Настройки просмотра:
Цвет фона:
Цвет текста:
Размер текста:

ГЛАВА ПЕРВАЯ,
в которой читатель, если захочет,
сможет купить по случаю остров в Тихом океане

- Продается остров, за наличные! Издержки за счет покупателя! Достанется тому, кто даст больше - выкрикивал, не переводя дыхания, Дин Фелпорг, оценщик на аукционе, где обсуждались условия этой странной продажи.
- Продается остров! Продается остров! - еще громче подхватывал его помощник, Джинграс, расхаживая взад и вперед по битком набитому залу. Действительно, в большом аукционном зале, в доме N_10 по улице Сакраменто, народу собралось видимо-невидимо. В этой возбужденной толпе были не только американцы из штатов Калифорния, Орегон и Юта, но и некоторые из тех французов, что составляют добрую шестую часть населения этих мест, и мексиканцы, завернутые в свои сарапы, и китайцы в халатах с широкими рукавами, в башмаках с заостренными носами, с конусообразными шляпами на голове, и канаки с островов Океании, даже несколько индейцев с острова Тринидад.
Поспешим добавить, что сцена эта происходила в Сан-Франциско, столице Калифорнии, но не в 1849-1852 годах - пору открытия золотых россыпей, привлекавших сюда золотоискателей обоих полушарий, а значительно позднее, когда он перестал уже быть караван-сараем, пристанью, где могли найти приют на одну ночь всякие авантюристы, стекавшиеся со всех концов света на золотоносные земли к западному склону Сьерра-Невады. Не прошло и двадцати лет с тех пор, как на месте никому не известной Эрба-Буэны, вырос этот единственный в своем роде город с его стотысячным населением, построенный на склоне двух холмов (не хватило места на морском побережье), город, затмивший Лиму, Сантьяго, Вальпараисо, а также всех соперников в Западной Америке, город, превращенный американцами в звезду Тихого океана, в "славу Западного побережья".
В день аукциона - 15 мая - было еще холодно. В этой стране, непосредственно подверженной влиянию полярных течений, первые недели мая скорее напоминают конец марта в Средней Европе. Однако в аукционном зале на холод жаловаться не приходилось. Колокольчик своим непрестанным звоном привлекал все новые и новые толпы людей, и там стояла такая жара, что на лицах присутствующих выступали крупные капли пота. Только не подумайте, что все, толпившиеся в зале аукциона, пришли сюда с целью совершить покупку. Больше того, не будет преувеличением, что там были одни любопытные. И в самом деле, какой чудак, будь он даже богат, как Крез, захотел бы купить остров в Тихом океане, по безумной затее правительства ставший предметом торгов? Поговаривали, что никто не даст назначенную цену, что не найдется любителя, который позволит втянуть себя в игру на повышение. Однако в этом нельзя было обвинить оценщика Фелпорга и его помощника Джинграса, которые с помощью жестов, восклицаний и неумеренных похвал пытались завлечь покупателей. Кругом смеялись, но никто не двигался с места.
- Остров! Продается остров! - повторял Джинграс.
- Продается, но не покупается, - заметил какой-то ирландец, карман которого не был отягощен даже мелочью.
- Остров, земля которого обойдется дешевле шести долларов за акр, - выкрикивал оценщик Дин Фелпорг.
- Но который не принесет и цента на доллар, - возразил толстый фермер, как видно, большой знаток сельского хозяйства.
- Остров не менее шестидесяти четырех миль в окружности, а площадью в двести двадцать пять тысяч акров!
- Достаточно ли устойчиво его основание? - спросил мексиканец, старый завсегдатай баров, чья устойчивость в данную минуту была более чем сомнительна.
- Остров с девственными лесами, с лугами, холмами и реками, - не унимался оценщик.
- С гарантией? - спросил какой-то француз, видно, не очень склонный поддаться на приманку.
- Вот именно, с гарантией, - ответил Фелпорг, слишком привыкший к своей профессии, чтобы обращать внимание на насмешки публики. - На два года?
- До конца дней.
- И даже больше?
- Остров в полную собственность! - выкрикивал аукционист. - Остров, где нет ни вредных животных, ни хищных зверей, ни пресмыкающихся... - И пляж? - спросил какой-то весельчак.
- И нет насекомых? - задал вопрос другой.
- Предлагаем остров! - снова завелся Дин Фелпорг. - Ну-ка, граждане! Давайте, раскошеливайтесь! Кто хочет получить во владение остров? Остров в прекрасном состоянии, почти не бывший в употреблении! Кому остров? Остров в Тихом океане, этом океане из океанов! Продается за бесценок! Всего лишь миллион сто тысяч долларов!.. Кто покупает?.. Кто хочет сказать свое слово?.. Это вы, сударь?.. Или вы?.. Что же вы качаете головой, как фарфоровый мандарин?.. Предлагаю остров!.. Есть остров!.. Кому остров!.. - Позвольте взглянуть! - крикнул кто-то из толпы, словно речь шла о картине или о китайской вазе.
В зале раздался дружный хохот, но никто не прибавил и полдоллара сверх назначенной цены.
Однако, если невозможно было взглянуть на самый остров, то план его был вывешен для всеобщего обозрения. Продавался не кот в мешке. Любители могли увидеть, что представляет собой этот идущий с молотка кусок земли. Никаких неожиданностей, никакого разочарования опасаться не следовало. Географические очертания, местоположение, рельеф, водную систему, климат, средства сообщения - все это легко было выяснить заранее. Можете мне поверить, тут не было никакого подвоха! Кроме того, журналы и газеты Соединенных Штатов, а особенно Калифорнии, выходящие ежедневно, дважды в неделю, еженедельно, два раза в месяц и ежемесячно, вот уж почти полгода привлекали внимание публики к этому острову, продажа которого с аукциона была утверждена Конгрессом.
Речь шла об острове Спенсер, лежащем к западу - юго-западу от Сан-Франциско, в четырехстах шестидесяти милях от калифорнийского берега, под 32o15\' северной широты и 142o18\' западной долготы по Гринвичу. Хоть остров Спенсер и был расположен довольно близко от побережья и даже, можно сказать, находился в американских водах, трудно представить себе место более уединенное, более изолированное от всяких пассажирских и товарных морских путей. Постоянные морские течения, отклоняясь к северу или к югу, образовали вокруг него нечто вроде озера с тихими водами, иногда обозначаемого на карте как "Глубина Флерье". В центре этого бассейна и лежал остров Спенсер. Редко-редко проходило мимо него какое-нибудь судно. Главные тихоокеанские пути, связывающие Новый Свет со Старым - будь то Япония или Китай, - лежат гораздо южнее. Парусные суда встретили бы здесь полный штиль, а паровым не было никакого смысла бороздить эти воды. Итак, ни те, ни другие близ острова Спенсер почти никогда не показывались, и он возвышался средь моря подобно одинокой вершине, которыми увенчиваются в Тихом океане многие подводные скалы. Правда, для человека, уставшего от городского шума, мечтающего о покое, что может быть лучше этой "Исландии", затерянной в нескольких сотнях лье от берега! Идеал для добровольного Робинзона! Но за этот идеал нужно было выложить кругленькую сумму!
Почему же, однако, Соединенные Штаты захотели отделаться от этого острова? Не было ли это вздорной фантазией? Нет, большая нация не может поддаваться капризам, как какое-нибудь частное лицо. Истинная причина заключалась в следующем: остров Спенсер давно уже стал совершенно бесполезным. Колонизовать его не имело смысла - все равно никто бы там не поселился. И с военной точки зрения он не представлял интереса, так как господствовал над абсолютно пустынной частью Тихого океана. Что же касается интересов коммерческих, то и здесь от него не было бы никакого проку. Продукция острова не оправдала бы фрахтовых издержек по ввозу и вывозу. Устроить там исправительную колонию? Для этого остров находился слишком близко от берега. Занять же его просто так было бы слишком дорогим удовольствием.
С незапамятных времен остров Спенсер оставался необитаемым, и Конгресс, состоявший из людей "в высшей степени практичных", принял решение продать его с аукциона, но только с условием, чтобы покупатель был гражданином свободной Америки.
Однако дешево отдавать остров государство не хотело. Была назначена сумма в миллион сто тысяч долларов, которая для какой-нибудь акционерной компании представляла бы сущую безделицу.
Такая компания могла бы обеспечить акциями покупку и эксплуатацию острова, но только в том случае, если бы знала, что сможет извлечь из него хоть какую-нибудь выгоду. Однако, как мы уже говорили, никакой выгоды здесь ожидать не приходилось, и деловые люди обращали на остров Спенсер не больше внимания, чем на какой-нибудь айсберг в полярных морях. Для частного лица эта сумма была достаточно высокой. Нужно было обладать крупным состоянием, чтобы позволить себе роскошь так дорого заплатить за причуду, которая в лучшем случае не принесла бы и одного процента прибыли. Остров продавался только за наличные, а известно, что даже в Соединенных Штатах найдется немного людей, которые, не раздумывая, могут бросить на ветер миллион сто тысяч долларов, без всякой надежды получить с них прибыль.
Итак, Конгресс твердо решил не уступать. Один миллион сто тысяч долларов! Ни цента меньше! Пусть уж лучше остров Спенсер останется тогда собственностью государства!
При этом условии заранее можно было предположить, что вряд ли найдется безумец, который пойдет на такую авантюру.
Кроме того, было оговорено, что человек, купивший остров Спенсер, получит не права суверена, а только - президента, что он не сможет, подобно королю, иметь подданных. Сограждане будут выбирать его как президента республики на определенный срок, а затем переизбирать снова. И так будет продолжаться до конца его дней. Во всяком случае, он, при всем желании, не сможет стать родоначальником династии. Соединенные Штаты никогда бы не согласились на образование в американских водах королевства, каким бы маленьким оно ни было.
Очевидно, эта оговорка была предусмотрена с целью устранения от торгов какого-нибудь честолюбивого миллионера или лишенного власти набоба, если бы тому захотелось соперничать с туземными правителями Сандвичевых [сейчас - Гавайских островов] или Маркизских островов, Помоту [сейчас - Туамоту] или других архипелагов Тихого океана.
Короче говоря, по той или иной причине, но покупатель не объявлялся. Время шло. Оценщик надрывался, пытаясь добиться надбавки. Помощник тоже кричал, что было мочи, но никто из присутствующих даже не кивнул головой, - жест, который эти прожженные аукционисты не преминули бы заметить, - и о цене тем более никто не заикался.
Надо сказать, что если молоток Фелпорга неутомимо поднимался над конторкой, то и собравшимся не лень было ждать. Со всех сторон доносились насмешливые возгласы и довольно плоские шутки. Одни предлагали за остров два доллара вместе с издержками. Другие требовали возмещения расходов по покупке.
Дин Фелпорг продолжал выкрикивать:
- Продается остров! Продается остров!
Но покупателя все не находилось.
- А вы гарантируете, что там есть золотоносные жилы? - спросил лавочник Стемпи с Мерчент-стрит.
- Нет, - ответил аукционист, - но если они там окажутся, государство предоставляет владельцу все права на эти участки. - А есть ли там по крайней мере вулкан? - спросил Окхерст, трактирщик с улицы Монтгомери.
- Вулкана там нет, - ответил Дин Фелпорг. - Иначе остров стоил бы дороже.
Эти слова были встречены громким смехом.
- Остров продается! Продается остров! - понапрасну надрывался оценщик. - Только один доллар, только полдоллара надбавки, и он будет ваш!.. Раз... Два...
Но никто не отзывался.
- Если не найдется желающий, торги будут сейчас же прекращены. Раз... Два...
- Миллион двести тысяч долларов!
Эти четыре слова прогремели в зале, как четыре револьверных выстрела. Толпа на мгновение смолкла. Все повернули головы, чтобы взглянуть на смельчака, отважившегося назвать такую цифру.
Это был Уильям Кольдеруп из Сан-Франциско.

Скачать бесплатно книгу: (ZIP-Архив) (TXT файл)