Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

 

        "ГЛАВА 2"

     Под  ярким  солнцем  маскатский  город  бурлил,   как  котел.  Падающие
вертикально  жаркие  лучи  размягчили асфальт на  крупных  улицах. От  земли
поднимался пар. Где-то вдали играли на флейте.
     Равваку  чудилось,  что  от  раскаленного  гудрона  поднимаются  тысячи
извивающихся змей, и это видение наполняло его сердце радостью.
     Оман - арабская земля, и Рашид Раввак был счастлив, когда представлялся
случай вновь посетить Аравию.
     Раввак родился в Дамаске, в  Сирии. Думая о родине, он всегда помнил  о
том, что Дамаск  долгое время был  столицей,  то есть столпом  Вселенной. Он
вспоминал о халифах. Харун аль Рашид... Раввак Рашид...
     Однако  сириец  не мог подолгу предаваться грезам, потому что ненавидел
прошлое. Сын  арабских рынков не мог  вынести того, что  время оскорбило его
страну.
     Единственное утешение для него  -  думать о том, что Дамаск, как и Рим,
навсегда вошли в историю человечества,  и  никто за морями не может отрицать
этого. Дамаск и Багдад - это не то, что Мадрид, Каракас или Сидней...
     И,  тем  не менее, именно в  Сиднее Раввак нашел  свое счастье. Простой
сирийский коп смог кем-то стать только благодаря этой метрополии, в  которой
Хищники свили себе гнездо. Эти люди  пришли туда со всего мира. Их связывала
крепкая  дружба, несмотря  на  национальности, расы и религии.  Их  сплотили
опасности и смерть.
     Хищники приняли Раввака  шесть  лет  назад, спустя  два  года  после их
официального и отныне исторического рождения.
     Все произошло  в Нью-Йорке, во дворце ООН, в котором собрались министры
внутренних дел пятидесяти стран.  Высшие  чины администрации, сопровождаемые
многочисленными служащими их  департаментов, избрали темой  конгресса борьбу
против  преступности  во  всех формах  ее проявления  и обсуждение  наиболее
эффективных мер для этого.
     Представители  быстро  согласились с  тем,  что  борьба с преступностью
ведется неэффективно. Крупные короли  преступного мира развязно ведут себя с
Интерполом и национальными полициями, которые были скованы в своих действиях
законом о правах человека. Даже США пришлось признать это.
     В большинстве  стран  законы защищают  в основном подонков. Преступники
используют презумпцию невиновности в своих интересах.
     Кроме  того, должностные лица национальных полиций  тормозили следствие
Интерпола, если  оно  велось на их  территории.  Особенно, когда речь  шла о
промышленном   шпионаже.  Местные  службы  безопасности  считали  его  своим
непосредственным полем деятельности.
     Казалось,  конгресс  зашел  в  тупик, как  вдруг австралийский  министр
попросил  выслушать и изучить план, предложенный сопровождавшим его служащим
Арчибальдом Т. Хоком.
     Речь  шла о том, чтобы создать новую международную службу,  управляемую
одним человеком и организованную как секретная служба, агенты которой  могли
бы действовать вне рамок закона.
     Не желая,  чтобы их упрекнули в консерватизме и отсутствии воображения,
министры в  шутку  одобрили этот проект. Они были убеждены, что новая служба
окажется  такой же  беспомощной, как  и все уже созданные. Хока уполномочили
воплотить идею в жизнь.
     Никто  не высказал  вето  по  поводу  Сиднея,  как  штаб-квартиры  этой
организации. Можно ли было спорить с  тем, что Австралия находится  в  самом
центре мира?
     Когда речь зашла о названии новой службы,  остроумием блеснул греческий
представитель Симон Ликас. Он заставил всех согласиться  с тем, что раз шефа
звали Хок, то его агенты должны называться Хищниками.
     Конгрессмены разъехались,  довольные  тем, что  приняли  хоть  какое-то
решение. Каково  же было их удивление, когда  через  год, думая, что строили
замок на песке, они увидели на его месте прочный скальный фундамент!
     Арчибальд  Т.  Хок  был  особенным  человеком.  Он  выбрал себе  первых
подчиненных, среди  которых были  американец Рональд Б. Румли, японец Комико
Соеки, марокканец Хабиб Хассани и грек Симон Ликас.
     После  того, как в  административном  совете были представлены все пять
континентов,  потребовалось всего восемь  месяцев,  чтобы отобрать  тридцать
Хищников. А  еще  через  год на счету организации уже было несколько успешно
проведенных дел. Все они были приписаны Интерполу или национальным полициям,
которые и сообщили миру о помощи людей Хока.
     С тех пор  прошло восемь  лет. Успех  следовал за успехом,  а  на смену
одним людям приходили другие. Ничто не вечно. Нужно было заменить погибших и
ушедших  в отставку.  Так случилось  с  Хабибом Хассани. Марокканец подал  в
отставку, и Хок решил  разделить  выполняемые  им  обязанности.  Африканский
департамент  был  поручен  негру  Порифирио  Н'Квумба,  а  ближне  и  средне
восточный - турку Йесми Чесмету.
     Раввака удивило  то,  что его пригласил сам большой  босс  А.  Т. Хок и
поручил ему миссию,  не сообщив  об  этом  Йесми Чесмету.  Впрочем, речь шла
только о сборе информации.
     Раввак  был всем доволен.  Таким  образом он сможет  войти  в контакт с
арабами. Кроме того, ему предстояло работать одному.
     У Рашида  Раввака был один недостаток.  Он  ненавидел  быть от  кого-то
зависимым. Из-за  этого  еще  в  Дамаске  о  нем  отзывались  как  о  вечном
нарушителе  дисциплины. Из-за этого  недостатка он стал Хищником. В Сирии от
него хотели избавиться, и тем самым подарили ему счастье.
     Конечно, поначалу Хищники не могли смириться с индивидуализмом Раввака.
Дело дошло даже до того, что  Раввак уже готовился  собирать чемодан и снова
отправиться  в  Сирию.  Положение  спас  До своим отчетом об  их  совместной
миссии, в котором отметил способности сирийца.
     С  тех  пор  Равваку  поручали  работу  в  полном  соответствии  с  его
темпераментом и характером.
     Раввак   превосходно   умел  находить   "каналы",  то   есть  источники
информации, но  на этот  раз  он  не  был полностью уверен в себе. Он  так и
сказал Хоку: "У меня  есть осведомители... Может быть мне повезет, а может и
нет..." Он действительно использовал осведомителей. Большинство из  них жили
в Сирии, Ираке, Ливане, Египте, Ливии, и  они вовсе не  обязаны были знать о
событиях, наполнявших Оман печалью и кровью...
     Арабский телефон существовал и работал только для заинтересованных лиц.
     У Раввака была мысль нанести визит доктору Саркату, шефу мусульманского
агентства, поддерживающего Хищников. У  этого агентства были осведомители во
всем исламском мире. Однако если бы  известные сирийцу события действительно
имели место в Омане,  Саркат тут же примчался бы в  Сидней и рассказал о них
Йесми Чесмету.  Особенно в том случае, если Ад Диб на самом  деле  собирался
потрясти и сокрушить мир.
     Таким образом, Равваку  пришлось признать,  что у  него совсем  не было
козырей в этой игре. Вдруг он вспомнил о человеке, который был многим обязан
ему.
     В то время отряд Хищников должен  был действовать в Ливане. Нужно  было
добиться того,  чтобы кузен курахского имама уступил на некоторое время свое
место  Кену Доерти.  Раввака спешно послали в Курах. Ему поручили получить у
эмира Джалала согласие  на его "исчезновение" в Австралию для того, чтобы До
мог действовать от его имени.
     Раввак  отправился на  остров Курах. Однажды ночью он наткнулся  там на
двоих бандитов,  избивавших человека. Смелое вмешательство  Раввака обратило
их в бегство.  Как потом  оказалось, напали  на  одного пакистанца, торговца
жемчугом, который только что получил несколько драгоценных камней.
     Раввак  спас  ему  и  жизнь,  и  кошелек.  Пакистанец  поклялся  своему
спасителю в вечной дружбе, и  теперь Раввак решил заглянуть к  нему. Абдулла
жил в столице Омана Маскате.
     Пакистанец мог  бы знать о  многом.  У него  были  связи  с  рыбаками и
именитыми гражданами,  маклерами, которые всегда делились самыми любопытными
и невероятными слухами.
     Итак, целью  своей  разведывательной  миссии  Раввак выбрал  Маскат.  В
городе   находился  аэропорт,   обслуживаемый  несколькими  комфортабельными
рейсами  дальнего  и  среднего  сообщения. Раввак любил  сочетать приятное с
полезным.
     Он  знал, где найти Абдуллу.  Тот весь день  находился в своей лавке на
рынке за  исключением  часов, когда  лучше всего было оставаться  в прохладе
кубического строения, называемого в этом регионе земного шара домом.
     Сириец не хотел идти к пакистанцу в его лавку. Он хотел бы поговорить с
ним  без свидетелей. В этом  случае Абдулле  не удастся  уйти от ответов  на
трудные для него вопросы.
     Раввак решительно зашагал к дому  Абдуллы. Торговец жемчугом поклялся в
Курахе в вечной дружбе, и теперь настало время платить по счету.
     Дом Абдуллы был  выкрашен  в белый цвет.  На двери  из цельного дерева,
обитой  железными  пластинами  шириной  пять  сантиметров,  висел  бронзовый
молоток в форме фаллоса.
     Раввак взялся за  молоток, зазвенел  гонг. Менее чем через пять минут в
двери  открылся глазок.  Раввак увидел только  два  черных глаза, наполовину
скрытых густыми бровями.
     - Salah al-khair, - поздоровался Раввак. - Я хочу видеть Абдуллу.
     Один глаз прищурился.
     - Mit ant? - послышался глухой низкий бас.
     - Друг.
     - Chou ismak?
     - Рашид  Раввак.  Скажи Абдулле,  что я  не мог  уехать из  Маската, не
поприветствовав его.
     Глазок  в двери закрылся. Раввак  приготовился к трудностям. Привратник
мог отказаться разбудить своего хозяина. Он мог  попросить Раввака  придти в
другой раз или направить его  на  рынок в лавку  торговца.  Сириец терпеливо
ждал на улице под палящим солнцем, закурил сигарету. Наконец, дверной глазок
снова открылся, и в нем появились те же густые брови.
     - Allan wa sahlan! - произнес привратник.
     Заскрежетал засов, тяжелая дверь открылась. В  прихожей царили прохлада
и  полумрак.  Араб в  рубашке  и  западных  штанах  посторонился,  пропуская
Раввака.
     - Btarel ad-darb?
     - La.
     - Inhakni!
     Сразу за вестибюлем был полупустой зал. Пройдя через него, они вышли  в
патио, где росла пальма, под которой прямо на земле, на охровом песке, сидел
человек. Раввак нахмурился и замер в нерешительности.
     Он  не  узнавал  этого человека. Он спас в  Курахе совсем другого,  а у
этого левый глаз был скрыт под черной повязкой, из-под синего вазраха вместо
левой руки торчал протез. Абдулла заметил замешательство своего гостя.
     - Входи, друг! Входи! - ободрил  он. - Я понимаю твое удивление, однако
я тот самый, кого ты спас в Курахе...
     Торговец жемчугом не  отказал своему кредитору. Изменившись  внешне, он
все же признал, что его зовут Абдулла.
     - Что с тобой произошло? - спросил Раввак.
     - О! Это  длинная  история, и я не хочу тебе ее рассказывать... Я  рад,
что,  находясь проездом  в  Маскате,  ты  вспомнил обо  мне  и  пришел  меня
навестить.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)