Скачать и читать бесплатно Антон Блажко-Единственный чеченец и другие рассказы
Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:


Первыми на барановцев вышли спецы основной группы, потерявшие незадолго перед тем связь. Осколок ли пробил их главную станцию, выданный для операции зеленый армейский ящик, село питание или древний агрегат не выдержал болтанки, собственные же их карманные устройства работали на другой волне. Естественно, побратимов едва не встретили огнем. Витязи отходили молодцами, сказывались подготовка и спаянность, двух раненых тащили бегом на брезентовых носилках, одного для скорости, у него было задето бедро. Из заметных трофеев наличествовали сломанная видеокамера и двухкассетный магнитофон, левое оружие и припасы в богатом оснащении не выделялись. С Паляницей они не пересеклись, те вышли в район схватки левее и завязали перестрелку с быстро обнаружившими их "чехами", в результате оттянувшимися от спецназа. Понимая обстановку, противник едва ли развернул бы настоящее сражение, и все же где-то за хребтом шел сейчас бой. Баранов взял рацию, но комбат, видимо, его не слышал. Вновь получалась ерунда: теперь следовало поддержать войска, выдвинувшиеся на помощь отряду. "Щиты" готовы были повернуть назад, отправив раненых, пополнив огневой запас и разжившись дальней связью. Вместо этого Баранов предложил сменить его на позиции, условившись, что как только выйдет вторая их группа, витязи сформируют кулак и по мере сил обеспечат выход армейцам. Сориентировавшись по переданной ему карте, он разбил людей по тройкам и рванул вперед. Перемахнув облесенную гриву, вскоре услышали первые выстрелы из низины. Помчались еще быстрее, выйдя из радиотени и перекрикиваясь уже напрямую с двигавшимися навстречу товарищами. На бегу толком не разобрали, но связист, находившийся при ротном, понял - кто-то ранен. За взгорком навстречу попалась группа под командованием взмыленного сверхсрочника, бойцы волокли почти по земле на распяленном бронежилете Паляницу, поддерживая ноги. Крови на его сбитой вверх форме почти не было, и только серое лицо с опавшими веками свидетельствовало о тяжелом состоянии.
-- Куда его? - Баранов схватил комбата за безжизненную ладонь. -- В живот, грудь. Нога тоже... - "сверчок", командовавший невольными санитарами, смотрел подавленно, словно чувствуя вину. Отерев пот с лица, залепленного древесной трухой и паутиной, отхаркался в сторону. -- С остальными что? Где связист, почему отвечает через раз? -- Не знаю, там все, - солдат показал автоматом в направлении, откуда неслась частая пальба.
-- Ладно, несите быстрее, меняйтесь чаще, но не стойте. Там спецы остались, сразу на бэтэр и вниз. Готовой отвечаешь, пошел! Заворачивая и сбивая на ходу в кучу встречных бойцов, отрывочно выяснили: майор разделил своих, чтобы зайти "чехам" в тыл, охватить и при взаимодействии с отрядом шугнуть до ледников, а выйдет - раздавить под корень. Но связи не получилось, первая рота во главе с комбатом обнаружила "духов" раньше, чем планировалось, те хитро бегали кругом, маневрируя и, по всей видимости, слыша переговоры. Внезапно открытый с гребня огонь срезал Паляницу, шедшего впереди. Командир первой роты, молодой лейтенант, приказал спасать комбата, заняв оборону с оставшимися людьми. Вторая группа тем временем беспрепятственно вышла в намеченный район, ударив по "чехам", но подверглась обстрелу скорее всего той их частью, что раньше молотилась со "щитами". Противник обнаружил немалую силу и умение воевать, в горной местности партизаны могут и побеждать регулярную армию. Спецназ не отвечал на вызовы, положение осложнялось неясностью, выбрался ли он и нужно думать о себе либо отстреливается и вот-вот может возникнуть рядом. Барахлящая дезорганизованная связь, проклятие кампании, мешала координировать действия и получать сообщения от остальных.
Вмешательство барановской роты наконец решило исход.
-----------------------------
Различая далекую стрельбу, ковыляли потихоньку своей дорогой, в представлении Федорина к заветной седловине с бронетехникой. Маршрут получался так себе, боец не мог преодолевать склоны, пошли низинами, над ручьем, где хватало бурелома и глыб. Федорина уже заботило больше всего как оправдываться, вернувшись. Вляпался крепко, по его вине ранен солдат, дай Бог один, это шишкам за тысячные потери только чины с крестами дают ... Задела мысль, что не дойти лично ему было б проще, ну и война-служба, где собственного начальства страшишься больше врага. Правда, вина непростительна, но наказан по самые гланды; а парень за что? Гадостно было неимоверно...
Пацан ступал тяжело, поджимая ногу и прыгая на здоровой, вскоре сломал импровизированный костыль и рухнул, ударив локоть. С трудом выталкивая слова, попросил ослабить жгут - туго, а кровь все равно шла. Матерясь, Федорин размотал измазанную резину и запихал в боковой карман. Взяв у парня брючный ремень, перетянул ногу, но когда тот встал, штаны свалились до колен, форма была размера на три-четыре больше нужного. Отстегнув собственные подтяжки, вытянул из-под куртки и закрутил вокруг многострадальной голени. Снял с бойца всю лишнюю сбрую, которую пришлось взвалить на себя, нашел ему для левой руки дрын и сунул в правую автомат стволом вниз:
-- Хромай так, а то к вечеру не доберемся.
Сам он надеялся, что их выдвинутся искать, как только бойцы достигнут позиции на плато, и опасался разминуться со своими в зеленке. Тандем их силы не представлял и в случае нового столкновения однозначно был бы уничтожен. Путь он старался выбирать примерно тот, каким приперлись, во избежание очередных неожиданностей, хотя выходило приблизительно. Паскудство и началось тем, что заблудились, но ничего лучше в голову не шло. Кепи где-то потерял, напялил бойцовскую каску, броник наливался тяжестью с каждым шагом, приходилось тащиться сзади раненого, в трудных местах подставляя ему плечо. От штанов парня ощутимо пованивало, спустились к самой воде обмыться. Федорин отошел, чтобы не смущать. Вблизи любая война - грязь, кровь да вот это, тем более такая дурацкая, как все государственные начинания последних лет... Разделся до пояса и чуть поплескался сам, осколочные царапины саднил пот и терла одежда.
Взобраться на косогор парень не смог, поплелись дальше в обход холма. За скальным выступом борта раздались в стороны, открылась настоящая пойма с сочной травой. К руслу выходили три распадка с собственными водотоками, почва чавкала под ногами. Следовало лезть вверх или их просто не найдут, и так отклонились уже дальше возможного.
-- Слышь, потерпи, надо подняться, а там сядем и будем ждать. Должны уже нас искать, не могут же просто бросить, так его растак... ----------------------------------

Забрав вправо для обхода противника, Баранов попал на вторую роту первого бата, пробивавшуюся к своим. О командовании не пришлось заикаться, измазанный расцарапанный прапорщик, и.о. взводного, готов был к любым четким распоряжениям. Плюнув на связь, больше помогавшую "чехам", скучили огонь, истратили почти все гранаты, но ударно перевалили через высотку без потерь, оказавшись в прямой видимости полуокруженных товарищей. "Чичи" палили ожесточенно и не без толку, но сдали назад.
К остатку первой роты прорвались вовремя, ей приходилось туго. На командира, старшего лейтенанта, прикрывавшего с горсткой бойцов основную часть, страшно было глядеть. Близкий взрыв мелкими осколками, точно лезвиями, располосовал ему шмотье и обтяжку бронежилета, сорвал с головы каску, посек руки и лицо. Кровь текла из многочисленных порезов, заливала глаза, оглушенный контузией, он смахивал с бровей красные сгустки и невнятно что-то мычал. Баранов заставил его первым идти в тыл, собрав других раненых, развернул подкрепление и скомандовал общий отход. Фактическое безвластие, в котором отряд подчинялся сам себе, а Паляница плюнул на трусливое временное командование, обернулось наконец пользой. Как только первые бойцы дотащили майора до лужка, где лежал спецназ, тот, узнав состояние дел, попер на помощь. Выходила чехарда, бег друг за другом, но гладко операции проходят только на планах. При поддержке "Щита" Баранов даже перешел в короткое наступление, отогнав "чехов" за хребтик, и те отстали. Успех не стали развивать, хватит на сегодня, шарахнули напоследок гранатометный залп и почесали назад, к технике.
----------------------------------
Стекольников потребовал к рации комроты. Прапорщицкое "на связи!" его не удовлетворило:
-- "Двести третий" где?
Это был позывной Федорина.
-- Я за него.
-- Тебя спрашивают - где он?
Наушники помолчали.
-- Вызвали куда-то... Участвует в операции.
-- Кто приказал?
-- Не могу знать.
-- Связь с ним имеешь?
-- Никак нет.
Обругавшись, подполковник затребовал:
-- Ищи где хочешь, разворачивай две "коробки" и держи наготове - наши с "трехсотыми" идут.
Честя всех подряд, Стекольников продул беломорину, обмял гильзу и сунул в рот. Огниво затерялось где-то под сбруей, связист услужливо протянул свое. Пустил едкий дым, он подытожил:
-- Вечный дурдом! Командиров до хренища, одни командиры кругом, а бардак как двадцать лет назад был, так и остался... Хотя такого, правда, все же не было!
От движения помочи ослабли и распустились, пришлось их заново
перемотать. При ходьбе кровь сочилась из раны постоянно, бинт и штанина промокли насквозь, в ботинке у солдата хлюпало. Федорин перевязал его марлей из своего пакета поверх старой и взглянул на часы. Стекло подернулось сеткой трещин, исчезли циферки с кварцевого табло - где-то стукнул. Остыв на вершине, почувствовали голод. Хлебнули по очереди из фляги, наполненной по дороге внизу.
-- Тебя как зовут?
-- Рядовой Воронов.
-- А по имени?
-- Александр.
-- Попали мы с тобой, Александр... Ладно, прорвемся. Сам откуда? Оба сидели, привалившись спиной к стволам.
-- Из Тверской области.
-- Сколько отслужил?
-- Полгода. Если день за два будет, в октябре домой... -- Вернемся - поваляешься в госпитале, в Махач отправят, а то и Ростов, отдохнешь, потом в отпуск съездишь. Дырка у тебя пустяковая, зато медаль какую-нибудь дадут, сейчас вроде за ранение всех представляют. Где вот только наши запропастились?
Обе свои ракеты, зеленую и красную, Федорин уже выпустил, пока безответно. Прикинуть время точно не получалось, оно словно разорвалось после стычки, но солнце явно клонилось на закат.
-- Надо идти, Александр. Что-то не так, хотя черт его знает... Стрелять вверх не хотелось, дважды чудо сомнительно, противник любой численности означал бы для них конец. Ремень на вороновском автомате он отпустил так, чтобы боец сунул в него ботинок, но не касался раненой ногой земли, после чего они вновь обнялись и похромали вниз.
Когда авангард прикрытия достиг зоны видимости основных сил, начались очередные беспорядок и суета из лучших побуждений. Для вывоза раненых приготовили машины, отправив часть личного состава вниз пешком, санинструкторов выслали навстречу с носилками и под прикрытием свежего взвода. Майора с поверженными витязями и еще двух солдат, поймавших небольшие осколки, вывезли первыми, стихший полкан от своего имени приказал запросить в ущелье вертолет. Баранов последовательно задержался на собственной недавней позиции, затем последнем взгорке уже в виду БТРов, чтобы пересчитать народ и собрать отставших, зная, какие случаются накладки. Однако торопили все - нижнее, оно же верхнее начальство, Стекольников, "щиты", полагавшие свою задачу выполненной, сверить личный состав полностью не удавалось: кто-то убыл первым с ранеными, другие скатывались к дороге по склону, в ходе маневров подразделения частью перемешались. Витязи сначала искали отставшую группу, подрывавшую несчастный схрон, требовали развернуть войска для прочесывания леса и хватались за стволы, пока не выяснилось, что те давно внизу и успели даже поесть. Мордатый старший лейтенант генеральского возраста (поздно вышел в офицеры, наверно) ухитрился кружным путем вывести их прямо на командный пункт, где поджидал всех нервничавший полковник. Найдя друг друга, спецы заспешили больше всех, не имея почему-то собственного транспорта и предвидя ночь на перекладных. Стекольников подгонял:
-- Быстрее, быстрее! Посчитали людей? Ладно, там проверимся, по машинам!
Сгреблись в конце концов, как есть, облепили технику и вереницей потянулись вниз. В хвосте полз, развернув назад башню, приданный танк. Увешанное брикетами взрывчатки, которая при попадании детонирует и отбрасывает заряд, железо производит странное впечатление покрытых наростами чудовищ, вкупе с ним колонна напоминала какой-то табор цыган войны. Уже на пути следования батальонов из привершинной рощи неожиданно выбежала группка бойцов. Одного, виснущего мешком, волокли под руки. Их могли не заметить, но хлопцы пустили вверх пару очередей, заставив многих пригнуться и вскинуть оружие. Крайняя машина притормозила и, дождавшись бедолаг, дала газ.
Шалееву в сумятице так и не удалось найти ротного. Дорогой, когда остановились из-за буксовавшего транспортера, к нему запрыгнул посланный на розыски боец и сквозь рев двигателя сообщил, что видел замкар первого взвода Сомова, с которым командир уходил. Прапорщик несколько успокоился - значит, и тот где-нибудь поблизости. Офицеры хреновы, без году неделя, а уже ворочу, как хочу. Наберут в армию от пивного ларя...

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)