Скачать и читать бесплатно Георгий Брянцев-Клинок эмира
Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:



- Рахмат, спасибо! Попробую найти, - и человек ушел. Он вновь побрел по пыли, и только тонкий перезвон его шпор нарушал плотную ночную тишину.
Дойдя до середины кишлака, он увидел арбы с поднятыми оглоблями, стоявшие вдоль дувала.
Человек зашел во двор.
В алухане - доме, где мужчины кишлака коротают за мирными беседами долгие зимние сумерки, сейчас расположили раненых особоотрядцев. Их было одиннадцать человек. Они лежали на коврах, одеялах, подушках, принесенных окрестными жителями. До кишлака раненых сопровождали четыре вооруженных бойца. Не исключалась возможность встречи с басмачами. Теперь, когда эта угроза миновала, сопровождавшие вернулись в отряд и с ранеными остался один Умар Максумов, тоже легко раненный в левое предплечье. Человек вошел в дом, приоткрыл дверь и заглянул в просторную комнату, освещенную керосиновой лампой.
Раненые стонали, охали, разговаривали во сне и поругивались. Молодой узбек с забинтованной головой сидел, привалившись к стене спиной, и курил. Он уставился на человека черными глазами и молчал. - Салям! - коротко приветствовал его вошедший.
- Салям! - вяло и равнодушно ответил раненый.
- Где начальник?
- Рядом в комнате.
- Рахмат! - и дверь закрылась.
Человек оказался в темных сенях. Он чиркнул спичкой и осмотрелся. Перед ним была узкая резная дверь, ведущая в соседнее помещение. Он погасил спичку и бесшумно потянул дверь на себя.
В малюсенькой комнатушке с голыми, обшарпанными стенами стояла тишина. На окне коптил чирог - самодельный светильник. У стены на разостланной кошме, широко раскинув руки, спал чеканщик Умар Максумов. Он спал впервые за восемь дней: то некогда было поспать, а то побаливала рана. Его широкая волосатая грудь, выпирающая из-под розовой сорочки, мерно вздымалась и опускалась.
Возле него на полу лежали кавалерийский карабин и клинок в ножнах. Ножны, казалось, чуть излучали золотистое сияние, по их полотну струился голубой бирюзовый ручеек.
Вошедший постоял несколько секунд не двигаясь, всматриваясь в саблю. Затем, тихо ступая, приблизился и, не производя никакого шума, поднял клинок и надел на себя. Костяной дракон эфеса блеснул рубиновым огоньком, Медуза Горгона с перекрестья взглянула пустым взглядом в глаза пришельца. Он наклонился и поднял карабин.
Человек постоял короткое мгновение, сдерживая дыхание и не сводя глаз с Максумова. Потом вытащил из-за голенища нож с толстой рукояткой и длинным лезвием и взмахнул им.
Убийца мгновенно обеими руками зажал рот своей жертве, чтобы та, не дай бог, не вскрикнула. Но этого и не требовалось. Умар даже не застонал. Он лишь вздрогнул всем телом и замер.
Человек стер пот со лба и дунул на чирог. Огонек погас. ...Кишлак по-прежнему спал, залитый тишиной и мраком. Человек шагал по улице спокойно, а сердце его скакало галопом. Это был Наруз Ахмед. Пять суток он и Бахрам, переодетые в милицейскую форму, носились по кишлакам в поисках особого отряда ОГПУ, в составе которого был Умар Максумов, но напасть на след отряда им так и не удалось. И вот сегодня в сумерках на дороге, обгоняя обоз с ранеными, Наруз Ахмед и Бахрам совершенно случайно услышали имя резчика. Кто-то из раненых на задней арбе дважды назвал его. Этого было достаточно. Наруз Ахмед и Бахрам ускакали прочь. Недалеко от кишлака они засели в кустах у арыка и стали выжидать обоз. Когда он показался, у них мелькнула мысль сейчас же совершить нападение. Но вид четырех бойцов с винтовками на изготовку, сопровождавших обоз, несколько охладил их пыл. Нет, лучше подождать. И они дождались ночи...
Теперь дело было совершено.
Выбравшись на край кишлака, Наруз Ахмед уже не мог сдерживать себя и побежал к карагачу.
- Ну? - наклонившись в седле, приглушенно спросил Бахрам. - Готово...
- Хоп!
- Проклятый Умар заснул навсегда. И сон его будет так же крепок, как сон отца.
Он вдел ногу в стремя, взялся за луку и вскочил в седло. - Так... - протянул Бахрам. - А клинок?
- Вот! - и Наруз Ахмед похлопал рукой по ножнам.
Бахрам шумно вздохнул и спросил:
- Куда?
- В Бухару. Там нас ждет садовник.
Они тронули коней и скрылись в ночи.
"8"
- Ну, а потом? - спросила Анзират, опираясь на руку Саттара и стараясь заглянуть ему в лицо.
Задумавшийся Саттар будто очнулся и торопливо оказал: - Потом мы поедем в Ташкент... Учиться.
- И я?
- Что? О чем ты? Ну, конечно. Вместе, вместе поедем и учиться будем...
Анзират покачала головой:
- Нет, ты думаешь не об этом, а о чем-то другом.
Саттар попробовал рассмеяться, но у него это не получилось. - Чудачка ты...
- Вовсе не чудачка, - возразила Анзират. - Ты сегодня какой-то странный, не такой, как всегда.
- Странный? Нет, почему же... Я такой, как обычно.
- Ой нет! Я сразу заметила, как только ты вошел в дом. И тетушка Саодат заметила. Она шепнула мне на ухо: "У Саттара какие-то неприятности. Разузнай!"
Саттар промолчал.
Они шли по улице, затянутой вечерним сумраком. Издалека слышались голоса - это молодежь собиралась в комсомольский клуб. Анзират без охоты шла сегодня на спектакль; ей так редко удавалось видеться с Саттаром. Вот и сейчас он занят, думает о чем-то постороннем, и Анзират должна весь вечер быть одна...
Саттар смущенно молчал и печально поглядывал на девушку. Анзират спрашивает, почему он невеселый, странный. Если бы она знала, какое несчастье обрушилось на них. Страшное несчастье... Сегодня под вечер, всего час-полтора назад, в городскую больницу вместе с ранеными бойцами особого отряда привезли ее мертвого отца - Умара Максумова. Знал Саттар и о том, что смерть свою старый мастер нашел не в открытой схватке с врагом, а от чьей-то предательской руки. У Анзират нет больше отца... А отец у нее был замечательный. Много отыщется в Бухаре людей, которые пойдут проводить его в последний путь. Очень много. Много найдется людей, в судьбу которых вмешался Умар. Как его может забыть отец убитого доброотрядца Алиева, которого Умар спас от расправы белоказаков? А Расулев? Тот Расулев, что работает сейчас директором школы. А тогда, в двадцать первом, он умирал от тифа и голода. И спас его Умар. Спас не только его, но и его сестру и мать. Он выходил, выкормил их. А Шарипов, Ниязов, Фатхулин, Садыков - его ученики, которым он передал свое тонкое искусство! Да разве всех перечтешь? Одного старый чеканщик спас от смерти, другому еще в эмирские времена помог бежать от страшного клоповника, третьему, одурманенному и запуганному, открыл глаза, и тот ушел из басмаческой банды и привел с собой товарищей. И все они теперь честные люди и хорошо живут. Четвертому помог жениться. А сам Саттар? В двадцатом году Умар взял Саттара, круглого сироту, к себе, воспитал его, обучил ремеслу. А теперь Умара нет... Но как сказать об этом Анзират? А сказать надо. Смерть, о которой знает уже целый кишлак и добрая сотня людей в городе, не могла долго оставаться тайной. Но сказать ей сейчас правду - нет, это было выше его сил.
Анзират, шедшая рядом, что-то чувствовала, видела, что ее верному Саттару не по себе.
- Почему ты молчишь? - сжимая его кисть горячими руками, спросила она.
- Думаю, - ответил Саттар первое, что пришло в голову. - О чем?
- Да все о том же... Как мы поедем в Ташкент... А потом, быть может, в Москву... Ведь когда-нибудь надо побывать в ней, - солгал Саттар, и от этого на душе стало еще горше.
Анзират сердцем чуяла ложь.
- Ты говоришь неправду, - тихо сказала она и опустила голову. - Ты обманываешь меня. Ты хочешь, чтобы я обиделась и никуда не пошла? - Нет... Не надо... Я все расскажу тебе, но потом...
- Когда?
- Когда буду провожать домой.
- Я хочу, чтобы ты сказал сейчас. Если ты любишь Анзират, ты должен сказать сейчас...
- Нет... Не сейчас... Это долго, и... мне надо спешить. Ты же знаешь, что я отпросился всего на час... Я приду к концу спектакля, провожу тебя домой и тогда все-все расскажу. Честное слово. - Комсомольское?
- Комсомольское!
- Может, я провинилась перед тобой?
- Что ты... что ты!.. Никто здесь не провинился... Тут совсем особенное. Я даже не знаю, кто виноват.
- Возможно, отец?
- Что отец? - едва не вздрогнул Саттар и почувствовал стеснение в груди.
- Может быть, он виноват?
- Он и подавно ни при чем, - с тоской выговорил Саттар. - Эй! Саттар, Анзират! Идите сюда! - раздался чей-то веселый голос. - Скоро начинаем...
У входа в клуб толпились девушки и юноши. Кругом раздавались громкие голоса, веселый смех, шутки.
- Иди, - подтолкнул Саттар любимую. - Я приду минут за десять до конца и буду ждать тебя здесь.
- Ну, смотри! - погрозила пальцем Анзират. - Ты дал слово. - Да, да, да...
Девушка побежала, оглянулась на полпути, несколько раз махнула рукой и затерялась в бурлящей толпе молодежи.
Саттар повернулся и, взволнованный, быстро зашагал в ту сторону, где находились казармы дивизиона...
Сдержу слово... Легко сказать! А как она воспримет эту страшную весть? Если он, мужчина, узнав о смерти Умара, забившись в манеж, плакал навзрыд, то как же она?
Бедная Анзират! Бедная тетушка Саодат! Не ведают они, какое обрушилось на них горе.
Саттар шел, не видя встречных, поглощенный своими мыслями. Недалеко от расположения части его вывели из раздумья хорошо знакомые призывные и беспокойные звуки - дивизионный горнист трубил тревогу:

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)