Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

 


     После коротких переговоров с могучим негром,  разукрашенным  вычурной
татуировкой  и   разноцветными   красками,   переговоров,   сопровождаемых
недорогими подарками, путешественники получили дозволение на  аудиенцию  у
Его Величества, короля  этих  мест,  владевшего  жизнью  и  собственностью
нескольких тысяч  чернокожих  подданных,  ютившихся  в  десятке  деревушек
вокруг Оба. Эта аудиенция, собственно, и была целью путешествия, поскольку
монополией на торговлю "черным деревом" в Оба владело само Его светлейшее,
хотя и чернокожее величество.
     Окруженный женами, стражей и рабами, король жил в большой  просторной
хижине. За ним стоял палач,  опоясанный  мечом,  готовый  в  любой  момент
исполнять приказы своего государя. Даже  в  то  время,  когда  Фини  через
переводчика обменивался пышными и многословными приветствиями  с  королем,
моряки со смешанным чувством  наблюдали,  как  двух  полуголых  африканцев
извлекли  из  толпы  и  тут  же  обезглавили.  Горячая  кровь   несчастных
забрызгала пурпурную мантию короля,  но  тот  обратил  на  это  не  больше
внимания, чем на несколько капель дождя. И скоро Сильвер понял почему.
     - Ну, там и  дела  творились,  Джим,  этот  старый  дьявол  не  ценил
человеческую жизнь ни в фартинг, - говорил он. - Этот черномазый промышлял
торговлей людьми, но не нам его за  это  упрекать.  Покупай  мы  мясо,  он
устроил бы у себя во дворце бойню, вот и все.
     Темницы короля Оба действительно битком были  набиты  рабами,  частью
захваченными его  жестокими  наемниками  во  время  набегов,  частично  же
купленными у местных торговцев. Вскоре Фини направил своих людей  отбирать
рабов подороже.
     - Слушайте, парни, - сказал  он,  -  мы  здесь  не  для  того,  чтобы
подбирать среди этих дикарей всякий  мусор.  Берите  только  первоклассный
товар и ничего другого. Всех старше, скажем, тридцати пяти  лет,  всех,  у
кого не хватает зубов или пальцев  на  руках  и  ногах,  или  глаза,  или,
скажем, уха, сразу же бракуйте.
     Так Сильвер, еще недавно  дрожавший  за  собственную  жизнь,  получил
неограниченную власть над этими несчастными невежественными существами. Он
с трудом таил в себе чувство отвращения, глядя, как его  товарищи  сновали
между рабами, толкали их, били, пинали и ругали.  Затем  отобранный  товар
заклеймили личным клеймом Фини, чтобы король Обо или Монго Джек не  смогли
какой-нибудь хитростью подменить хороших рабов плохими перед загрузкой  на
борт "Ястреба".
     Клеймение было привычным делом для приятелей Сильвера, обращавшихся с
раскаленным железом с таким  спокойствием,  будто  клеймили  скот.  Жевали
табак, перекидывались грязными шутками, как всегда, ныли и  жаловались  на
тяжелую работу. Время от  времени,  плотоядно  ухмыляясь,  замирали  перед
красивой рабыней, прежде чем  прижать  раскаленный  металл  к  темнокожему
телу.
     Молодой Джон старался  отвести  взор  от  этого  гнусного  зрелища  и
заставлял себя не слышать плача и стонов рабов. Вдруг сквозь дым и смутные
тени перед глазами он увидел насмешливую улыбку Фини и услышал его голос:
     - Эй, парень, бери мое клеймо, у меня еще много дел поважнее. - И тут
же он ощутил в своей руке железо, а два товарища  толкнули  к  нему  юношу
почти его возраста. На миг он замер  в  нерешительности,  пустыми  глазами
глядя на лоснящуюся от пота черную руку, которую держали перед ним.
     - Давай, дурашка, - добавил Фини  успокоительно.  -  Это  не  больнее
укуса пчелы. Конечно, горелое мясо воняет неприятно, но ты представь себе,
что это жареный окорок.
     Услышав слова Фини, Сильвер скривился от отвращения.
     - Не могу! - буркнул он.
     - Испугался, паренек? - засмеялся рыжебородый моряк.
     Вокруг послышались издевательские голоса:
     - Как приедем в Бристоль, купим тебе юбку!
     - Смотрите, какая у нас тут, оказывается, красотка завелась!
     - Эй, Бетси, поди сюда, дай на тебя полюбоваться!
     Гордость Сильвера была уязвлена. Рука его  рванулась  вперед,  железо
зашипело, юноша вскрикнул по-заячьи, и дело свершилось.
     - Браво, парень, тебе бы окорока разделывать, будешь еще мужчиной!  -
заявил  Джордж  Томпсон,  старый  моряк,  все  время  плавания  дружелюбно
державший себя с Сильвером.
     - Давай, давай, Окорок! - подхватил рыжебородый моряк.
     Остальные расхохотались.
     - Окорок! - заорал один из них. - Такого имечка до сих пор не бывало,
не так ли, джентльмены? С крещением вас, сэр Окорок!
     Почти теряя от омерзения сознание, Сильвер  увидел  перед  собой  еще
одну черную руку. Он накалил железо, потом еще и еще раз. Крики его  жертв
смешались с общим гамом, и вскоре Джон перестал обращать внимание на  них.
"Лучше уж так, - сказал он себе, - чем гнить в тюрьме".
     Когда клеймение закончилось, волей или неволей, но Джон  Сильвер  уже
потерял часть юношеской  своей  невинности.  Твердая  кора  безразличия  к
человеческим страданиям начала покрывать его израненное честолюбие. Так он
сделал первые шаги по пути, приведшему его к жестокости и убийствам. Кроме
того, он приобрел прозвище, потому что товарищи стали повторять  слова,  с
которыми Фини ехидно подал ему раскаленное клеймо, и до конца  жизни  Джон
Сильвер оставался "Окороком".

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)