Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

 

                          4. НА БЕРЕГАХ ГВИНЕИ

     Наутро после побега, еще до рассвета, Сильвер  нашел  себе  место  на
судне, занимавшемся работорговлей и уже готовом к отплытию в  Гвинею.  Над
"Ястребом" развевался британский флаг, и  капитаном  на  нем  был  Десмонд
Фини, высокий словоохотливый ирландец. Молодой Сильвер без запинки ответил
на все вопросы капитана.
     - Сколько тебе лет, парень? - спроси его Фини.
     - Семнадцать, сэр! - ответил Джон, вытянувшись в струнку.
     - Хм, - сказал капитан, - а с чего это тебе, сопляк, дома не сидится?
- Сильвер забормотал было, что сбежал от жестокого отчима, но, к  счастью,
Фини прервал его новым вопросом:
     - Ну, а что ты смыслишь  в  морском  деле,  салага?  -  зачастил  он,
выстреливая слова одно за другим. - Можешь убавить топселей при  встречном
ветре? Можешь ли бросать лот и замерять глубины перед мелью?
     - Проверьте в деле, сэр,  -  ответил  молодой  Джон.  -  Я  плавал  с
хорошими моряками, честное слово,  сэр.  Знаю  почти  все  о  бригантинах,
шхунах, бригах и...
     - Цыц! - гаркнул Фини, скептично пронзая его  острым  взглядом  своих
умных серых глаз. - Вижу, вижу, смыслишь кое в чем. Только  понимаешь  ли,
сынок, торговля "черным деревом" - грязная  работа.  На  берегах  Западной
Африки то и дело лихорадки, коварные нападения черномазых, а  на  переходе
через Атлантику сплошные нечистоты, вонь и рвота. Сразу учуешь, что море -
не место для детишек со слабыми нервами.
     - Я не боюсь грязи и лихорадки, сэр! - отчеканил Джон.
     - Ну, хорошо, - молвил Фини,  -  но  вот,  представь  себе,  хм,  ну,
скажем, что рабы взбунтовались и свора дикарей ревет и изнывает от желания
распороть тебе брюхо живьем, а?
     При одной  мысли  об  этаком  волосы  у  Сильвера  встали  дыбом,  но
преодолев страх, он выпалил, сжав кулаки:
     - А чего тут думать: разбить им головы и выкинуть за борт, сэр!
     - Ха, - ответил Фини, - не тебе бы доверил я эту работу. Но все же  я
тебя возьму. Как раз сейчас мне не хватает людей: моряку, видите ли, не по
сердцу торговля живым  товаром.  Хоть  и  денежное  это  дело,  но  многие
пугаются крови и желтой лихорадки. Валяй в кубрик, парень. Одно из двух  -
или ты у меня быстро станешь  заправским  моряком,  или  пойдешь  на  корм
акулам.
     Итак, "Ястреб" отплыл в дальний путь с  Джоном  Сильвером  на  борту.
Раньше Джону приходилось кататься на  лодках  в  Бристольском  заливе,  но
впервые он вышел в открытое  море,  и  это  путешествие,  по  его  словам,
научило его большему, чем все книги, которые он прочел вместе  с  матерью.
Первым делом он преодолел морскую болезнь, хотя в Бискайском  заливе  было
так худо, что горло бы себе перерезал, если бы смог удержать в руках нож.
     Сильвер довольно скоро выучил основные правила морской службы, в  чем
ему немало помог линек, которым  бдительный  боцман  пользовался  умело  и
кстати. Страх перед лазаньем по снастям во время качки  постепенно  исчез.
Первые дни на  судне  он  ощущал,  как  проницательные  серые  глаза  Фини
отмечали его неуклюжесть и ошибки и со всем уязвленным  самолюбием  юности
представлял себе насмешки, с которыми говорил о нем капитан,  но  довольно
скоро уверенность  в  своих  силах  возобладала  и  он  перестал  обращать
внимание на  насмешки,  аккуратно  подмечая  при  том  редкую,  но  всегда
заслуженную похвалу.
     Фини хорошо смыслил в навигации, но не умел  поддерживать  дисциплину
на борту. Днем он то и дело прикладывался к бутылке, так что  к  ночи  еле
держался на ногах и тогда судно оставалось на попечении старшего помощника
Грирсона. Этот неразговорчивый йоркширец, ранее  служивший  в  королевском
флоте, требовал соблюдения дисциплины, был верен долгу и набожен. Товарищи
Сильвера плевали ему вслед, страшно ругали его в кубрике, но спокойствие и
самообладание, никогда не изменявшие Грирсону, заслужили уважение Джона.
     В  общем,  у  Сильвера  не  сложилось   высокого   мнения   о   своих
собратьях-моряках. Они отнюдь  не  стремились  выложиться  при  выполнении
работы; главными их развлечениями были игра в кости, склоки  да  ссоры,  и
Джону до смерти надоела изощренная ругань при выдаче  пищи  и  грога.  Как
новичка  в  экипаже,  Джона  поначалу  третировали  и  всячески  над   ним
издевались, но быстрые  его  успехи  и  явная  физическая  сила  заставили
отстать от него самых задиристых матросов.
     Когда "Ястреб" бросил якорь на рейде  Анамбу,  порта,  где  торговали
рабами со всего западного берега Африки, Сильвер с бака долго  разглядывал
новый для него мир тропических лесов,  удивительных  зверей  и  чернокожих
дикарей. Поначалу роскошные краски и обильная растительность,  обступившая
стены форта и хижины обитателей Анамбу и, казалось, угрожавшая погрести их
под собой, показались ему просто немыслимыми. Такими же выглядели для него
и яркие одежды туземцев, вертевшихся в своих лодчонках вокруг "Ястреба"  и
предлагавших экипажу плоды и разные невиданные лакомства.
     Но  вскоре  взору  Сильвера  предстали  новые  чудеса.  Десмонд  Фини
протрезвел впервые за все путешествие и  всерьез  принялся  за  работу.  С
борта судовой шлюпки, нагруженной образцами привезенного товара, он  сошел
на причал Анамбу в сопровождении шести матросов. Среди них был и  Сильвер,
которого  Фини  позвал  со  словами:  "А  ты,  волчонок,  иди  тоже,   еще
пригодишься. На этом берегу сообразительный парень  и  умелый  лжец  стОит
батареи пятифутовых орудий".
     Вскоре  Сильвер  во  все  глаза  смотрел,  как  Фини   здоровался   с
работорговцем. Монго Джеком Эндрюсом -  огромным,  рыхлым  и  беспредельно
любезным человеком с мягкими и белыми руками. От долгих лет жизни в Анамбу
работорговец сильно опустился, принял местные обычаи и вкусы и одевался  в
ярко-пестрые пропотевшие  африканские  одежды  с  плохо  замытыми  следами
грязи.
     - Дорогой мой капитан, - пропел Монго Джек,  -  наконец-то  мы  снова
встретились, но черт побери, тяжелые теперь для  всех  времена.  Я  прошел
много рек, отлавливая чернокожих парней и красавиц, и с огромными усилиями
доставил их сюда, но какие расходы, дорогой сэр, какие расходы!
     С этими словами Монго Джек опустился в тростниковое  кресло,  заметно
просевшее под его тяжестью, и отер пот со лба. Фини тоже  сел  и  приказал
показать товар. Насколько помнил Сильвер, он состоял  главным  образом  из
бочонков коньяка и рома, хлопчатобумажных тканей из Манчестера, нескольких
пар пистолетов, модных шляп с кружевами и железных прутьев.
     Монго Джек, зевая, оглядел образцы.
     -  Обычный  товар,  капитан,  -  пожаловался  он.  -  Честное  слово,
чернокожие вожди уже купаются во французском коньяке, и у каждого есть  по
восемь  треуголок.  Но,  -  продолжил  он,  оглядывая  блестящие  рукоятки
пистолетов, - все-таки мы сможем кое-что сделать,  дорогой  сэр,  поглядим
еще.
     На этом и покончили. Монго Джек  повел  Фини  в  одну  из  внутренних
комнат, где принялся  щедро  потчевать  его  вином,  ворча  и  жалуясь  на
нелегкую жизнь. Снаружи африканки, двигаясь змеевидной вереницей, поднесли
Сильверу и его товарищам закуски.
     Еще мальчишкой в Бристоле Джон Сильвер был знаком с девушками, но эти
были, как существа из  иного  мира!  Негритянки,  мулатки  и  квартеронки,
стройные или полные, бесстыдные или  застенчивые,  быстро  сновали  вокруг
него, и женственность их смущала юношескую невинность Джона. Вино и  жара,
нескромные прикосновения и смех разгорячили Сильвера и его товарищей, и те
стали танцевать с женщинами, перебегавшими от  одного  моряка  к  другому,
болтая что-то весело, но непонятно.
     - Джим, мне легче побрататься с французом, чем сказать пару  слов  на
этом дьявольском языке, не вывихнув себе челюсть, - сказал он мне.  -  Но,
боже мой, каким я был танцором в молодости, когда стоял на обеих ногах!
     И так он танцевал,  обнимая  за  стройную  талию  темнокожую  молодую
мулатку с полными губами и необыкновенно розовыми щеками. И кто знает,  до
чего бы все это дошло, но вдруг возник, заполнив своей тушей весь  дверной
проем,  разъяренный  Монго  Джек  и  разрядил  свои  пистолеты  под   ноги
танцующим.
     Моряки моментально протрезвели. Женщины с  визгом  разбежались  сломя
голову, завидя своего господина, повелителя и супруга в праведном гневе.
     - Бог мой, да всех, гляжу, эти танцы просто взбесили, - сказал  Монго
Джек. - Ишь, почуяли юбки, как собаки беглецов.  Ладно,  в  танцах  ничего
плохого нету, парни, но  попрошу  не  трогать  моих  жен.  А  лучше  всего
ступайте спать, - прибавил  он  с  угрозой  в  голосе,  -  завтра  с  утра
африканское солнце выпарит из вас веселье.
     Сильвер и его товарищи скоро поняли значение этих слов, потому что  с
рассветом отправились в путешествие вверх по Рио Орто за  рабами.  Вел  их
сам Фини, а командование "Ястребом" было поручено мрачному Грирсону. Монго
Джек дал им переводчика и проводил восторженными благопожеланиями.
     Река вилась между густо заросшими берегами, то и  дело  оглашавшимися
криками невидимых Сильверу  зверей  и  блистающих  разноцветным  оперением
бесчисленных птиц. Обнаженные моряки,  обливаясь  потом,  гребли  большими
веслами. Наконец добрались до  цели  -  фактории  Оба,  где  и  собирались
торговать.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)