танцы в яхт-клубе еще не закончились.
К счастью, они еще продолжались.
Истхэмптон - странный городишко. В нем немало различных групп людей, взаимно исключающих друг друга. Летом центром местной жизни является группа старожилов, членов яхт-клуба ?Лей-дирок?, занимающего странное по архитектуре здание, к которому примыкает длинный пирс. Располагается клуб примерно в миле от дома миссис Вииринг, по дороге к Аммангансетту.
Членами клуба были хорошо обеспеченные (но не богатые), с положением в обществе (но не ?известные?) представители американского среднего класса, гордившиеся древностью своих родов, восходивших, как правило, к фермерам восемнадцатого века. Имена их никому ни о чем не говорили, но сами они считали себя основой американской пирамиды. Это убеждение зиждилось на том, что их не принимали в обществе богатых и великих мира сего, а сами они не желали признать никого, ниже по положению, и беднее себя. Величайшая степень одобрения оценивалась ими словом ?милый?. В их обществе это слово звучало чуть ли не на каждом шагу. Боже мой, говорили они, какой это ?милый? человек, чего не скажешь о других. Мир у них, естественно, делился на две половины - приятных и неприятных людей. Они были просто счастливы в своем кругу и никогда не переходили его границ.
Принадлежность к их кругу давала возможность стать членом клуба и порицать мир за присутствие в нем таких отвратных элементов, как евреи, художники, красотки и различные знаменитости. Если какой-нибудь из этих четырех групп дать хотя бы полшанса, считали они, то она уничтожит всю красоту и прелесть этого мира. К счастью, другие не замечают их присутствия, в противном случае в этом разделенном мире всегда бы царила беда.
Вот почему художники и подобные им проживали в южной части городка, в то время как их ?милые? соседи самодовольно укрепились в огромных домах и небольших коттеджах вокруг ?Лейдирока?. Они посещали театр Джона Дроу; давали друг другу приемы, на которых половина гостей, по крайней мере, упивалась в доску, а вторая половина обижалась насмерть; они обменивались между собою мужьями и женами, а дети их в новеньких автомобилях носились по всему побережью - от Хэмптона до Хэмптона , обнимаясь друг с другом и временами делая остановки у телефонных будок. Типичное курортное общество, причем довольно приятное. Здание клуба было освещено японскими фонариками. Играл хороший ансамбль. Университетские парочки толпились у перил неосвещенного пирса, уходившего далеко в море. После небольшой заминки у входа, вызванной поиском моего приглашения, меня допустили до общества ?милых? людей, которые делились на хорошо одетых, откормленных стариков, и золотую молодежь, прибывшую на летние каникулы.
Людям среднего возраста, таким, как я, приходилось немало работать, чтобы накопить денег для покупки здесь летнего домика и для вступления, как правило, в возрасте, близком к сорока, в яхт-клуб ?Лейдирок?.
Я направился в бар и заказал ?Манхэттан?. Там меня и высмотрела Лиз. Она была просто великолепна - в черно-белом платье, с ярким украшением в волосах. По блеску ее глаз я понял, что она уже чуть-чуть поднабралась. - Прекрасно! Тебе удалось сбежать. А я опасалась, что ты там так и застрянешь! - Она со вздохом посмотрела на мой бокал.- Пошли потанцуем. - Чуть позже, когда я допью.
- Ну, хорошо, тогда пошли на пирс. Я очень хочу с тобой поговорить. Мы медленно двинулись к выходу из зала, пробиваясь сквозь танцующие пары. Молодые и старые козлы старались как бы нечаянно прикоснуться к Лиз, явно бывшей царицей бала. По пути мне встретилось несколько старых школьных друзей, лысых и полных, не членов клуба, а таких же гостей, как и я, и с полдюжины знакомых женщин, которые явно не понравились Лиз.
- А ты - ловелас,- произнесла она, как только мы оказались на пирсе. Луна стояла прямо над нами. Дальше по пирсу располагались влюбленные парочки. Какие-то пьяные весело шатались по дощатому настилу, отделявшему пирс от клуба. - Я уже давно тебя жду.
Лиз не скрывала своей заинтересованности в том, что произошло в ?Северных Дюнах?. Она, считала, что это убийство. - Об этом говорит весь город! - в восхищении воскликнула она.- Все уверены, что ее утопил Брекстон. - Интересно, кто распустил эти слухи?- уклончиво заметил я. - О, ты же все знаешь и только делаешь вид.- Она посмотрела на меня укоряющим взглядом.- Я обещаю, что никому не скажу ни слова. - Даешь слово, как юный гайд? .
- Да, скоро, в пятницу. Надеюсь, к этому времени мы будем готовы... Между прочим, Большое жюри мы называем Специальным судом. - Вы уже написали обвинительное заключение?
- Мог бы. Кстати, скажите мне, мистер Сарджент, вы не играете в бумажные куклы, а? Такой выпад вернул меня на место.
- Куклы?- переспросил я, глядя на него в полном недоумении. - Или, может быть, собираете газетные вырезки?
- Это делает моя секретарша. Обычная профессиональная подборка. Впрочем, о чем мы говорим? - Тогда в свете предшествующих наших бесед это развлечет вас.- И он пододвинул ко мне лист бумаги. Это был обычный лист бумаги для машинки, на котором были приклеены разной величины буквы, взятые из газетных заголовков. Текст гласил: ?БрекСтоН - УбиВеЦ?.
- Когда это вы получили?
- Я нашел это здесь, сегодня утром.- И Гривз показал на телефонный столик.- Этот лист перевернутым лежал под книгой. - Не знаю, что заставило меня обратить внимание на него,- продолжал инспектор.- Возможно, следы клея. - Значит, это пришло не по почте?
- Нет. Просто положили на стол. Любой мог наткнуться. Очень странно. - Есть какие-нибудь отпечатки пальцев? Инспектор жалостливо посмотрел на меня. - Со времен Диллинджера никто не оставляет отпечатков. Насмотрелись в кино. Теперь все совершается в перчатках. - Интересно, почему в словах ошибки?
- Видимо, соответствующих букв не оказалось в заголовках статей. Мы еще не выяснили, из какой газеты это вырезано. - И кто оставил это послание здесь, как вы считаете? - Вы.
Инспектор спокойно посмотрел на меня. Я невольно рассмеялся. - Если бы я думал, что Брекстон - убийца, я бы сказал вам об этом. Гривз пожал плечами.
- Не рассказывайте мне сказки. Это ваших рук дело, мистер Сарджент. - Тогда объясните, зачем мне нужно держать в тайне это? - Я не знаю. Пока еще... Я был раздражен.
- Я не знаю ничего, что вам неизвестно.
- Возможно, но я убежден, убийца полагает, что вам что-то известно. Вот почему он пытается убрать вас с дороги. Поэтому, пока еще не слишком поздно, расскажите мне все, что вы видели, когда тонула Милдред Брекстон.
- Как же вы упрямы,- со вздохом произнес я.- Снова повторяю вам - я ничего не видел. Более того, могу сказать, что поскольку не я автор этой записки, значит, кто-то знает, что произошло или по каким-то своим соображениям пытается как-то бросить тень на Брекстона. Будь я на вашем месте, я бы последовал по пятам автора этой писульки.
А этот след, я был абсолютно уверен, рано или поздно приведет к мстительному Клейпулу. Гривз же полностью был в плену своей собственной версии. Какой - мне не было известно, но он явно беспокоился за мою безопасность, и я ему был благодарен. - Должен предупредить вас, мистер Сарджент, если вы не расскажете мне всю правду, все, что вам известно, я слагаю с себя ответственность за все, что может произойти. - В случае моей смерти?
- Вот именно.
У меня было такое ощущение, что мне подписали приговор, притом окончательный.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)