Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



Глава 11

Только я решил попросить Ронду позвонить в полицию и узнать, не ушли ли ее родители, как входная дверь распахнулась и все трое вошли в дом. - Мама! - воскликнула Ронда. Она бросилась к матери через всю комнату и, замерев в ее объятиях, разрыдалась, давая выход сдерживаемым до сих пор эмоциям.
В комнату следом вошли Сесил Холлоуэй и его младший сын, Ричард. - Что вам тут нужно, Роберте? - рявкнул Холлоуэй. - Вас никто не звал. Насколько я понимаю, вы успели изложить Ронде свою версию смерти Чарльза. А поскольку свое черное дело вы уже сделали, то убирайтесь из моего дома и дайте нам самим во всем разобраться.
Я уже собрался возразить ему, когда вмешательство Ричарда избавило меня от этой необходимости.
- Почему бы нам не выслушать мистера Робертса, папа? - спокойно спросил он. Теперь в нем не чувствовалось и тени той нервозности, которая ощущалась при нашей первой встрече, и он даже не счел нужным смотреть на отца. Нахмурившись, Холлоуэй взглянул на сына, потом на меня. - Ну хорошо, Роберте, давайте послушаем, что там у вас на уме. И если это снова окажется такой же гадостью, как в прошлый раз, то, клянусь, мы с Ричардом заставим вас дорого заплатить за ваши слова. - Двое на одного? Хотя, насколько мне известно, именно этот прием и предпочитают теневые бизнесмены вроде вас. Никакого риска и отличная прибыль.
- Я не намерен выслушивать ваши оскорбления. Если у вас есть что сказать, то говорите скорее и убирайтесь.
- Вообще-то я надеялся, что Карлотти, ныне величающий себя Мэттьюсом, все еще где-то здесь, - сказал я. - Но, по-моему, он решил, что самое время убраться восвояси; теперь он наверняка предпринимает все необходимые меры. - О чем ты говоришь, Рэнди? Какие меры предпринимает мистер Мэттьюс? - Ронда, бледная как мел, смотрела на меня. Потом она перевела взгляд на мать, но та с отсутствующим видом уставилась куда-то в пространство между мной и Ричардом, словно и не слышала, о чем идет речь.
- Меры по приостановке операции, - ответил я. - Этим самым он занимался и здесь - обрывал все нити, ведущие к нему, как к поставщику наркотиков. Он уже знал, что федеральные агенты собирают против него улики. Карлотти решил, что пришло время пожить на доходы от борделей и на какое-то время оставить наркобизнес. При этом он ничуть не обеднеет - даже если учесть то обстоятельство, что ему придется исправно отстегивать проценты от прибыли твоему отцу.
- Ну все, Роберте, достаточно! - заорал Холлоуэй. Его мясистое лицо потемнело от гнева. - Я сам вышвырну вас из этого дома! - Он стоял между мною и дверью и теперь двинулся ко мне.
Ричард находился справа от отца, но даже не сделал попытки шевельнуться. Его стройная фигура, в строгом темно-синем костюме и начищенных до блеска ботинках, олицетворяла абсолютное спокойствие и безмятежность. Он стоял и смотрел, как тот надвигается на меня.
- Ты не хочешь выслушать мистера Робертса до конца, папа? - спросил Ричард. - Какой смысл вышвыривать его отсюда, если он тут же пойдет в полицию с этими бреднями.
С трудом совладав с собой, Холлоуэй остановился.
- Ладно, Роберте, - процедил он сквозь зубы. - Вы уже обвинили меня в содержании борделя. Какой еще поклеп вы собираетесь возвести на меня? - Если быть точным, то вы не содержите бордель, - сказал я. - Вы всего лишь инвестируете сеть публичных домов Карлотти в Сан-Франциско. Не знаю, каким образом вы оказались замешаны в это дело, но не сомневаюсь, что полиция все выяснит.
- Не слишком ли вы наивны, ожидая, что полиция начнет расследование? - приподняв брови, спросил Ричард. И только тут я заметил, что за те несколько секунд, что я отвлекся на его отца, он вытащил пистолет, который нацелил мне прямо в живот.
- В чем дело, Ричард? - бодро спросил я. - Закончились шприцы? Не успел он ответить, как зазвонил телефон. Я посмотрел на часы. Десять минут десятого.
Холлоуэй бросил взгляд на сына, потом подошел к стеклянному столику, стоявшему возле дверей холла, и снял трубку.
Взглянув на Ронду, я увидел, что она в полном оцепенении наблюдает за отцом. Было заметно, как она, по-прежнему прижимаясь к матери, дрожала. Миссис Холлоуэй слегка повернула ко мне голову, и мы обменялись взглядами. В ее темных печальных глазах читалась такая безысходность, что я буквально физически ощутил в них мольбу спасти ее дочь. Но вряд ли я был на что-то способен, когда в мой живот целились из пистолета. - Алло! - буркнул в трубку Холлоуэй. - Да, это я. - Несколько секунд он слушал, при этом его лицо все сильней наливалось кровью. - Послушай, ублюдок! - рявкнул он наконец. - Не знаю, кто ты и зачем звонишь сюда, но если тебе известно, кто убил моего сына, сообщи об этом в полицию, а не мне! Холлоуэй так шмякнул трубкой по телефону, что я испугался, заработает ли он после этого, а ведь мне понадобится вызвать полицию. Все-таки какой же я иногда неисправимый оптимист - особенно если учесть, что я могу вообще никому и никогда не позвонить.
Холлоуэй снова повернулся ко мне лицом и прошел в глубь комнаты. Глядя на выражение его физиономии, я подумал, не собирается ли он случайно придушить меня, но Сесил даже не смотрел в мою сторону.
- Вы не знаете, кто убил вашего сына? - полюбопытствовал я. Холлоуэй перевел взгляд с Ричарда на меня. - Или вам вдруг стало интересно, почему ваш сын взял меня на мушку?
- Как бы мне этого ни хотелось, я не могу прикончить вас, Роберте, - выдавил он. - И Ричарду это хорошо известно. Вы все равно не сможете ничего доказать, а он решил только припугнуть вас.
Я покачал головой.
- Может, вам и хочется в это верить, но все дело в том, что он просто вынужден меня убить. Он знает, что мне известен убийца вашего сына. - В моем бокале оставалось еще немного бурбона, и я допил его, отчаянно надеясь, что это не последняя выпивка в моей жизни. Бокал был достаточно тяжелым, и я как бы невзначай взвесил его в руке.
- Нет! Не правда! Этого просто не может быть! - воскликнула Ронда. Высвободившись из объятий матери, она повернулась к Ричарду. Пистолет в его руке даже не дрогнул.
- Он не собирался убивать Чарльза, - ровным голосом произнес я, кляня все на свете за то, что вынужден говорить Ронде такие слова. - Однако обстоятельства не оставили ему другого выбора. Кто знает, может, он по-своему и любил брата. Но только себя он любил сильнее. - Роберте, вы сошли с ума! - воскликнул Холлоуэй. - Ричард не мог убить своего брата! Как вы можете говорить такое?
- Ричард, Ричард! - простонала Ронда. - Скажи, что это не правда! Пожалуйста. Я не могу потерять вас обоих, я этого не вынесу. - Ронда не спускала с брата умоляющих глаз. И впервые за все это время Ричард напрягся, бросив на сестру обеспокоенный взгляд.
- Не становись между нами, Ронда, - натянуто произнес он. - Оставайся на месте.
- Ричард! - с болью в голосе воскликнула она и беззвучно рухнула на пол. Миссис Холлоуэй бросилась ей на помощь, и ствол пистолета на мгновение качнулся. Как глубоко верующий католик, которому перед смертью дали не более тридцати секунд, я воззвал ко Всевышнему и метнул бокал Ричарду в голову. В свою бытность в бейсбольной команде колледжа я никогда не был даже первым стрингером , но
бывает, что в случае экстренной необходимости даже второй стрингер может выбить хоумера .
Бокал попал Ричарду точно между глаз, и он рухнул на пол как подкошенный. Пребывавший в состоянии шока Холлоуэй словно замер. Но я не стал испытывать судьбу: он мог прийти в себя и решить, что его сын прав и им куда лучше избавиться от не в меру пронырливого адвоката, от которого одни только неприятности. Поэтому я подобрал пистолет и, не целясь, направил его в сторону Холлоуэя-старшего. Теперь я чувствовал себя значительно спокойнее и решил, что, наверное, теперь пора звонить.
Торопливо смешав два бокала виски, я передал один миссис Холлоуэй для Ронды, а другой залпом выпил сам.
- Откуда вам известно, что он.., что он убил собственного брата? - еле слышно прохрипел Холлоуэй.
- Это мог быть только или он, или вы. Ричард осуществлял связь между Карлотти и Чарльзом - так сказать, был жизненно важным звеном в цепи поставок героина из Сан-Франциско к местным толкачам. - Но как вы узнали об этом?! Я ничего не знал о причастности Карлотти к наркобизнесу - точнее, я узнал об этом лишь сейчас - от вас. Я и представить себе не мог, что Ричард...
- Но ведь он знал, какой бизнес Карлогти вы инвестировали и был лично знаком с Карлотти, верно?
Кивнув, Холлоуэй провел дрожащими пальцами по сильно поредевшим волосам, и мне неожиданно показалось, что если он сейчас не сядет, то тоже грохнется в обморок. Я подтолкнул ему ногой одно из оранжевых кресел, и он, благодарно посмотрев на меня, тяжело опустился в него.
- Я надеялся.., я хотел, чтобы Ричард стал солидным, уверенным в себе бизнесменом, умеющим позаботиться о собственных интересах, - пробормотал Холлоуэй, - Я научил его, как обращаться с деньгами и как заставить их работать на себя.
- А публичные дома дают значительно большую прибыль, чем бензозаправочные станции, верно? Поэтому вы учили его, что не имеет значения, на чем делать деньги, - главное, чтобы комар носа не подточил, не так ли? Холлоуэй лишь молча смотрел на меня, и, судя по его глазам, он вряд ли когда-либо сможет понять, в чем был не прав и чем испортил своих сыновей, вырастив из них расчетливых и неразборчивых в средствах людей. Что я ему мог еще сказать?
- Мне так хотелось, чтобы Ричард не стал таким, как Чарльз - безнравственным хиппи, лишенным элементарного чувства собственного достоинства, - жалобно произнес Холлоуэй. - И я был уверен, что Ричард оправдает мои надежды. Но как вы, Роберте, узнали о его связи с Карлотти? - Вчера, оставив вас и Карлотти в кабинете, я услышал, как в гараже разговаривали двое. Одним из них был Чарльз - я видел, как он уезжал. Другой голос тоже принадлежал мужчине, но я не сразу разобрал, кому именно. Однако у вас с Карлотти не хватило бы времени, чтобы выйти через черный ход и, обойдя дом, добраться до гаража. Оставался последний мужчина из этого дома - Ричард. Но это доказывало лишь одно: в гараже разговаривали братья. Поэтому я последовал за Чарльзом. Выходивший из гаража Ричард, по-видимому, заметил меня. Во всяком случае, когда я наконец выследил Чарльза с сумкой героина и уже направился вызывать полицию, Ричард ударил меня чем-то по голове. Я пришел в себя как раз вовремя, чтобы услышать, что он собирается убить меня. Судя по виду Холлоуэя, он мне не верил, но меня это не слишком теперь волновало. Единственное, что беспокоило, - как убедить сержанта Брауна. На полу, позади Холлоуэя, в объятиях матери снова зарыдала Ронда. Слева слабо застонал Ричард. Он поднял руку, осторожно трогая вздувшуюся на лбу здоровенную шишку.
- На мысль о героине меня навела Ронда, - не уверенный, что Холлоуэй слушает меня, продолжал я. - Она рассказала, что ее мать после встречи с Чарльзом, вернулась ужасно расстроенная. А встречалась она с ним как раз незадолго до того, как один накачанный смертельной дозой героина парнишка ввалился ко мне в номер. Он знал, где я нахожусь, потому что я оставил адрес одному из его друзей. Но зачем я был ему нужен? Если мыслить логически, то ответ напрашивался только один - он хотел что-то сообщить мне или попросить о помощи. А может быть, и то, и другое. Если он окончательно запутался и решил покончить с наркотиками, то наверняка обратился бы к ближайшему адвокату. И таким адвокатом оказался я. Он хотел рассказать о том, что толкал героин для вашего Чарльза и что они попались. Миссис Холлоуэй каким-то образом удалось найти Чарльза - в тот день, когда его выпустили из участка, и как раз в момент передачи героина своему посыльному. - Я направлялась в участок, когда заметила, как мимо проехал Чарльз в какой-то машине, и последовала за ним, - не отрывая глаз от пола, произнесла миссис Холлоуэй хриплым от волнения, еле слышным голосом. - Видимо, вы грозились сообщить в полицию, - мягко сказал я. - А парень, который был с ним, запаниковал. Он убежал от Чарльза, но тот догнал его и убил. Теперь ему не оставалось ничего другого, как убрать и второго посыльного, а заодно и всех тех, кто мог как-то связать его с первым убийством. Поэтому он позвонил Ричарду, а тот - Карлотти. И Карлотти примчался сюда, чтобы самому убедиться, что все под контролем, - к тому времени, кстати, так оно и было. Ричард успокоил мать, убедив ее, что если она будет молчать, то он заставит Чарльза бросить наркобизнес. Ронда слышала их спор, но решила, что это ругаются отец с матерью, поскольку давно привыкла к их ссорам.
Ронда с несчастным видом смотрела на меня. Она уже не плакала. - Так ты знал, что это был Ричард? Но.., но ведь даже я не поняла... - Ее голос осекся.
- Это вполне мог быть и твой отец, - согласился я, - что означало бы, что они оба причастны к торговле героином - он и Ричард. Поэтому я и подстроил этот телефонный звонок - чтобы посмотреть, как отреагирует твой отец. - Я повернулся к Холлоуэю. - То, как вы ответили, убедило меня в вашей непричастности к торговле героином, а также к убийству вашего сына. - Но почему.., почему Ричард убил Чарльза? - хрипло спросила Ронда. - Ричард должен был выбирать - или оставить брата в живых, что было бы довольно рискованно, поскольку в полиции Чарльз мог расколоться и рассказать обо всей операции, или убить его. Видимо, он решил, что последнее будет надежней.
- Этот идиот наверняка раскололся бы, - проворчал Ричард, с трудом, как пьяный, поднимаясь на ноги. Я перевел пистолет на него. - У него никогда не было ни мозгов, ни твердости духа. И никогда ничего не вышло бы, если бы я не руководил им. Он позвонил мне еще до того, как прикончил того первого парня. Он так перетрусил, что не мог придумать ничего лучшего, как предложить нам вместе забрать все деньги и дать деру. - Но ты ведь убедил его, что куда проще убить парочку-другую людей, а потом просто на время выйти из бизнеса? - резко сказал я. - И тогда никто - даже твоя мать - не смог бы ничего доказать и, следовательно, тебе не пришлось бы ничем жертвовать.
- Ричард, ты же обещал... - простонала его мать. Ее лицо неожиданно покрылось морщинами, и мне показалось, что оно, как мозаика, вдруг вот-вот распадется на части. Хлынувшие из глаз слезы размазали толстый слой макияжа вокруг. Слишком долго она сдерживала себя. - Ты обещал прекратить это. Говорил, что все будет хорошо. Ты же обещал, Ричард... - Спрятав лицо в ладонях, она с надрывом повторяла и повторяла его имя. Ронда, сложив руки на коленях и словно оцепенев, замерла рядом.
Я не спускал пистолета с Ричарда, который теперь напряженно следил за мной; его худощавое лицо выражало такие коварство и безжалостность, что, выбери он законную форму бизнеса, наверняка далеко бы пошел. Холлоуэй, не обращая внимания на жену, поднялся и налил себе виски, а я тем временем подошел к телефону и вызвал полицию. Я знал, что сержант Браун теперь и в самом деле обрадуется моему звонку.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)