Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

Нехитрую эту песню любят ее авторы, бойцы "Альфы".
В редкие у них свободные минуты кто-нибудь берет гитару песня бередит душу, заставляет вспоминать пережитое...
Не надо говорить высоких фраз,
Не надо лучше, чем есть, казаться.
Нас жены провожая каждый раз,
Твердят как заклинанье: возвращайся.
А мы уходим, оставляя за спиной
Свои заботы, радости и близких,
Чтобы спасти людей, закроем их собой
От пули озверевших террористов.
Из года в год несем мы этот крест.
От напряженья мышцы рвем и жилы,
И каждый раз, надев бронежилет,
Стараемся, чтоб люди были живы.
Чтоб страх не искажал ребячьих глаз,
Чтоб матери не ведали печали,
Мы тянем лямку, люди, ради вас,
И это не однажды доказали.
Сарапул - восемьдесят первый год,
Тбилиси - "свадьба" в восемьдесят третьем,
Уфа - захвачен снова самолет,
В Орджоникидзе угрожали детям.
Не раз сигнал тревоги нас срывал,
Мы жизнью ради жизни рисковали,
Но на судьбу нам сетовать нельзя:
Ведь мы работу добровольно выбирали.
Генерал-лейтенант Алексей Дмитриевич Бесчастнов, начальник 7-го уп- равления КГБ, шел на доклад к Андропову.
Полированный мрамор ступенек, барская плавность ковровой дорожки и кабинеты, кабинеты, как часовые - слева, справа.
...Коридоры Лубянки. Вроде и родные они и знакомые, а не любил их Алексей Дмитриевич. В пятьдесят третьем спешил он этим же коридором к Кобулову, заместителю Берии.
Бесчастнов был тогда советником в Чехословакии. Смутное время: чехи бастовали, в стране ширились волнения.
Кобулов молча разглядывал стоявшего перед ним полковника, шумно, с храпом дышал, устраивая под столом огромный живот. Дубовый стол, изго- товленный по специальному заказу с вырезом для кобуловского живота, жа- лобно поскрипывал. Наконец Кобулов спросил:
- Что у тебя там за стачки, Бесчастнов?
- Не у меня, а в Чехословакии.
Замминистра оскалился, побагровел:
- Ты забыл, перед кем стоишь?! Я сорву этот значок, - он ткнул паль- цем на депутатский значок Бесчастнова, в ту пору Алексей Дмитриевич был депутатом Верховного Совета РСФСР. - В подвал посажу, тут - на Лубян- ке...
Бесчастнов вышел от Кобулова и увидел: кабинеты, кабинеты, как часо- вые, и коридор. Куда он ведет? К Берии? В тот самый подвал, и: которого никто еще не выходил?
Чудом спасся Алексей Дмитриевич. После сдачи дел в Праге ему приказа- ли лететь в Москву самолетом. Знал: прямо у трапа - арестуют. Он ослу- шался, поехал поездом. А в ночь его прибытия в Москву; был арестован Бе- рия, посыпалась его шайка, и Кобулов сам оказался в подвале Лубянки. Бесчастнов шел знакомым коридором. Вот и дверь, за которой сидел ког- да-то Кобулов, теперь там другой человек - молодой можно сказать юный. - Алексей Дмитриевич! - кто-то окликнул его.
Обернулся: Володя Крючков, начальник секретариата председателя КГБ. Подошел, поздоровались.
- Ты чего стоишь, как бедный родственник?
- Молодость вспомнил. Знаешь, кто за этими дверями сидел? - Слышал!
- А я видел... И не дай Бог такого никому другому.
- Вот ты говоришь: мо-о-ло-дость... - протянул со вздохом Крючков и взял его под руку. - В молодости я только и видел Бесчастнова в президи- умах.
- Да ну тебя, - отмахнулся Алексей Дмитриевич.
- Нет, серьезно. Что я - всего лишь районный прокурор, а ты - началь- ник областного управления. Еще какого, Сталинградского Помню, "Правду" открываю: батюшки! Депутатом Верховного Совета РСФСР в Ленинграде избран Сталин, а в Сталинграде - Бесчастнов. ...Пройдет несколько лет, и Алексей Дмитриевич, уже отставной гене- рал, позвонит председателю КГБ Крючкову.
- Володя, помнишь, ты все сокрушался, что только и видел меня в пре- зидиумах?
Крючков, слышно было, усмехнулся в трубку:
- Помню...
- Ну а теперь я тебя в президиумах вижу. Зря завидовал... ...Расставшись с Крючковым, Бесчастнов в назначенное время появился в приемной Андропова.
- Юрий Владимирович ждет, - сообщил помощник. Алексей Дмитриевич во- шел. Андропов глянул из-под очков, поднялся из-за стола. Поднялся тяже- ловато, но виду не подал. Бесчастнов знал: у Юрия Владимировича больные почки. Впрочем, это не было в комитете ни для кого секретом. Андропов не жаловался, но и не скрывал своих болячек.
Рукопожатие крепкое, взгляд цепкий, несколько ироничный. После смерти Андропова много будут писать о нем. Скажут об уме, работоспособности, интеллигентности, фильм даже снимут, а потом помоями обольют, тысячи грехов понавесят. Бесчастнов все прочтет, все увидит и не удивится. Это ведь в наших российских традициях: лизоблюды страсть как любят отплясы- вать на гробах своих вчерашних повелителей.
Нет, никто из писавших и снимавших не знал его, Юрия Андропова, и не понял до конца. Кем он был, каким был? А он, Бесчастнов, знал? Знал. Еще с тех пор, когда Алешка Бесчастнов увидел на трибуне московской комсо- мольской конференции секретаря ярославского обкома комсомола Юру Андро- пова. Задиристо выступал тогда ярославский секретарь... Сколько раз по- том их сводила и разводила судьба. И теперь вот который год вместе. Так что многое из написанного об Андропове, Бесчастнов хорошо знал, - чушь собачья.
- Здравствуй, Алексей, - председатель КГБ кивнул на кресло у малень- кого журнального столика, - присаживайся. Что пить будем? - Если есть право выбора, - усмехнулся Бесчастнов, - то коньяк, Юрий Владимирович.
Очки Андропова лукаво блеснули. Что не позволялось другим - разреша- лось Бесчастнову. Алексей Дмитриевич - любимец управления, весельчак, бессменный тамада на совместных торжествах. Так, на юбилее Семена Кузь- мича Цвигуна, андроповского первого зама, можно было помереть со скуки. За столом сидели надутые, важные, как на коллегии КГБ или на поминках. А Бесчастнов выручил. Раскачал даже юбиляра, который, приняв рюмку, начал уже подремывать.
...Юрий Владимирович опустился в соседнее кресло.
- Право есть, Алексей, а выбора нет. Либо просто чай, либо чай с мо- локом.
- И все? - удивился Бесчастнов. Андропов развел руками. Подали чай. Помолчали, не спеша прихлебывая крепкий чай. Однако пора было приниматься за дело. Андропов снова стал Андроповым, Председателем КГБ, членом Политбюро, Бесчастнов - его подчиненным, начальником "семер- ки".
- Вот что, Алексей Дмитриевич, - сказал председатель, - дело нам с тобой предстоит не простое. Новое подразделение надо создать. "Новое, так новое", - подумал про себя Бесчастнов. В ту пору в коми- тете формировалось немало новых подразделений, и постоянных и временных, для выполнения каких-то частных задач. Не привыкать. Но Андропов сделал паузу и вопросительно посмотрел на Алексея Дмитри- евича. Бесчастнов ждал.
- Подразделение необычное. "Коммандос". Наши, советские "коммандос". Догадываешься, зачем?
- Задачи могут быть разные...
- Задача пока одна: противостоять терроризму. Судя по всему, начина- ется его новый виток - захваты самолетов, убийства заложников, разбойные нападения. Вспомни-ка Мюнхен, Олимпийские Игры - сам не хуже моего зна- ешь. Что там "Черный сентябрь" натворил: настоящая бойня. И хваленая по- лиция ничего не сделала. А мы разве на другой планете живем? Есть у нас что противопоставить бандитам?
Бесчастнов хотел было ответить, но Андропов не дал. - Я знаю, что ты скажешь. Когда жареный петух клюнет, соберем ребят, лучших оперативников. Есть у нас и спортсмены и стрелки. Есть! Но знают они, как подойти к самолету, как проникнуть внутрь? Чтоб и заложников освободить, и террористов уничтожить, и самим в живых остаться? А? Алексей Дмитриевич молчал. Председатель говорил дело. Он сам раньше задумывался над этим. Только ли о самолете речь, а если террористы зах- ватят здание, как штурмовать? А пароход, железнодорожный вагон? Не было еще такого, и слава Богу. Но где гарантия, что и дальше тихо-мирно жить станем.
- Так я тебя еще раз спрашиваю, есть у нас что противопоставить? Андропов глядел в упор. Он не ждал ответа - отвечал сам. - Нет, доро- гой мой Алексей, нечего. Так, знаешь ли, на уровне любителей, полупро- фессионалов. А нам нужны профессионалы высокого класса. Я бы сказал, са- мого высокого...
Он встал и взял с рабочего стола, видимо, заранее подготовленный жур- нал.
- Посмотри, ребята из первого главка по моей просьбе принесли. На открытой странице Бесчастнов увидел большое цветное фото: громадные, гренадерского роста парни в пятнистой маскировочной форме. Они сидели прямо на капоте черного "мерседеса", свесив ноги, положив огромные кула- ки на колени, улыбались, уверенные в себе.
- Что, Алексей Дмитриевич, буржуазная пропаганда? - усмехнулся Андро- пов.
Бесчастнов покачал головой.
- То-то! Западногерманское элитарное подразделение ГСГ-9. Решает за- дачи по пресечению особо тяжких преступлений, связанных с убийствами, взятием заложников, разбоем. Словом, отлично подготовленные "коммандос". Он снял очки, поднес журнал к самому лицу, подслеповато вглядываясь в фигуры бойцов ГСГ-9. Потом резко захлопнул журнал, отбросил. - Мы что, хуже? Настоящих ребят не найдем? Найдем. В общем, так, Алексей, первый главк поможет. Кое-какие иностранные материалы подбро- сит. Почитайте, подумайте. И вперед - будем создавать группу, растить своих "коммандос".
Приказ председателя КГБ Бесчастнов принял к исполнению. Нашлись и ма- териалы. Правда, и в Первом главном управлении их было не густо. Посмот- рели, прикинули. Особо не торопились, дело новое, опыта практически ни- какого. Алексей Дмитриевич нутром чуял, что дополнительных штатов для "коммандос" не дадут, денег тоже. В общем, еще одна головная боль. Однако Андропов вскоре напомнил о своем поручении. А начальнику "се- мерки" и похвалиться нечем, кроме банального: "изучаем", "работаем". И тогда совсем по-иному сверкнули очки председателя... На следующий день был назначен временно исполняющий обязанности ко- мандира группы майор Роберт Петрович Ивон. С него и началась группа. - Командира возьми из пограничников, - посоветовал Андропов. - Можно Бубенина с Даманского посмотреть. Герой, парень обстрелянный, смелый... Алексей Дмитриевич позвонил начальнику погранвойск генералу Матросо- ву, передал разговор с Андроповым.
- Ну, коли в командиры берешь, тогда отдам, - согласился Матросов. Прилетел Бубенин. Объяснили, что за группа, каковы задачи, цели. В свою очередь присмотрелись к пограничнику. Офицер действительно боевой, со звездой Героя - в ту пору большая редкость. Весь Союз знает, да что там Союз - весь мир. Портреты героевпограничников с острова Даманский обошли многие газеты и журналы планеты.
Сам Бубенин сомневался, но потом дал согласие. Человек военный: надо, значит, надо.
Правда, через несколько лет он все же напишет рапорт - попросится опять на границу. Что поделаешь, тут как в любви: насильно мил не бу- дешь. А насильно в группу никого не тянули. Онг сама, как магнитом, при- тягивала к себе. Многим хотелось боевой работы.
Наконец, утвердили штаты, начался набор. Бесчастнов доложи? об этом председателю КГБ. Юрий Владимирович остался доволен Он верил - рождалось подразделение, которое сможет защитит людей от страшной чумы XX века - терроризма.
В тот день, после доклада, уже собираясь уходить от председателя Алексей Дмитриевич вдруг вспомнил: а названия-то группе не дали - Название? - переспросил Андропов, - не важно, как мы ее наречем. Важно другое, какой она будет, наша группа. Пусть именуется группой "А". Так она и вошла в комитетские анналы - суперсекретная антитеррористи- ческая группа "А".
"Альфой" ее назовут в печати после августовского путча 1991 года.


Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)